Дурочка
Шрифт:
Мои ясновидящие на боевом посту:
«На родителей оглянись…»
Развернулись с партнером в танце, и я вслушалась в их разговор с каким-то военным дядькой. Дядька молодцевато подщелкивал каблуками и позвякивал шпорами, ведя за руку шикарную даму с усталым лицом. Ей этот бал так же нужен, как мне и родителям. К тому же мама явно злилась, но внешне, наоборот, успокаивалась с каждой минутой. Только мы отлично знали, какая буря сейчас собирается.
Мама приветливо улыбалась:
– … баронесса Савельева. Мой муж барон Савельев.
Папа щелкнул штиблетами:
–
Дядька удивился:
– Вы так похожи на баронессу Ушакову … я подумал, что увидел дочь, которая внезапно уехала… давно, правда… извините, баронесса Савельева!
И опять каблуки и шпоры бряк-звяк громко на весь зал.
А, вот кто образец для моего «кота в сапогах». Можно не ломать голову, почему после Пасхальной ярмарки недоросль почти в карнавальном костюме. Наверное, ноги растут быстрее остального тела!
Я не выдержала и улыбнулась, глядя на сапоги «котика» и дядьки.
«Чисто гусар! Позер…» – хихикнула младшая ясновидящая.
Дядька всмотрелся в нашу пару с «котом» и замер с поднятой ногой.
Спасибо, тут и танец закончился.
Родители подхватили меня с двух сторон, попрощались с хозяевами, вышли к нашей лошадке, и мы быстренько потрусили домой.
***
За два месяца до экзамена меня начали обшивать, одевать и готовить к школе. Мама на балу времени не теряла, определилась с модой и нужную портниху нашла в соседнем городке Березайка.
Мои наставницы подтвердили – «понтов меньше, толку больше». Про понты я не поняла, но все-все нужное закупалось и складировалось, нет других слов. В учебную комнату уже и зайти сложно. Четвертая сумка полная, остальное в работе!
А цены?!
Повезло только с обувью, и то случайно.
Мастер-обувщик ездил мимо нашего дома в свое ателье и нашелся сам, папа его даже не искал.
Скрутило мастера почти у наших ворот – запущенная позвоночная грыжа. Не оставлять же дядьку у ворот? Мы разбирали такие случаи на пересылке, пришлось его полечить, делая неуверенное личико для домашних.
На следующий день обувщик обратился к дорогущему целителю, и тот разорался от всеобщей бестолковости – никакой грыжи, зарисованной в карте больного между позвонком и крестцом, не обнаружилось. Целитель забрызгал всех слюной и даже денег не взял за прием.
В результате обувь нам обошлась значительно дешевле, ибо наше душевное тепло и предложенный обед помогли известному мастеру разогнуться и продолжить свой путь.
Плюсов получилось еще несколько.
Не знаю, как папа, а мама поверила в мою одаренность целительской магией. Что ж не поверить, про ментал я молчала, а сама сразу увидела грыжу у мастера. Да там много чего есть, лечить и лечить, сидит-то с обувью скрючившись, разминками всю жизнь пренебрегает. Рекомендации пропустил мимо ушей, не болит – и отлично. Остальное, снисходительно намекнул он, не мое дело.
Главное, что произошло – благодаря острому приступу на моих глазах само сработало магическое зрение целителя и переход на другой уровень!
Поздравили меня только ясновидящие.
Затаив дыхание смотрели, как я обследовала нашего садовника, а потом и кухарку. Отбитый копчик помнился, конюха почтила своим вниманием напоследок, сцепив зубы. Еще бы он мыться научился.
Практически здоровы в семье лишь братики, да и то нашлось по мелочам. Папа
оказался сердечником с нехорошими перспективами, мама имела на редкость запущенный гастрит. Больше всего я возилась с Казимирой, нарушенный обмен веществ не шутки, нужен целитель со своей специализацией. Там и диагноз ставится практически интуитивно, что называется, кончиком хвоста.Родителям сказала в лоб – непременно обследоваться, уточнив, на что обратить особое внимание. Дорого, но здоровье важнее тряпок, а на одежду заработаем. На столе у меня лежали открытые учебники по основам исцеления, папа хмыкнул и от моей помощи отказался, а мама задумалась и даже разрешила мне приходить к ней по вечерам. Исключительно в учебных целях отслеживать развитие болезни.
«Да, пока у нее Борька, но скоро грозит Машка, лечи, – заявила Марфа, – не таращь глаза. Борька – гастрит, язва – Машка, так мы в студенчестве называли… а режим родители стали соблюдать, когда вы уже с сестрой подросли… нервничать бы им еще поменьше».
Нервы родителей побережем, да и свои.
Экзамен-то на носу.
Пять дней осталось.
Глава 5
Через день мама вдруг решила свозить меня в соседнюю Березайку, может, увидим что-то крайне нужное. Это с учетом того, что список давно освоен полностью.
На самом деле, по-моему, решила со мной поговорить. Откровенно и наедине. Ну, я так подумала, и наставницы мои насторожились.
До Березайки всего час езды, я ожидала разговора, прилежно сложив ручки на коленях, но мама откинулась на спинку сидушки, прикрыла глаза и просидела молча всю дорогу.
Ясновидящие тихонько препирались, почему не пошиты медицинские халаты. Или тут они не приняты? Допустим, а в чем тогда ходят в палаты или «анатомку»? Что такое анатомический корпус, мне уже Оплеткина рассказала. На пересылке такого не было, я могла послойно посмотреть все покровы до скелета, а здесь вопросы задать некому.
Или мама спросить?
Могла же она сталкиваться с целителями?
Мама даже бровью не повела, не удивляясь вопросу.
В ее детстве целителей привозили домой. И приходили дяди или тети в обычной одежде. Больше не знает, особо не интересовалась. А ее роды с нами принимала местная травница, имевшая очень хорошие рекомендации.
Оставалось четыре рубля, на один все же докупили тетрадок, ручек и серебристых чернил, которыми славилась Березайка, а три рубля решили вернуть в банк, вдруг что-то мы не учли и придется докупать самой. Правда, папа сказал, что стоит потратить все, остатки денег могут снять со счета, хотя несколько дней наверняка будет.
Мама думала о чем-то своем. За чем конкретно мы ехали, так я и не поняла, тетрадки у нас продают по такой же цене.
Сели в нашу старенькую тарантайку и покатили по центральной улице домой.
Березайка, со слов ясновидящих, городок маленький.
По мне, так приличный. Но с чем сравнивать?
В своем мире вообще в городах не была, только по телевизору видела высотные здания, залитые разноцветными огнями, и толпы людей. Города ли это? Не знаю.