Чтение онлайн

В зал спускаются остальные. Я спрашиваю у Артура:

— Что дальше, Артур?

Он улыбается уголком рта, глядя на меня.

— Все повторяется, да, малыш? Третий раз ты сидишь напротив меня и задаешь мне один и тот же вопрос.

Я ухмыляюсь в ответ:

— Похоже, что только ты три раза подряд знаешь ответ.

Они смеются и все садятся ужинать. Я не был со всеми уже долго и я соскучился по нашим общим трапезам. Ужин проходит, как раньше, как я всегда помнил: весело, с шутками, с вкусной едой, с радостью, от которой я уже отвык. Впервые за пять месяцев я выпил вина и захмелел. Остаток ужина я пьяно-благодушно смотрел на всех и мне было хорошо и легко.

Когда мы

встали из-за стола, ко мне подошел Чарли.

— Ты спрашивал у Артура, чем ты будешь заниматься?

Я кивнул отяжелевшей головой:

— Можно сказать и так.

Чарли смотрит на меня и почему-то тяжело вздыхает.

— Когда ты достаточно окрепнешь и Арчер скажет, что ты готов, ты станешь моей тенью.

Наверное, я у меня глупый вид, потому что Чарли улыбается.

— Артур приставит тебя ко мне. Боится, как бы меня не заделали в одиночку, — смеется он, глядя на меня.

Отсмеявшись, он продолжает:

— Ты станешь одним из нас. С тростью или без нее, ты войдешь в команду. Все согласны с Артуром — Лис, Блэк. Арчер, тот вообще тебя любит, по-своему, конечно, — снова смеется он, глядя на то, как я расплываюсь в широкой и, наверняка, идиотской улыбке.

— Значит, я — твоя тень, — как всегда от волнения, хриплю я.

— Пока полностью не освоишься — да, — кивает в ответ Чарли, — с недавних пор мне нужна поддержка. Да, — оживляется он, — Арчер здорово придумал с тобой. Трость, хромота — кто подумает, до кого вообще дойдет, на что ты способен. Арчер доволен тобой, говорит, что ты в порядке.

— Я в порядке, — говорю, — спасибо, Чарли.

— Да за что там, — отвечает он и жмет мне руку.

Я засыпаю и сплю без снов. Никиш не появляется. Я засыпаю. Теперь уже снова все хорошо. Теперь я знаю, что будет дальше. Теперь я знаю, что мне делать. Теперь я спокоен...

Вполне уместно будет перелистнуть месяц. Интересного там было мало — разве что занятия с Арчером и упорная длительная ходьба. Иногда я забывал, что не могу бегать, но палка в левой руке надежно напоминала мне об этом. Сравнивая себя до перелома и после, я замечал, что мои движения из быстрых и порывистых стали медленными и расчетливыми. Я смотрел в зеркало и видел, что вроде бы стал шире в плечах. Может, это казалось мне из-за того, что я начал сутулиться. Я начал сутулиться, сам не замечая того. В лице тоже что-то изменилось. Я не мог сказать точно, что именно, но изменения были. Также я не мог сказать, к лучшему или к худшему были эти изменения. Я мог сделать только один вывод: я изменился. Что-то изменилось снаружи, что-то изменилось внутри. Это все, что я могу сказать о том, как я встал на ноги и заново научился ходить...

Как я уже говорил раньше, Арчер понемногу учил меня работать с тростью. Занятия были довольно утомительными, но однажды наступил день, когда Арчер сказал мне:

— Обучение закончено. Теперь небольшой подарок.

Он взял мою трость и повернул рукоятку. Из ручки выскочил стальной клинок. Десять дюймов стали тускло сверкнули передо мной.

— Это — на крайний случай. Если их будет больше двух, если увидишь оружие, если должен действовать наверняка. Понял?

Я кивнул головой.

— Скажи словами, — сказал Арчер.

— Я понял, Арчер.

Он повернул рукоять трости и лезвие исчезло. Арчер вернул мне трость и мы поднялись наверх. За столом сидели Артур и Чарли. Артур курил, Чарли перелистывал свою черную записную книжку. Артур посмотрел на меня, но спросил почему-то у Арчера:

— Все?

