Феодал
Шрифт:
О нём ходила дурная слава, как о буйном, припадочном воине. У меня не было уверенности насчёт его компетенций, но за спрос не бьют, хотел посмотреть, что это за зверь такой.
Толкнув плечом тяжёлую дверцу кузницы, я вошёл внутрь и ощутил ещё на пороге запах мужского пота и железа. Воздух буквально дрожал от жары, колыхался над горном, где угли алели, словно глаза дракона.
Справа расположилась наковальня, вся в шрамах от могучих ударов. Широкоплечий старый кузнец, голый по пояс, весь обтянутый мускулами, работал молотом, а в дальнем углу мастерской среди ржавых обломков доспехов, гнутых подков и сложенных
— Тебе чего? — смахивая пот, спросил хозяин кузни.
— Поговорить с Мефодием Куликовым, есть такой?
— Федя! — рявкнул старик, и здоровяк отложил в сторону все дела. — Тут к тебе! Недолго, барин, работы непочатый край, а убытки мне никто не возместит.
Отвага (91/100)
?????? (? /100)
Берсерк (B)
Кузнец (Е)
Достигнута 1/2 предельного уровня развития.
Подмастерье был раза в два, наверное, больше самого кузнеца и ступал аккуратно, чтобы не дай бог чего не задеть. Два с лишком метра чистой силы, ручища — кувалды, шея толстая, как моё бедро. Плечи, живот, спина — всё волосатое. На руках и ногах какие-то странные обручи, то ли украшения, то ли кандалы. Кулаки обильно потрескались и покрылись засохшей коркой кожи, как будто ими стену лупили.
— Вот это ты медведь, — хмыкнул я, пожав Мефодию руку.
Тот вытерся полотенцем и подставил лицо ветерку.
— Зачем звал? — спросил он, открыв один глаз.
— Группу собираю, не хочешь со мной пойти?
— Какой ярлык?
— Зелёный.
Он разочарованно выдохнул.
— Один убыток с ним, хотя бы жёлтый, уже добро будет. А так…
— Это моё дело думать о добыче, твоё — выполнять работу. Будет со временем и жёлтый, не всё сразу.
Мефодий почесал голову, будто щёткой по металлу поскрёб.
— Сколько нас?
— С тобой будет четверо.
— Кто третий?
— Игнат Цыбульский.
— Плохи у тебя дела, парень, — хмыкнул здоровяк.
— Разберёмся. Сбруя есть?
— Не-а, всё продал, семья у меня, сын маленький. Жрать-то надо.
— А что насчёт падучей или что там у тебя?
Богатырь нахмурился, потом нагнулся ко мне, демонстрируя левую лопатку.
— Метку видишь?
В кожу въелось выжженное странное клеймо в форме трёхконечной звезды, но это было не обычное обгоревшее мясо, как у тех же беглых рабов. Вокруг каждого «луча» обвивалась зелёная подвижная лоза. Она вращалась, острые шипики на ней то появлялись, то исчезали внутри тела.
— Что за чертовщина?
— Некромант поставил.
— Я о такой магии у нас не слыхал, — напрягая память, вспоминал я.
— А это не у нас. В плен я попал в чёрном мире. Рабом пришлось поработать, — приподняв губу от отвращения, сказал он.
Воспоминания о том времени мгновенно отразились на его лице.
— Полгода был «щитом» у мрази мертвяцкой. Пустит вперёд на зверьe, а сам забавляется, смотрит, помру али нет. Иной раз оружия никакого не давал, а если ослушаюсь, — он показал большим пальцем за спину. — Эта штука быстро напоминала, кто есть кто.
— Погоди, в чёрном мире живут разумные твари? — удивился я.
— Ещё какие. Без обид, но вам туда лучше вообще дорогу забыть. Я один раз побывал и то, думал всё. Спасибо корпусу — отбили.
— А что
некромант? — поинтересовался Нобу.— Убили выродка, да вот только метка со мной на всю жизнь. Не знают наши, как её убрать. Говорю сразу, Владимир, могу задеть по дурости, так что зря пришёл. Не годен я в витязи.
— Плачу тысячу в месяц. Лошадь тебе не доверю, прибьёшь, чего доброго, но снаряжение с меня.
— Ты чем слушал?
— Меня всё устраивает.
— А команда, люди твои согласятся?
— Я тут главный, как скажу, так и будет.
Мефодий скрестил руки на груди, сомнения всё ещё терзали его.
— Сколько получает подмастерье?
— Семьдесят рублей.
— Держи, — я протянул ему тысячу. — Бери, бери, что стоишь?
Берсерк робко взял десять бумажек, как некое сокровище.
— Купишь жене и ребёнку подарок. А это, — я протянул ему ещё тысячу, — на экипировку. Жду тебя завтра утром в семь у храма. Не опаздывай.
Когда мы повернулись уходить, богатырь окликнул меня.
— Владимир.
— Что?
На лице читалась явная напряжённость, даже скулы обозначились сильнее.
— Спасибо, — махнул он ассигнациями в руке.
Вместо ответа я ему коротко кивнул и ушёл в таверну вместе с Нобу. Нам предстояла кропотливая работа по продвижению моего ярлыка. Важно не только закрывать экспедиции, но и стараться при этом выходить в плюс.
Наученный горьким опытом, я провёл подготовительную работу. А именно: навестил пресловутого служителя храма Александра и прошерстил все известные империи зелёные миры через его здоровенную книженцию.
Меня интересовали наиболее прибыльные в плане награды. В таких местах, естественно, конкуренция среди витязей выше, но нам требовалось как минимум отбить четыреста рублей за вход. К тому же Игнат заберёт одну пятую всего добытого. Это меня смущало больше всего, но нам нужен был сильный маг на время, так что придётся смириться с его аппетитами, а потом поставить перед фактом: либо на моих условиях работаешь, либо проваливай.
Итак, утром мы втроём встретились у ворот. Мефодий притащил с собой громадную секиру, сам же оделся в относительно лёгкий доспех.
— Ты будешь впереди всех, — заметил я ему. — Почему защитой пренебрегаешь?
— Хорошая броня денег стоит, как и оружие, — он погладил секиру, будто она была чувственной девушкой. — Не переживайте, Владимир Денисович, я и так вам благодарен. Как заработаю — приоденусь.
Мы обернулись на топот копыт.
— Ты опоздал, — отчитал я Игната, когда тот, поднимая пыль, притормозил рядом с нами.
— Да там пара минут — погоды не сделают, — отмахнулся маг и, спрыгнув с лошади, отдал поводья подбежавшему мальчишке-конюху. — Ну что, пошумим? — хлопнул он в ладошки. — Аж целый зелёный мирок, как разбогатеем, ух.
Нобуёси кинул на него свой самый холоднющий взгляд и отвернулся. Он был страстный ревнитель дисциплины, и за тот короткий промежуток времени, что они знакомы, Игнат успел нарушить кучу негласных правил.
«Разгребём», — подумал я и велел смотрителю выписать мне зелёную «проходку».
Сторожившие на входе мальчишки разочарованно пошли докладывать «отбой». Моя серия удач взбудоражила у многих аппетиты к халяве, потому группы витязей нанимали таких вот шалопаев, чтобы сразу быть в курсе: Черноярский отправляется в белый мир, всем приготовиться.