Крысобой
Шрифт:
Мы с Люком и Джеем поскакали к Корханесу. Мара теребила в руке гриву Армы и снова запела свою завораживающую песню.
***
Казарбам палец в рот не клади, по локоть откусят. И у них есть свои интересные приемы и принципы. Все наши расклады не учитывали боевого опыта и выучки этих закаленных воинов.
Они знали о приближении корпуса Юстига от дозоров той тысячи у форта. Разработанный ими план, командор почти угадал. Казарбы сняли осаду крепости и отошли. Но не в сторону и не на север, а в боевом порядке
Казарбы ошибались в одном, то есть не ошибались, а просто не знали, что их тактика подпустить врага на расстояние прямого выстрела из арбалета, в случае с моими парнями не сработает. Степняки оказались заложниками уверенности в своих силах.
Зоран дождался Книгочея с дополнительным запасом болтов. Еще по сто штук каждому. И на рассвете прибыл к Юстигу, чтобы доложить об изменении плана, который я ему дал.
Юстиг поворчал для порядку, но внимательно выслушал. Развернув строй, он внедрил во вторую линию моих арбалетчиков и двинулся вперед.
Фреха как раз летела к Риффену, когда две армии сошлись на заснеженной равнине к югу от Корханеса.
***
Я думал, что быстро скакать не получится, но наши лошади включили магический режим движения по снегу, и мы летели даже быстрее, чем по голой земле. Ближе к Корханесу Мара взлетела и теперь все время находилась в воздухе, паря, как орел, на большой высоте для экономии сил.
Наконец, она спикировала вниз и уселась на свое место спиной вперед, лицом ко мне.
— Корханес больше не дымит, — доложила она, округлив глаза. — И казарбов не видно.
— Куда они подевались?
— Сейчас полечу вперед, чтобы посмотреть, но мне кажется, они ушли на юг навстречу Юстигу.
Быстро проанализировав эту информацию, я пришел к выводу, что спешить нам некуда. Эти степняки никуда не побегут, разве что в самом конце, и то их будет не много.
— Если путь к Корханесу свободен, лети туда и найди Фреху, — сказал я. — Пусть она скажет Риффену, чтобы он не приближался к казарбам ближе, чем на триста пятьдесят шагов. Надо приготовиться к выходу из крепости, но он должен дождаться меня. Поняла?
Мара кивнула и тут же улетела. Да скорость у нее стала гораздо выше.
Люк от удивления открыл рот, про кулон Хильды он не знал. А Джей так вообще ничего не заметил. С такой скоростью Маре не страшен никакой хонгор.
Мы продолжали скакать, но в комфортном для лошадей режиме.
Я думал, что Риффен торопиться не будет. Сначала погасит все пожары и плотно позавтракает. Отметит снятие осады. Потом ему надо приготовить здоровых всадников и решить, кто поведет гарнизон в атаку. Вряд ли он сам выедет из крепости. Будет смотреть с башни над главными воротами.
Если казарбы выдвинулись навстречу Юстигу, то ушли достаточно далеко, чтобы нельзя было достать их со стен из луков и катапульт. Туда, где сады заканчивались и начиналась широкая равнина.
***
Казарбы выстроились, перекрыв дорогу в том месте у оврага, где нас с Марвином остановил патруль гарнизона. Они ждали, когда корпус Юстига подойдет поближе.
Но после испытания
их арбалета Корбаном, наши знали безопасную дистанцию в двести пятьдесят шагов и тоже остановились. В пятиста шагах.Фреха зависла на восходящих потоках воздуха прямо над Юстигом и ждала, что будет дальше.
Казарбы тоже ждали.
Я предупредил Зорана, чтобы в такой ситуации они оставались на месте, пока казарбы первыми не пойдут вперед, и тогда сразу открывали огонь, выцеливая арбалетчиков.
Степняки поставили всех своих арбалетчиков в две шеренги по центру, облегчив задачу Зорану. Всего их было две тысячи. Не так уж много. К тому же, казарбы сидели верхом расслаблено, не прикрываясь щитами. Они никак не ожидали, что уже находятся на расстоянии прямого выстрела из арбалета Трогера.
Зоран спокойно ехал позади второго ряда и раздавал точные приказы. Первый ряд — тяжелая конница с длинными щитами и полностью закованными в броню лошадьми и всадниками, дополнительно надевшими толстые гамбезоны поверх доспехов, получили единственный приказ — прикрывать моих арбалетчиков.
Фреха быстро оценила весь расклад и полетела к Риффену. Она заметила, как с севера к Корханесу летела ворона на реактивной скорости.
— Мара, — мысленно позвала она. — Ты так в метрополию проскочишь. Куда ты разогналась?
— Проверяю себя, — ответила Мара и приземлилась на крепостную стену.
21
Мы с Люком и Джеем остались без разведки с воздуха и скакали медленнее, постоянно вглядываясь вперед, чтобы не нарваться на какой-нибудь дозор или арьергард степняков.
Но никого не видели, казарбы собрали всех для решающего сражения.
Вскоре мы заметили впереди дым сигнального костра, который прерывисто передавал сообщение двадцати тысячной группировки казарбов у Корханеса о встрече с примерно равной по численности армией врага.
Мы остановились и повернулись, чтобы посмотреть, как Марвин продублирует это послание. У него получилось очень похоже.
Корханесский сигнальный костер погас сразу же, как там увидели, что сообщение передано дальше. Казарбы и не подозревали, что на этом все. Ставка орды ничего не узнает.
Чек, посмеиваясь, продолжал поддерживать тонкую струйку дыма.
Что теоретически должны предпринять в главной ставке казарбов на севере на этот сигнал, нам выяснить не удалось. Пленные не имели никакого понятия. Их дело сигналить, а что там предводители решат, им не говорили.
Но можно догадаться, что так передовое войско вызывало подкрепление.
Как быстро оно могло прийти, мы тоже не знали. Выясним это позже.
Наша основная задача, которую я сам себе и поставил, выполнена.
Торопиться в Корханес я считал необязательным. Не царское это дело рубиться в такой битве.
Понаблюдать с высокой горы или башни – это можно.
Каким бы мастером боя на мечах и саблях ты не был, в массовом сражении может случиться всякое. Моя ценность и ценность моего отряда не в ратных подвигах на поле брани, а в спецоперациях, подготавливающих почву для победы.