Крылья для полета
Шрифт:
– Она не выходила из туалета.
– Как это? – удивился Эндрю.
– Обычно. Если бы она не вернулась, можно было бы считать ее жертвой канализации, – Стив ехидно загоготал.
– Заткнись.
– Ой, ну тебя, зануда. Может, я тут вообще последний день сижу – Говард как узнает, что я контролировал по камерам активность мочевого пузыря его дочери, так из туалета уже не выйду сам.
– Во сколько она ушла из клуба, Стив?
– Ну не могу я тебе сказать, черт возьми. Я посмотрел все записи у входа – она не появилась и там.
– Ну не в окно же она вылезла?
– Через пожарную лестницу. Там
– Я и не знал, что там все так устроено, – протянул Эндрю.
Он оторвался от кресла Стива и начал недовольно расхаживать по каморке.
– Не создавай мне ветер. Хочешь, еще кое-что покажу, или на сегодня все?
– Показывай.
Курсор на экране вновь перетаскивал ползунок времени.
– Примерно через десять минут после нее зашел вот этот человек.
Эндрю всмотрелся в запись.
– Он тоже оттуда не вышел, – добавил Стив.
За несколько быстрых секунд на видео Эндрю пытался разглядеть вошедшего.
– Короче, он тоже, скорее всего, свалил по пожарной лестнице. Не знаю, увидел ли ты, что хотел, но я не могу ответить на три вещи: во сколько она ушла – раз, было ли это до пожарной тревоги или после – два, и… ушли ли они вместе – три.
– Вместе? Ты на что намекаешь? – возмутился Эндрю.
Стив закатил глаза.
– Как будто ты пришел смотреть Джейн по камерам просто так от скуки. Ясно, что дело у вас темное.
– Покажи мне его еще раз.
Эндрю вновь напряг зрение, рассматривая незнакомца. Очертания длинного хвоста на голове вызвали неудобное стеснение в груди.
«Это же тот танцор. Фархат?»
Пояс, что так и лежал в портфеле, резко всплыл в памяти. Странная картина начинала складываться в мыслях, отравленных ревностью – неужели Джейн могла уйти из «Исиды» с танцором? Казалось бы, абсурд, но откуда тогда в ее квартире взялась эта блестящая ерунда? Эндрю не хотелось верить разуму – хотелось, чтобы тревожащие факты оказались просто совпадениями.
– Я пойду, – бросил он другу.
Тот задержал его.
– Куда?
– В зал, искать Бетси.
– Ты узнал этого человека? Нет, я не хочу вмешиваться, – оправдался Стив, заметив потерянное и сердитое лицо Эндрю, – просто вдруг ты пошел делать глупости…
Эндрю опустился на соседний стул и потер уставшие глаза.
– Узнал.
– И…
– Это здешний.
Стив прыснул.
– И ты всерьез думаешь, что…
– Не знаю! – Беллер перебил его. – Я ничего не знаю! Я только пытаюсь разобраться!
Отвращение к себе снедало Эндрю – вновь он оказался в дураках при свидетелях.
Стив подъехал на стуле к нему поближе и положил руку на плечо.
– Друг, – тихо сказал он, – кажется, эта девушка делает тебя несчастным.
Эндрю неопределенно покачал головой.
– Может, она того не стоит? И Говард вместе с ней? Зачем унижаться перед их семейством?
– Я люблю Джейн, Стив. Если ты намекаешь, что я с ней из-за денег, то катись тогда к черту. Действительно, стоило бы страдать ради бумажек? Залезать в кредиты, чтобы пытаться хоть немного сойти за достойного? Потратить несколько лет, чтобы добиться от нее ответа на чувства? Мириться с ее поведением? Все это ради Говарда, ты думаешь? Я просто влюбился. У меня уже не получится дальше без Джейн. Я сотню раз думал порвать с ней, но не смогу. Теперь,
когда мы начали встречаться, когда свадьба через две недели…– Какая-то это больная любовь, Эндрю.
– Думай обо мне, что хочешь.
– Ну хорошо. А что, если она действительно ушла вместе с танцором – просто допустим?
Эндрю поднял голову.
– Надо посмотреть камеры на улице и на парковке.
– Ну так, а если я возьму записи, а там они вместе? Что дальше?
Эндрю задумчиво промолчал.
– Так может и не надо ничего смотреть, никого разыскивать, если ты не будешь разрывать помолвку? Зачем делать себе хуже?
– Ты прав.
– Вы бываете тут вдвоем?
– Нет.
– Почему?
– Без понятия, – Эндрю пожал плечами, как вдруг его осенило. – Точно! Я приглашу ее в клуб.
– Эндрю…
– Возьму тебя с нами…
– О нет…
– Посидим в баре и проследим, как она поведет себя. Если этот Фархат ей знаком, то Джейн быстро попадется.
Стив фыркнул.
– Слушай! Ну, даже если они переспали как-нибудь, в чем я пока что очень сильно сомневаюсь. Где он, а где она! С чего бы ей как-то выдавать себя? Подумаешь!
– Молчи! Нет, ты не понимаешь. Она очень изменилась в последнее время…
– Ну так у вас свадьба на носу.
– …и я думал, что все наладилось. Но на днях она уронила маску. Ее перепугал простой вопрос, когда она была в своей квартире! Я ни разу не видел, чтобы она так вздрагивала на пустом месте, Стив. Мне стало ясно: Джейн притворялась, будто все хорошо, что-то от меня скрывая. Не бывает так, что женщина тебя динамила несколько лет, потом внезапно согласилась жить с тобой, а после резко полюбила! Все это оказалось фальшивкой – вот что меня оскорбляет больше всего.
– Короче, я запутался, – сдался Стив.
– Ты пойдешь, если я смогу вытащить ее в клуб?
– Не брошу вашу тонущую лодку в беде.
– Спасибо.
Эндрю поднялся в зал «Исиды». Запах благовоний немного дурманил голову, но в то же время приятно расслаблял напряженный разум. Поймав себя на внезапном желании выпить – и непременно чего-нибудь крепкого! – он слегка растерялся. Эндрю ценил здоровый образ жизни и старался обходиться без алкоголя даже на праздниках. Время для томной активности в клубе было довольно ранним, поэтому посетителей удавалось пересчитать по пальцам. В основном там сидели серединные менеджеры, обед которых затянулся, либо уже собирался плавно перейти в ужин. Наверняка они знали, что вечером те же самые блюда, те же самые напитки значительно вырастут в цене. В хармлендском мире капитализма ценность вещей заключалась не в сути, а в том, в какое время и в каком месте их подавали.
Стоя у бара, Эндрю боролся с жаждой к спиртному и искал глазами Бетси. Liberian girl нигде не было – возможно, она ушла на выходной. Девушки с прямыми челками и острыми линиями каре выписывали плавные движения руками в воздухе. Решив еще подождать, Эндрю бросил портфель на высокий стул и забрался на соседний, как вдруг почувствовал, что за ним наблюдают. Он резко обернулся в зал и заметил Фархата. Тот стоял в противоположном конце у стены, но, даже несмотря на расстояние, Эндрю узнал его глаза – хищные и колючие, как у сокола. Они злобно смотрели исподлобья в полумраке. Смотрели прямо на него.