Чтение онлайн

Я сладко зевнул и потянулся. После чего замер.

Что это я только что сделал? Я попробовал шевельнуть рукой. Она нехотя, но послушалась меня! Двигаться всё ещё было тяжело. Но, пожалуй, больше из-за того, что мои мышцы совсем ослабли, а не из-за боли в суставах и того, что я не мог этого сделать, сколько бы усилий ни прикладывал.

Я осторожно сел, свесив ноги с кровати. Голова закружилась. Перед глазами стояли разноцветные круги. Подождав, пока перестанет, я осторожно, опираясь на прикроватную тумбу, попробовал встать. Ноги подкосились, и я рухнул на пол, больно ударившись коленями.

— Ну, даёшь… — прозвучал

в голове голос друга. — Спятил, сразу вставать?

Но как же я мог иначе, мне ведь не терпелось начать ходить! Сейчас ничего боле меня не волновало.

Я сжал зубы и пытался сделать свой первый за много лет шаг, раз за разом падая то в кровать, то на пол. Дома в самый разгар дня я был один, и никто не должен был слышать шума. Я продолжал попытки.

И, наконец, у меня вышло. Опираясь на стену, я сделал один шаг, второй, после чего я всё же осел на пол, счастливо пыхтя.

— Дурак, — прокомментировал друг.

А у меня на глазах выступили слёзы.

— Это твой подарок? Спасибо тебе! Не знаю, как тебя отблагодарить, — наверное, я не смогу это сделать за всю жизнь, что бы ни делал.

Но ответом было:

— Нет.

Я опешил от такого поворота.

Он вздумал пошутить? Я столько лет не мог толком шевелиться, а тут он передал мне подарок, и вот я уже почти хожу!

Тогда что со мной случилось, если это не он?

— Я тебя не понимаю… — пробормотал я.

— Это лишь следствие моего подарка, — усмехнулся он. — Посмотри за окно.

Я сидел не так далеко от него, и спустя несколько минут смог из него свеситься. Свет проливался с неба на зелёную траву, украсившую всю лужайку вокруг дома. Жёлтые и белые цветы росли под самыми окнами. Над ними порхала чёрно-синяя бабочка.

— Краси-и-иво, — протянул я.

После чего посмотрел вдаль. Там виднелись крыши деревенских домов, а за ними горы. На одной из них стоял красивый замок, его было плохо видно, и всё же теперь я его видел. Это было так приятно, ведь в предыдущий раз я смотрел на него лет семь назад.

Я вцепился в оконную раму, желая видеть это как можно дольше. Ветер стал дуть сильнее и дерево, стоящее рядом с домом, зашуршало листвой. Я навалился животом на край окна, высунул руку наружу и попытался почувствовать его.

Ладонь ощутила щекотку, а затем она наполнилась силой. Я расширил глаза. Казалось, что я поглощал ветер, а он заполнял моё тело энергией, которая позволяла ему двигаться.

— Ты быстро учишься, — проговорил друг. — Теперь ты сможешь с ним играть. Даже если меня не будет рядом, тебе не будет одиноко.

— О чём ты? — я испугался, что он решил уйти, и это был его прощальный подарок.

Я, конечно, даже не мог представить, что он будет настолько ценным, но, возможно, я стал слишком жаден. Я не хотел отпускать друга даже после подарка.

Если бы он предоставил мне выбор, общаться ли с ним дальше или уметь ходить, я бы выбрал первое. Но он не спрашивал меня.

Ощущение от его присутствия стало истончаться.

— Теперь ты маг. Тренируйс-ся… — конец фразы был едва уловим, будто его произнесли шёпотом.

— Нет! Не уходи! — закричал я. — Ты не можешь вот так меня оставить…

Никто меня не услышал.

Тогда он исчез.

Я не мог с ним связаться, а сам он больше не приходил… А потом наступил тот день.

Постепенно

я понял, что мой друг не просто болтал попусту, он днём за днём вкладывал в мою дырявую голову знания о том, как нужно пользоваться магией. Когда я действительно смог почувствовать потоки ветра, как часть себя, я осознал его непонятные ранее метафоры и те символы, которые он заставлял меня учить. Вся картина собралась в целое. И всё же я был на него невероятно зол. Кто позволял ему исчезнуть?!

Я собирался стать магом и, наконец, слезть с плеч семьи старосты, отплатить им за их доброту. Пускай, они и не прыгали от счастья, что у них есть такая ноша, как я, но всё же они меня спасли, столько лет растили и даже подпитывали лечебными заклинаниями моё полумёртвое тело. Я им благодарен и отплачу за все их дела сторицей.

Но для начала мне надо было восстановить мышцы. А учитывая, сколько они пролежали без дела, это было не так-то просто и требовало времени. И я малодушно решил ещё пару недель посидеть на шее старосты и его жены. В конце концов, было сложно найти лучшие условия для приведения себя в порядок: крыша над головой, питательные вещества поступают наполовину с магией, наполовину с едой, а главное, весь день никого не бывает дома, и я могу тренироваться, сколько захочу.

Я продолжал лежать в кровати, и только, когда все уходили, постепенно учился вновь ходить, укреплял мышцы рук и тела. А всё оставшееся время, даже когда все были дома, играл с ветром. Друг был прав, это было довольно забавно. Конечно, ветер не мог со мной говорить, но через некоторое время я понял, что он меня отчасти понимает, словно он тоже разумен. Это было так странно, что можно было запутаться, если хоть на минуту об этом задуматься. Но я всегда был довольно глупым, поэтому не забивал голову лишним. Я просто играл с ним. А моя магия становилась сильнее. Гораздо быстрее, чем поправлялось тело.

Мама приходила меня исцелять где-то раз в неделю. После этого тело резко слабело. Я связал это с тем, что все накопленные организмом силы посылались на поправку. Затем стал думать, что это из-за того, что мама не знает, что я стал магом, и в моём теле появилась внутренняя энергия, которая постепенно сама лечила организм. То есть не зная о моём реальном состоянии, она лечила меня неправильно.

Я собирался ей во всём признаться, ведь я уже почти мог ходить сам. Если бы воспользовался какой-нибудь повозкой с лошадью, мог даже добраться до города, а там бы маги точно пригодились, даже с таким телом, как у меня. А постепенно оно бы восстановилось, и я бы мог вести полноценную жизнь. Но перед тем как я успел признаться, к нам пожаловали гости, и всем стало настолько не до меня, что я решил подождать их отъезда.

Об их присутствии я узнал по шуму и тому, что видел из окна: белая карета с лошадьми была очень красивой, как и сами грациозные животные, которых я видел вживую впервые.

Я ничего не подозревал, пока в один день, как обычно, практикуясь днём в своей ходьбе по дому, не подошёл к двери кабинета старосты, который почему-то сегодня остался дома вместе с одним из гостей.

Услышав их голоса за дверью, сначала я перепугался, что меня увидят. А потом здраво рассудил, что мне уже и так пора бы сообщить домочадцам о том, что я быстро иду на поправку. Любопытство победило приличие, и я медленно подошёл к двери, прислушиваясь.