Чтение онлайн

— Попробуй меня остановить, — предлагаю тихо, но отчётливо, в упор глядя на парня.

Он облизывает губы, словно они пересохли, и делает шаг в сторону, даже не пытаясь меня остановить.

Иногда я благодарен ореолу таинственности, который витает вокруг меня.

— Дэннис, Дэннис, приём, повторяю… — вдруг прорезается в наушнике голос Бронсона, и я поспешно откликаюсь:

— Слышу!

— Сигнал восстановлен! — восклицает генерал. — Дэннис, уходите оттуда…

Я не даю ему договорить очевидное и прерываю, нагло наплевав на правила:

— Флорес ясно дал понять, что не нуждается

в сотрудничестве, — сообщаю, пока продолжаю идти по коридору, сжимая руку Габи. — Он попытался напасть и увести объект, но что-то его отвлекло.

— Ублюдок! — рычит Бронсон. — Его отвлекли люди динатов. Они там, в клубе. Дэннис, уходите оттуда, слышишь…

В этот момент мы поворачиваем за угол, и я почти врезаюсь в человека. Прикрыв собой Габриэллу, машинально сжимаю кулаки, но вовремя останавливаюсь.

— Дана?! Что ты здесь, к чёрту, делаешь?! Мы же договорились! Ты должна быть с Ньютом!

Сестра одета в чёрное, и ярко-рыжие волосы выделяются как никогда эффектно. Тёмные глаза расширены от испуга.

— Я и так с ним! — огрызается Дана. — Что прикажешь делать, если он здесь? — У меня приоткрывается рот, но я не успеваю оправиться от шока, как сестра продолжает: — Я подчиняюсь, прежде всего, отцу, а потом уже тебе или Ньюту.

В сознании невольно всплывает наш спор: «Дана, ты не будешь в этом участвовать». — «Чёрта с два! Ещё как буду».

— Послушай, нет времени! — предупреждает сестра. — Люди динатов уже здесь. Наш отец уже здесь. Динаты скоро будут тут.

В полной растерянности я шепчу:

— Ты сказала, что они отправятся в Третье крыло послезавтра.

— Я сказала, что слышала от отца. Но похоже, динаты изменили решение.

Мой мозг работает медленнее, чем инстинкты.

— Знаю, но зачем ты?!..

Дана смотрит на меня мрачно и упрямо, и вдруг меня и самого озаряет:

— Отец отправил тебя вперёд, чтобы был повод нагрянуть сюда, якобы вслед за тобой.

Она кивает.

— Да, чтобы динаты могли сюда явиться. Но это уже неважно, больше им не нужен повод. И я ухожу.

Девушка бросает на Габриэллу сочувственный взгляд и предупреждает ещё тише, чем прежде:

— И вам стоит поспешить.

Никогда раньше я бы не задал подобный вопрос, но с каждым днём я всё меньше доверяю людям. «Даже собственной сестре?» — язвит внутренний голос, но я игнорирую его и вслух произношу:

— Дана, ты знала, что они будут здесь сегодня?

Она смотрит на меня прямо:

— Нет.

— Уходи отсюда, — прошу я, и сестра откликается:

— И вы.

Ещё один сочувственный взгляд Габриэлле — и Дана исчезает в одном из коридоров. Я срываюсь с места, тяну за собой землянку и включаю рацию:

— Генерал?..

— Дэннис, выходы перекрыты! — взвизгивает Бронсон. — Лифты заблокированы. Веди её в здание Солнечной печи. Прямо сейчас! По-другому из здания не выбраться. Быстро в центральный зал! Там встретимся.

— Мы уже на месте, — отвечаю я.

— Подожди! — вдруг восклицает генерал, и я запоздало осознаю, что впервые в жизни слышу панику в его голосе.

Но мы уже выходим из коридора, и мой взгляд сосредоточен на двери: нужно лишь пройти через весь зал к самой дальней двери, и она приведёт нас в коридоры, ведущие

в Солнечную печь.

Но как только я бегло обвожу взглядом зал, то сразу же понимаю, что всё пропало.

Первыми я вижу людей динатов. Они стоят к нам спинами, но не узнать форму просто невозможно: она ярко-красного цвета, чтобы сразу бросалась в глаза и демонстрировала силу. Надзиратели, которые обеспечивают порядок в Третьем крыле, тоже надевают такую, но обычно по праздникам, когда случаются какие-нибудь массовые мероприятия. Люди динатов предпочитают всегда быть в красном.

Напротив, в одной стороне, остановился Флорес в окружении своих парней. В другой — генерал Бронсон. Джонс прав: у генерала есть удивительная способность появляться из ниоткуда…

Только спустя несколько секунд я замечаю рядом с Бронсоном Алана и генеральских солдат.

Взгляды всех, кто находится напротив нас, сосредотачиваются на мне и Габриэлле. При этом на лицах генерала и Алана отражается беспокойство, физиономию Флореса перекашивает от злобы.

— Взять их, — рычит он сквозь стиснутые зубы, не сводя с нас убийственного взгляда.

К нам тут же направляются не только головорезы Оскара: приказ привлекает к нам внимание и динатских солдат. Часть из них резко оборачивается с автоматами наготове, и я вновь машинально заслоняю собой Габриэллу, но в эту секунду раздаётся крик Бронсона:

— Стоп!

— Взять! — повторят озверевший владелец Шахты, но в это мгновение все разом оборачиваются к входным дверям, которые с шумом разъезжаются, и в комнату входит целая группа, во главе которой, окружённые полупрозрачными защитными щитами, следуют… динаты.

«Кто именно едет в Третье крыло? — Нефрит. — Могло быть и хуже. Главное, что не Фельдграу. — Насчёт него не беспокойся. В этот день динат будет выступать в Эпицентре».

Либо мы стали Эпицентром, либо у станции сместился центр притяжения, либо, что более вероятно, у нас просто были ложные разведданные.

Разговор с Бронсоном проносится в моей голове за доли секунды. Забавно до жути, потому что перед собой я вижу не только Нефрит с отвратительной бородавкой над губой, но и других динатов: двоих молодых мужчин со смазливыми лицами, которые даже сейчас расплываются в улыбках, толстяка с непримечательным лицом, лишённым морщин.

Я вижу даже самого Фельдграу. Человека, который выглядит, как киборг из детских страшилок…

Ничто и никто не спасёт Габриэллу, если этот конченный придурок Оскар Флорес прямо здесь и сейчас прокричит, кто она такая.

Моё сердце уходит в пятки. Я чувствую, как дрожит в моей руке ладонь землянки, как эта дрожь передаётся всему её хрупкому телу.

Однако Оскар не успевает даже открыть рот: динаты и их конвой останавливаются, Фельдграу сосредотачивает взгляд на владельце Шахты, и красный глаз внимательно сканирует парня, пока по телу Оскара не проходится свет, напоминающий луч лазерной указки.

— Флорес, ты совсем потерял голову? — хриплым, прокуренным голосом спрашивает главный динат. Тон совершенно лишён каких-либо эмоций, и в сочетании с тем, как тихо говорит Фельдграу, это производит угрожающее впечатление. — Мне доложили, что последнее время ты слишком много стал себе позволять.