Гонец
Шрифт:
Зинон нахмурился, пока король и Корсон пытались убить друг друга взглядами, и обернулся к огромному окну, сквозь которое в тронный зал лился дневной свет. Он ещё не понимал, о чем говорила Белет, но не стал сбрасывать её волнение со счетов. И не зря. Несколько мгновений спустя до него донесся гул, сперва тихий, теряющийся в людском гомоне, а затем всё нарастающий и нарастающий. Не составило труда узнать его, и внутри похолодело от мысли, что уж больно вовремя железные птицы решились атаковать столицу. Множество вопросов вспыхнуло в голове. Зинон не понимал, как они смогли узнать о результатах переговоров так быстро? Могли ли птицы прилететь сюда по чистой случайности или по совпадению? Осталась ли у Кроу какая-то техника, с помощью которой он подал сигнал
– Учитель, железные птицы летят! – сказала Белет достаточно громко, чтобы её услышали все. На лице короля мелькнуло что-то, похожее на ошеломление.
– О, как вовремя, – отозвался Корсон, и с его языка закапал яд. – И почему я не удивлен? У тебя не хватило ума даже просто потянуть время до перемещения?
– Я сказал вам выйти вон, – отрезал король, почернев от гнева.
– И что ты сделаешь сейчас, Давид? – продолжил Корсон, проигнорировав приказ. – Сбежишь раньше срока? Бросишь всех тех, кто не успел добраться до столицы, но спасешь свою шкуру? И это сейчас называют мудростью? Ты всего лишь жалкий трус!
Зинон и Белет переглянулись, разделяя общую тревогу.
– Господин Корсон, – попытался вмешаться Зинон. – Мы же хотели…
– Как ты смеешь, маг, говорить со мной в таком тоне? – прорычал король и взмахнул рукой. Стража встрепенулась, точно только того и ждала, и наставила на них оружие. – Ещё одно слово, и твоя голова покатится по земле.
– О, как страшно, – закатил глаза Корсон, и его ярость стала ощущаться кожей. – Враг у твоих стен, а ты даже не знаешь, что делать. Твой лучший отряд не в столице, твои люди не справятся с осадой, а техники судя по всему уже придумали, как обойти агрессивное магическое поле. Я столько лет предупреждал тебя об этом дне, но ты не стал меня слушать, обвиняя в безумии. Глупец! Ты, как и твои жалкие предки, не достойны править королевством. Я говорил и повторю снова: ничтожен тот, кто бежит от сражения.
– Стража, заковать Корсона и его приспешников.
Зинон среагировал раньше, чем мысль оформилась в голове, и спустя один удар сердца очутился перед магом, перехватив удар посоха. Секундное ошеломление растворилось в потоке чувств, обрушившихся на него лавиной, и среди них ярче всего вспыхнули жажда справедливости и разочарование в короне. Мудрый король не знал, что делать. Он не собирался сражаться. Ему было всё равно на сопутствующие жертвы. Даже сейчас, когда железные птицы разрезали небеса, мчась к столице, он не заспорил с Корсоном об обороне, а предпочел рассердиться на него из-за тона и дерзости.
Отвратительно. Зинон с трудом верил, что ещё пару дней назад считал его мудрейшим человеком в королевстве.
По коже пробежали заряды, и стражники отпрянули. В воздухе затрещало, тучи сгустились над дворцом, и молнии откликнулись на зов так быстро, будто только и ждали этого. Зинон прищурился, обведя взглядом тронный зал, и мужчины невольно сделали ещё шаг назад. Даже король побледнел. Неестественная тишина опустилась на них, как могильная плита, и никто не посмел шелохнуться, скованный страхом. Корсон спокойно положил руку Зинону на плечо.
– Будь по-твоему, – сказал маг тихо, но твердо. – Мне жаль времени, что я потратил на тебя, но у меня действительно закончились аргументы. Если перед лицом опасности ты бездействуешь, никакие слова не помогут. Посмотри, даже Зинон, который с детства воспитывался в страхе и ненависти ко мне, принял мою сторону и разделил мои взгляды. Это ли не лучшее доказательство?
