Клеймо Солнца. Том 2
Шрифт:
— Я не знаю, что это было… Я правда не знаю.
Неужели всё это время дело было во мне? Когда на планету явились тальпы, я подожгла всё вокруг? А когда они пытались приблизиться и осмотреть моё тело? И перед тем, как выпустить меня в город?..
«Если бы успех зависел от смерти объекта, я бы уже удавил
«Что ты наделала? Зачем позволила голосу усыпить твою бдительность?!»; «Он говорил, что активность твоего мозга снижается. Он сказал Мучителю, что нужно к нему прислушиваться, что он предупреждал о высокой влажности воздуха! Он рассказывал, как следует с тобой поступить, как тебя пленить и лишить какой-либо защиты!.. Мучитель заявил, что знал: Дэннис Рилс будет полезен!» Эти слова произнесла бабушка в моих видениях. Так интуиция подсказывала мне, от кого ждать опасности — кто меня предаст… Только я оказалась слишком беспечна и глупа, чтобы понять…
С самого начала заворожено наблюдала за мраком в душе Дэнниса — за тем, как свет подчёркивал её густоту, и лоснящиеся нити переплетались с ослепительными лучами, как этот свет оживал от моей близости. Я слышала вновь и вновь голос в голове, который твердил: «Не впускай». Однако я действительно позволила усыпить бдительность и до последнего момента наслаждалась прикосновением ладоней — нежных и прохладных, как родниковая вода. Конечно, всё это закономерно, ведь чем ещё потушить пожар, созданный моим телом, как не водой?..
«Ты обещал. Дэн, ты обещал…» — раздаётся мой собственный голос. Хочется прокричать эти слова, но получается всего лишь беспомощно прошептать…
Нона когда-то
рассказывала, что тальпы верили, будто на смертном одре перед внутренним взором проносится вся жизнь. Как и во многом другом, они ошиблись…Я догадываюсь, какова моя судьба. Чувствую это всем своим существом.Смерть.
Но в сознании калейдоскопом не мелькают воспоминания. В нём прочно укореняется лишь одно: сероватое лицо, словно укрытое в густой тени, но подсвеченное оранжевыми всполохами костра. Глаза дико горят, и в них отражается бушующее пламя. Волосы, как у Дэна, — насыщенного чёрного цвета, какой всегда меня пугал, — блестят, как каменный уголь…
Когда я прикоснулась к лепесткам цветка Иоланто и вновь увидела этот образ, мне показалось, что это моё будущее… Такое страшное, в котором я едва ли узнаю саму себя, но всё же… будущее, где я жива… «Что они сделают с моей душой? — крутилось в голове. — Что заставит моё сердце потерять всякий свет?» Ведь волосы эдема темнеют только когда погибает душа…
Только теперь я понимаю, что видение совсем не означало, что я останусь в живых. Как я могла поверить, что сумею выжить на этой станции, пропитанной кровью и страданиями? Как я могла так глупо надеяться?.. Вероятно, вот и пришёл момент, когда я погибну. Снова.
Да, на смертном одре перед внутренним взором не проносится вся жизнь. На смертном одре вообще всё становится неважным — даже нестерпимая боль, что поднимает глубоко из груди немой крик и превращает душу в обугленный ком. А потом разгорается пламя Смерти.
Я появилась на свет дважды. Во второй раз к жизни меня призвало Солнце. Оно подарило мне второй шанс. Справедливо, что третьего не будет.