Герои Космодесанта
Шрифт:
Апотекарий приставил болтер к голове капеллана, закрыл глаза и выстрелил. Затем бросил оружие, опустился на колени и стал ждать смерти.
Раздался жесточайший визг пневматических механизмов, и Аколон благоговейно поднял взгляд. Так или иначе, технодесантники успели завершить обряд погребения, прежде чем Матиас убил их.
Над ним, подобно мстительному богу смерти, возвышался дредноут. Из громкоговорителя военной машины проревел глухой голос Иезекииля:
— Отведи меня к врагам, апотекарий.
Рейнхарт едва не задохнулся от запаха разложения, когда вслед за Аполлосом ворвался
От едкого воздуха слезились глаза, и кастелян вместе с Еленой и Савалом врезались в мраморные скамьи. Аполлос присел перед баррикадой, в то время как сёстры Елены развернулись и стали защищать вход. Отряд был окружён.
Старшая сестра поднялась из укрытия, не прекращая вести огонь из болтера.
— За Императора! К алтарю! — закричала сороритас, не обращая внимания на град пуль, под которым мрамор вокруг нее разлетался в пыль.
Рейнхарт вогнал новую обойму и поддержал огнём Елену.
У дальней стены ризницы между четырьмя Некролектиферами закручивались и пульсировали тёмные отвратительные энергии варпа, искажающие законы реальности. У основания алтаря пели девять одетых в мантии варп-жрецов: на их обритых головах были выжжены разрушительные проклятья.
— Он открыт? — проревел Аполлос.
— Нет, но уже скоро. У нас остались считанные минуты, — покачала головой Елена.
— Жрецы! Стреляйте в жрецов! — завопил Савал.
Все вместе они стали стрелять поверх обычных сектантов, но только увидели, как, пролетая над головами еретиков, снаряды взрывались, не достигая цели.
— Это что ещё за ересь? — выругался Рейнхарт.
— Псайкеры! — ответил дознаватель.
Сзади упала одна из сестёр, её тело искромсали на куски прорывавшиеся в двери культисты.
— Нужно подойти ближе, — крикнул Аполлос.
Елена выпустила ещё одну очередь и отступила в укрытие.
— Мы не сможем. У нас нет защиты от варпа. Его энергии разорвут нас на части, если толпа не сделает того же раньше.
Терминатор открыл огонь по новой волне сектантов, еретики были уже практически рядом.
— Время на исходе!
Варп-врата начали темнеть.
Рейнхарт по очереди посмотрел на спутников. Он понимал, что остался единственный выход. На него был обращён взор Императора.
— Дай мне все свои гранаты! — велел кастелян Елене.
Старшая сестра посмотрела на Мария, с губ был готов сорваться вопрос, но в глазах появилось понимание. Она сняла два последних заряда и протянула Храмовнику.
Рейнхарт оторвал полосу от табарда и связал вместе гранаты сестры и две свои. Одну он продолжал держать в руке.
Аполлос, несмотря на плотную стрельбу, увидел и понял намерения командира.
— Нет! — закричал он. — Позволь мне пойти, у меня больше шансов!
Внезапно оглушительный взрыв разорвал на части то, что оставалось от дверей часовни. Оторванный кусок створки попал Аполлосу в висок и отправил
молодого терминатора в нокаут. Последние сёстры Елены просто перестали существовать, их тела испарились.Рейнхарт сбросил вызванное контузией оцепенение, хотя в ушах продолжал стоять сильный гул. Он почувствовал, как по груди течёт что-то тёплое. Ниже плеча виднелась кровавая рана. Рядом кашляла от поднятой пыли Елена, лицо сороритас залила кровь из глубокого пореза на лбу, а левая нога была оторвана. Дознаватель лежал без сознания. Сквозь кружившуюся мраморную крошку они могли видеть растущую толпу культистов, которые карабкались по обломкам разрушенного дверного проёма.
— Сможешь задержать их? — спросил кастелян.
Старшая сестра покрепче взяла болтер, кивнула и улыбнулась Храмовнику.
— Ты знаешь, что такое истинная честь, Марий Рейнхарт.
— Император защищает, Елена, — ответил тот и коротко пожал ей руку.
— Император защищает, кастелян, — снова улыбнулась боевая сестра.
Рейнхарт перепрыгнул через баррикаду. Прижимая гранаты к телу, Храмовник бросился сквозь пылевую завесу. Последователям Хаоса потребовалось мгновение, чтобы понять, кто мчится среди них. Но прежде чем еретики успели отреагировать, фундамент часовни задрожал от грохота выстрелов штурмовой пушки, а культисты разлетелись на кровавые ошмётки. Над головой рыцаря по дуге пролетела граната и взорвалась облаком густого дыма, маскируя Мария. Преодолевая последние метры, Рейнхарт оглянулся и увидел силуэт древнего дредноута в тени разрушенного порога.
Кастелян прошептал слова благодарности, снова посмотрел вперёд и выскочил из дыма среди ничего не подозревавших псайкеров. Выдернув чеку, Храмовник молниеносно запрыгнул на алтарь. Марий почувствовал первые болезненные удары по разуму, но было уже поздно.
— Император действительно защищает, — сказал он, и врата закрылись во вспышке молнии и пламени.
Они нашли его в дымящихся развалинах у входа в часовню: тело и броня разбиты, лицо обгорело. Он очнулся, когда молодой неофит Храмовников опустился рядом с ним на колени. Открыл чудом уцелевшие и покрытые коркой глаза. Аколон моргнул.
Размытые силуэты рыцарей проходили мимо, держа наизготовку болтеры. Раненый попытался сосредоточиться на склонившемся над ним человеком.
— Брат, — произнёс неофит. — Держитесь. Скоро придут апотекарии.
Аколон закашлялся и попытался поднять голову. Он понимал, что повреждения смертельны.
— Как… где? — ”Потусторонний”, брат, ваш флагман. Верховный маршал Людольд лично отправил нас сюда после того как получил требование о помощи от инквизитора Винкула. Похоже, что мы теперь действуем совместно с Ордо Еретикус, — ответил неофит. — Крестовый поход призвали сражаться против остатков культа, который вы и кастелян Рейнхарт остановили здесь.
— Остальные…
— Брат Аполлос и дознаватель выжили, сэр. Сейчас их вытаскивают. Брата Йесода уже откопали.
Аколон кивнул. Он чувствовал, что слабеет. Последние оставшиеся ощущения медленно покидали его. Храмовник изо всех сил попытался снова подняться.
— Как тебя зовут, неофит?
— Хелбрехт, сэр.
Апотекарий упал на спину, зрение затуманилось. Аколону показалось, что он слышит, как Рейнхарт и остальные зовут его.
— Скажи им, Хелбрехт, — прошептал он. — Скажи им, что мы не познали страха…