Никто не произнес ни слова в ответ. Король вскинул подбородок и расправил плечи, словно пытаясь возвыситься на Корсоном, но в глазах Зинона представал напыщенным индюком. Острая игла пронзила сердце, ведь всю жизнь в академии и в гарнизоне ему вдалбливали, что нужно уважать правящую династию, подчиняться ей и беспрекословно слушаться каждого приказа. Долг обязывал служить короне. Зинон, как хороший солдат, чтил его, но теперь
от этой мысли мутило. Гримаса отвращения лезла на лицо, а желание швырнуть молнию вперед нарастало.– Беги, – сказал Корсон и взмахнул посохом, разрубая пространство на части. – Спасай себя и горстку выживших и молись, чтобы проклятья тех, кого ты оставил, не достигли тебя.
– Куда ты собрался? – воскликнул король, а стража застыла, не зная, чего ожидать от черного провала.
– Спасать тех, кого ты бросил, – прошипел Корсон. – Зинон, Белет, за мной.
Зинон рефлекторно вытянулся по стойке смирно. Прежде, чем шагнуть во тьму, он бросил взгляд на короля, но тот уже отвернулся. Мужчина стоял, сжав кулаки и стиснув челюсти, и смотрел куда-то в стену. Его спина была неестественно напряжена, а вокруг витала аура гнева. К несчастью, ничто не указывало на то, что самые острые слова Корсона возымели эффект. Маг годами стучал в закрытую дверь, и Зинон с сожалением отмечал, насколько бесполезной работой он занимался. Недавний план убедить короля распался на начальном этапе, и от мысли попытаться вновь внутри вспыхивал вулкан разочарования. Скривившись, Зинон покачал головой и отвернулся, направляясь к черному провалу, в котором уже скрылись Корсон и Белет.
Заклинание приняло его мягко и нежно, как воды озера, и тут же отпустило, не дав, как следует, разобраться в ощущениях. Переход запомнился только прохладой, запахом пыли и мгновением абсолютной тишины, в которой можно было расслышать, как кровь бежит по венам. Чем-то это напоминало дверь. В один миг Зинон стоял в тронном зале, а уже в другой – глядел на стены столицы, окруженные мирным народом. Гул железных птиц раздавался всё ближе.
– Мы остаемся? – тихонько спросила Белет, искоса поглядывая на Корсона.
– Да. Зинон?
– Я с вами. Все мои близкие далеко отсюда, хотя я и не уверен, что они до сих пор живы. Ничто не заставит меня бросить их, особенно теперь, когда я увидел истинное лицо короля.
– Уверен? – склонила голову Белет. – Еще не поздно переместить их сюда магией учителя. В новом мире они могут быть в безопасности.
– Не факт, – нахмурился он. – Вдруг там техника сильнее? Вдруг там магии меньше? Если вспыхнет новое сражение, король их не защитит. Здесь, пока мы сражаемся, у нас хотя бы есть шанс.
Зинон посмотрел на Корсона, и тот отрывисто кивнул. Он вглядывался в сторону столицы так, будто кто-то царапал его сердце клинком, и стиснул посох, когда в небе засиял огромный магический круг. Символы закружились в воздухе, выстраиваясь в нужном порядке, а среди людей прокатился удивленный вздох. Все уставились вверх, открыв рты. Магия хлынула ко дворцу, и Зинон поморщился, приложив руку к груди. Рядом тяжело выдохнула Белет, обнимая себя крыльями, и лишь Корсон и бровью не повел. Точно статуя, он застыл на месте, прожигая взглядом магические круги, и ничего не сделал, когда над головой пронеслось несколько железных птиц.
Быстрые, небольшие, юркие, они шмыгнули ко дворцу, отчаянно трепеща неподвижными крыльями, и не было похоже, что техники придумали, как защищать их от магического поля. Полет давался с трудом. Несколько птиц потерялись в пространстве и с обреченным гулом рухнули на землю, напоследок исторгнув из себя людей. Спустя пару мгновений тех подхватило какое-то устройство, замедлившее падение, и теперь они медленно опускались на землю с помощью гигантских простыней на веревочках.
Остальные птицы, кто удержался в воздухе, выстрелили снарядами, которых Зинон прежде не видел. Они выглядели, как пули, но были в разы больше и разгонялись пламенем из хвоста. С невероятной скоростью снаряды полетели к столице, ничуть не виляя, и не меняя траектории, и врезались в стены и землю. Тотчас прогремела серия взрывов. Вспыхнула паника. Раздались крики. Птицы, справившись с головокружением, пошли на второй круг, и Зинон в ужасе уставился вперед, не веря глазам. Наверное, об этих снарядах – «ракетах», как их называл Кроу – и говорилось в мирном послании от техников. Это было действительно страшное оружие.