Арчер кивнул.

Чарли закрыл книжку и спрятал ее во внутренний карман пиджака.

— Слушай внимательно, малыш, — Артур пристально

смотрел мне в глаза, — слушай и запоминай. Ты — тень Чарли, ты молчишь, слушаешь и следишь за всем, что происходит. Когда вы одни — мне все равно, о чем вы будете болтать, но когда есть кто-то посторонний — ты молчишь, говорит только Чарли. Ты говоришь только когда к тебе обращаются и отвечаешь кратко. Если что-то идет не так — ты уводишь Чарли. Если надо — бегите, если надо — сделайте все, чтобы остаться в живых. Все, что тебе нужно будет делать, скажет Чарли. Вот твое удостоверение инвалида.

Артур выкладывает передо мной на столе лист бумаги с печатями и водяными знаками. Я складываю его и прячу во внутренний карман куртки.

— Что ты думаешь обо всем этом, малыш? — спрашивает меня Артур,

— Что я об этом думаю, Артур — начинаю я, — ты хочешь знать, что я обо всем этом думаю? Пожалуйста. Молчать — это хорошо. Молчать — это не выть «Христа ради» перед церковью. Ходить медленно, пусть с палкой — лучше не бывает! С тех пор, когда я бегал по улицам с утра до вечера, я просто мечтал об этом. Всю зиму, лежа в постели, я мечтал об этом. Я мечтал ходить медленно, Артур.

Я стою перед Артуром, опершись обеими руками о стол и смотрю ему прямо в глаза. Они кажутся хмурыми и недовольными, но я замечаю прыгающие в них золотые искорки.

— Мечты сбываются, да, малыш? — говорит Артур.

— Всегда появляются новые, Артур.

Он смеется глядя на меня, но это не обидный смех. Он доволен мной.

— Пойдем, Аль, — говорит Чарли.

Мы идем и около входа я оборачиваюсь. Артур и Арчер стоят у стола и смотрят нам вслед. Артур поднимает руку.

Я поднимаю руку в ответ и выхожу из зала. Мы выходим из дома и двери со стуком закрываются за моей спиной...

Мы — в центре Фритауна. Позади нас высится башня Судьбы. Сегодня мне кажется, что она вот-вот упадет. Вокруг нас — дома старой постройки, дома не для бедных. Чарли все время пытается идти медленно, в ногу со мной. Я пытаюсь идти быстро, но нога плохо слушается меня.

— Как ты, Аль? — спрашивает Чарли

Он всегда заботился о младших.

— Я думаю, нормально.

Он ободряюще хлопает меня по плечу.

— Со временем привыкнешь.

Мы проходим квартал на улице Александор и Чарли останавливается перед домом номер 44.

— Я должен познакомить тебя кое с кем, — говорит Чарли.

— С доном Торио? — спрашиваю я, как всегда, быстро.

— Нет. Дон Торио общается только с Артуром и Арчером. Его никто не знает в лицо, никто не знает, где он живет. Всеми делами дона Торио занимается одна женщина. Она живет в этом доме, больше похожем на крепость, окруженная слугами. Ее зовут Мамочка.

Я улыбаюсь. Чарли, заметив это, продолжает с заметной иронией:

— У нее, конечно, есть свое имя, но она предпочитает, чтобы ее называли так. Будь осторожен в словах, она вспыльчива, как сухой порох. Да, и еще кое-что. Она женщина довольно полная, так что веди себя спокойно, следи за собой и все будет нормально.

— Хорошо, Чарли, — отвечаю я ему.

С некоторых пор я готов завязывать Чарли шнурки на ботинках, так что я уж постараюсь не ударить лицом если не в грязь, так в столб, как говорил когда-то покойный Любо. Эх, Любо, Любо...

Вслед за Чарли я поднимаюсь по лестнице. Он нажимает кнопку звонка и дверь распахивается, как по волшебству. В дверном проеме показывается человек в темном костюме. Свет из дома бьет ему в спину и я не вижу его лица. Видимо, он узнает Чарли и отступает в сторону, делая рукой приглашающий жест. Чарли входит в дом и я следую за ним, как и положено образцовой тени. Дверь закрывается за мной и я слышу щелчок замка.