Королева ордена
Шрифт:
– Дима, что это?
– Венерианская секвойя, кора светло-серая, ствол ты видишь, а крону я лучше тебе покажу. Пошли, я голоден.
Белоснежные бревенчатые стены, пол застелен белым ковром. Столы, стулья и вообще все, на что падал взгляд, было белым. Но эта белизна не слепила, она имела множество оттенков дополняющих друг друга.
Я чувствовала гастрономическое наслаждение, мои вкусовые рецепторы взрывались восторгом, ощущая гармонию и аромат каждого блюда.
– Теперь я понимаю, зачем ты привез меня обедать именно сюда. Почему на Глории так не готовят? Или это секреты местной кухни?
– Секретов особых нет. Сочетание венерианской
– Выходит, если я захочу приготовить что-нибудь на Глории, у меня не получится?
– Скорее всего, нет, если рядом не будет находиться профессиональный повар. Необходимо знать вкусовые качества продуктов присущие данной планете, а ты знаешь только земные. Пошли, экскурсия продолжается.
Не продолжительный перелет над темным океаном и тубус опустился на следующий материк. Оборудованную посадочную площадку окружало цветочное поле. Пестрый полевой ковер разрезала единственная дорога, упирающаяся в густой лес. Обычным квадроциклом мы приближались к лесу. Секвойи выглядели потрясающе. Белый ствол стрелой уносился в небо, а крона на нем располагалась в три яруса, и имела грибовидную форму. Дима подпрыгнув, ухватился за нижнюю ветку. Притянув огромную раскидистую лапу к моим глазам. Я ожидала увидеть что-то на подобии иголок, но ошиблась. Крохотные листочки, длинной с пол ногтя, тысячами усыпали ветку. Прогулка по лесу вывела нас на берег крохотного озерца. Подстриженная травка, узкая песчаная кромка у воды. Я опустилась на траву, наблюдая за красотой, вслушиваясь в тишину этого места. Дима обнял меня и уложил на траву.
– Я люблю тебя моя королева.
Я улыбнулась.
– Я всегда отвечала вам взаимностью милорд.
Нежность его поцелуев постепенно приобретала настойчивость. Поднимая жар страсти из глубины моей души. Я ощутила тепло его рук на обнаженной коже. И на мгновенье испугалась.
– Дима увидит кто-нибудь!
Он не обратил внимания на мои слова. А вскоре я потеряла ощущение реальности.
Восстанавливая дыхание, я прислушивалось к своим эмоциям. Риск придал страсти новые краски. Пикантность ситуации разбудила неведомые доселе грани чувств. Я наслаждалась блаженством, мне совсем не хотелось шевелиться. Дима закончил одеваться и взглянул на меня.
– Если Ваше Величество считает, что обнаженная королева посреди заповедника в порядке вещей на Венере, должен вас разубедить, - он опустился рядом.
– Придется одеться любовь моя, пока еще ни кто не вышел из леса.
– Дима ты сумасшедший. Что бы было, если б на нас наткнулись?
– он рассмеялся.
– Боюсь, мы этого бы даже не заметили!
Мы уже довольно долго летели над океаном. Я заметила у горизонта странный блеск, темный, почти черный.
– Что это Дима?
– Цель нашего полета, - загадочно произнес он.
– К сожалению, приземление там запрещено, но зависнуть над скалой мы можем.
Это была голая скала, не большого размера. Таких много в прибрежных водах, но эта стояла посреди океана. Она возвышалась из воды метров на двадцать не больше. Плоская, как будто срезанная вершина, голые крутые склоны. На этом ее сходство с обычными утесами заканчивалось. Скала была насыщенного темно-синего цвета. Ее неровная поверхность светилась каким-
то глубинным иссиня-черным сиянием. Создавалось ощущение, что ты смотришь вглубь
скалы.– Дима что это!
– воскликнула я пораженная манящей красотой.
– Венерианский алмаз. Его и раньше находили в глубоких пещерах, но в очень малых количествах. А триста лет назад, из воды показался полуметровый остроконечный шпиль. Исследовав его, включая подводную часть, геологи пришли в замешательство. Это не горная порода с вкраплениями минералов. Эта скала один цельный алмаз. И она растет. Исследования подводного архипелага показали наличие еще пяти подобных скал, но они слишком глубоко. Разработка алмаза естественно производится, но под строгим контролем и в ограниченных количествах. Нам пора, я получил разрешение лишь на пять минут.
– Разрешение?
– тубус уже удалялся от скалы.
– Приблизится даже к этому району без допуска не возможно. Наблюдение ведется круглосуточно.
– Ясно. Куда теперь милый?
– Домой. Ужинать и отдыхать. Я бы с удовольствием украл бы тебя на неделю. Но, увы, незапланированный отпуск придется ограничить одним днем. Завтра с утра мы должны вернуться во дворец.
– Уточни понятие дом.
– Летим на Цереру, если ты не против?
– С удовольствием!
На Цереру мы переместились порталом.
– Искупаемся?
– предложил Дима, как только погасло свечение телепорта.
– С огромным удовольствием!
Накупавшись всласть, мы поднимались наверх к дому.
– И как это Саша пережил без меня целый день?
– вспомнила я.
– Да о чем ты говоришь! Он был на Венере через двадцать минут после нас, и сюда уже примчался.
– Он тебя уведомил?
– Естественно, он обязан это делать.
– Ты всегда знаешь, где я?
– Всегда, если охрана не оплошает, - мы входили в дом.
– Проголодалась?
– он развернул меня к гостиной. Дима распахнул дверь, и я застыла на пороге. Приглушенный свет, отблеск свечей на бокалах, стол накрыт на двоих. Я улыбнулась.
– Мой купальник не смотрится в таком антураже.
– Согласен, без него будет значительно лучше, - ответил Дима, протягивая мне тончайший, кружевной пеньюар. На себя он тоже накинул халат. И правильно, зачем одеваться к столу, если мы только вдвоем, и все равно скоро это все снимем. Я находилась в состоянии полного счастья. Прекрасный день, шикарный вечер, а впереди (я уверена) меня ждет незабываемая ночь - как тут не растаять.
Мы закончили с трапезой и переместились на диван. Как таковой беседы не было. Я потягивала коктейль, в промежутках между поцелуями. Дима нашептывал мне умопомрачительные признания. Единственное чего не хватало это предложения о замужестве. Мы поженимся и без этого, но так бы хотелось....
– У меня к тебе предложение, - вдруг сказал он, слегка отстранившись, чтоб видеть мои глаза.
– Руки и сердца?
– не удержалась я. Дима отрицательно покачал головой.
– Нет. Мое сердце давно принадлежит тебе, а руку тебе предоставил совет, - он поднялся, взял что-то с камина. Обошел столик и опустился передо мной на колено.
– Я хочу предложить тебе свою жизнь, судьбу, душу. Унесешь ли ты их с собой в вечность, - он поднял крышку. На белоснежном бархате покоился гарнитур из гертения и венерианского алмаза. Хитроумное переплетение из прозрачного гертения обрамляло темные алмазные каскады. Ни чего более прекрасного я в своей жизни не видела. Это был шедевр ювелирного искусства. Гарнитур поражал красотой, размером, и количеством изделий. А посередине, на небольшом возвышении лежало обручальное кольцо в том же стиле. На моем пальце уже было одно такое, но без синих вкраплений. Я перевела взгляд на Диму. На его лице в ожидании застыл вопрос.