Джаггер
Шрифт:
Клейтон снова кивнул. Теперь она говорила так, как будто именно она составляла планы.
Лучше она, чем я. Мои планы - полный отстой.
Тереза выехала с парковки на дорогу. Заправочная станция находилась неподалеку, прямо впереди справа. Она ехала не настолько быстро, чтобы ей нужно было притормаживать на повороте. Впереди было полно места, поэтому она заехала на первое свободное место.
Она остановила машину, затянула ручной тормоз и наклонилась в сторону. Ремень безопасности натянулся между ее грудей, обтянув ткань платье вокруг
Вытянув руку, Клейтон сказал:
– Не беспокойся. У меня есть мелочь.
Тереза подняла глаза.
– О, извини...
Он не хотел выглядеть столь раздраженным, но он действительно был раздражен. Она заплатила за еду, собиралась заплатить за собаку в приюте для животных, если она у них будет. Он должен был хотя бы заплатить за газету.
– Сейчас вернусь, - сказал он.
Он открыл дверцу, выбрался из машины и уже собирался закрыть дверцу, когда Тереза остановила его.
– Выбросишь мусор?
– oна протянула пакет от "Бургер Кинг".
– Да, конечно.
– Спасибо, - oна улыбнулась.
Взяв пакет, он закрыл дверцу, тем самым отгородившись от ее умиротворяющей улыбки. Должно быть, она смогла понять, что его гордость была ущемлена. Теперь она будет из кожи вон лезть, чтобы не обидеть его, хотя изначально не совершила ничего предосудительного.
Клейтон бросил пакет в пластиковую бочку, которая использовалась как мусорный бак.
Он подошел к автомату для продажи газет и сунул руку в карман.
Но ничего не нащупал.
Черт.
Он совсем забыл о том, что он не в своей одежде. Он до сих пор был одет в большую и длинную одежду Митча.
Теперь ему придется вернуться в машину и попросить у Терезы мелочь.
Вздохнув, Клейтон повернулся и пошел обратно к машине.
Он подошел к машине со стороны водителя. Когда он приблизился, окно опустилось, и раздался жужжащий звук небольшого моторчика. Тереза высунула голову из машины.
– Что случилось?" - спросила она.
– Я... э...
– oн почесал голову, хотя она не чесалась.
– У меня нет никакой дурацкой мелочи.
Тереза посмотрела на него так, как смотрит мать, чей ребенок только что сказал ей, что обмочился.
Она убрала голову в машину. Клейтон слышал, как звенят монеты, когда она их перебирала. Через мгновение она снова высунула голову из машины, вытянув вперед руки. Монеты были зажаты в руке
Он взял деньги, пробормотал "Спасибо" и направился обратно к газетному автомату. Он просунул монеты в прорезь и отодвинул створку.
На стеллажах внутри не было нужных газет. Оставалась только одна газета на витрине. Он взял ее и отпустил створку. Он свернул газету, засунул ее под мышку и пошел обратно к машине.
Ему казалось, что он передвигается в духовке, так сильно солнце пекло ему в спину. Рубашка стала горячей и прилипла к его потной коже. После изнуряющей жары снаружи, оказаться снова в машине было просто замечательно. Прохладный воздух обдавал его. Он закрыл дверцу. Откинувшись спиной на сиденье, он вздохнул. Ему не хотелось немедленно
ехать. Его живот был полон, а воздух был слишком приятным, чтобы утруждать себя чем-то еще.– Дай мне посмотреть, - сказала Тереза.
Он почувствовал, как с его коленей взяли газету. С закрытыми глазами он слушал, как она разворачивает газету. Он решил, что она читает оглавление, пытаясь выяснить, где находится раздел с объявлениями.
– Нашла, - пробормотала она.
Снова послышался тихий шелест переворачиваемых страниц, затем наступила тишина.
Клейтон почувствовал, что его тело обмякло и затекло, когда на него нахлынула дремота.
– Полный бред!
От возгласа Терезы он проснулся. Сон медленно окутывал его успокаивающей темнотой, но теперь он снова был ослеплен ярким светом, проникающим через лобовое стекло.
Клейтон повернулся к Терезе и увидел, что она сворачивает газету в черно-белый шар.
Она бросила газету за спину, наклонилась вперед и положив руки на руль, скрестила их на затылке.
– Не очень хорошие новости?
– спросил он.
– В ней нет ничего, что может нам помочь.
Нам.
– Никаких больших собак?
– спросил он.
– Нет.
Клейтон застонал. Он почувствовал озноб, ноющую боль и усталость. Он откинулся на сиденье.
Вот и все. Все кончено.
Ему хотелось расплакаться, но он повернулся к Терезе.
– Спасибо за попытку, - сказал он.
– Я тебе не помогла.
Ее голос казался ему низким из-за обхвативших голову рук.
– Ты достаточно много сделала.
– О, конечно, - oна шмыгнула носом.
– И что теперь?
Клейтон вздохнул.
– Думаю, мы отправимся к тебе домой, чтобы я мог забрать свой фургон.
– А потом?
А потом - бай-бай, Клейтон.
Он хотел бежать из Брикстона, уехать как можно подальше.
Но ему некуда было ехать. У него не было ни друзей, ни семьи. Никого. За последние годы, кроме Терезы, у него не было никого, кому он был бы не безразличен.
Но даже если он сбежит, Брок все равно найдет его. Он не мог спрятаться от такого безжалостного человека.
А если я убегу, Брок наверняка причинит вред Терезе.
Вчера он, скорее всего, не стал бы возражать против такого развития событий, если бы оно означало, что он останется цел и невредим. Сегодня все изменилось. Она показала, что на самом деле беспокоится о нем, несмотря на все его жалкие недостатки.
– Поеду поговорю с Броком, - сказал он.
– Скажу ему, что не могу вернуть ему долг.
Тереза подняла голову.
– Не надо.
– Мне лучше побыстрее разобраться с проблемой. Если я буду тянуть дальше, то сойду с ума.
Тереза закрыла глаза. Ее веки трепетали, в уголках глаз появились морщинки. Она выглядела так, как будто испытывала боль.
– Я не могу поверить, что совершаю подобное.
Клейтон не был уверен, о какой части их сегодняшнего дня она жалеет, но он не удивился бы, если бы речь шла о целом дне.