Чтение онлайн

Низкий женский смех раздается позади, и я разворачиваюсь на каблуках, только чтобы столкнуться с женщиной, преграждающей мне путь к узким улицам. Нет времени размышлять, откуда она взялась или как я ее не заметила, прежде чем она склоняет голову набок и тщательно меня оглядывает. Ее длинные белые волосы падают на кожу цвета слоновой кости, а голубые глаза сверкают в лунном свете.

— Не припоминаю, чтобы приглашала тебя на свою вечеринку сегодня, — говорит она.

Мой лоб хмурится, когда мороз снова разворачивается вдоль позвоночника; мой демон разжимает кольца, чтобы встретить ее с яростным намерением. Наконец я начинаю понимать это ощущение таким, какое оно есть. Прикосновение дара фейнов.

Хотя ни одно описание их сил, которое мне давали, не было таким тонким, как этот мимолетный холод.

Ее брови поднимаются, когда она улыбается.

— Хотя, возможно, это было приглашение, которое я просто упустила из виду.

Волоски на затылке встают дыбом, когда она начинает обходить меня, словно крупная кошка, оценивающая добычу. Прищурив глаза с любопытством, она спрашивает:

— Кто ты?

— Я могла бы быть союзницей, — лгу я.

Ничто не убедило бы меня заключить союз с этой женщиной после того, как я услышала последние из ее заявлений. По крайней мере, нынешний король фейнов не намерен истреблять людей. Нет. Он предпочел бы, чтобы они умерли от голода. Возможно, более жестокая смерть, но по крайней мере она дает моему народу время.

Она задумчиво хмыкает.

— Ты можешь быть шпионкой.

— Любой в той комнате может быть шпионом, — возражаю я.

— Тц, — она задирает длинный белый рукав, открывая несколько багровых меток, обвивающих предплечье. — Я не дура. Я не верю словам, только доказательству клятв, которые ношу на своей плоти. Дай мне свою, так же, как те, кто поклялся в верности до тебя, и я подумаю о том, чтобы оставить тебе жизнь.

Фок.

— Какую клятву? — спрашиваю я, выигрывая время, взвешивая варианты, гадая, как, во имя халиэля, я влипла в это и, что важнее, как найти выход.

Она фыркает на вопрос.

— Думаешь, сможешь меня обмануть? Когда даже твой король провалил такую простую задачу. Твоя клятва или твоя жизнь — выбор за тобой.

Ее лицо темнеет, когда она достает длинный тонкий клинок из складок своего платья. Когда я не делаю попытки дать женщине то, чего она хочет, ее губы растягиваются в оскале, и она рычит:

— Значит, жизнь.

Она шагает ко мне, но в следующее мгновение ее взгляд устремляется к земле, и ужасающий визг вырывается из ее легких. Она сгибается пополам, раздирая колючие лозы, прорастающие сквозь ее ступни, пронзающие плоть ног.

Я бросаюсь на север без колебаний; мой взгляд цепляется за тонкие ленты крови, текущие с ее рук, пока она пытается освободиться. Тонкая лоза пробивает ее ладонь насквозь, и она извергает поток проклятий фейнов. Смысл ее слов ускользает от меня, когда она бросает ясное требование ближайшему дереву.

Ее крики затихают, пока мои легкие горят; ноги несут меня на север так быстро, как только могут. Я сворачиваю в лес. Хотя подлесок замедлит мой подъем, нет сомнений, что долгая ночь предпочтительнее встречи с этой женщиной на открытой дороге, если ей удастся освободиться до того, как я окажусь за высокими гранитными стенами, окаймляющими территорию дворца.

Я едва успеваю начать обдумывать всё случившееся, как шелестящий шепот сестер достигает моих ушей. Это не те радостные тона, которые я привыкла слышать в их присутствии. Хотя не каждое слово пробивается сквозь грохот моего пульса, они явно взволнованы. Я быстро вспоминаю слова Филиаса о пользе дружбы с феа, обдумывая кровавую сцену, от которой сбежала. Если бы сестры не вмешались, у меня нет сомнений, что я не дожила бы до восхода солнца.

С помощью высокого дерева, растущего вдоль границы дворцовой территории, я перебираюсь на лужайки. Если бы мои нервы не были так расшатаны, меня бы больше позабавила та легкость, с которой я прихожу и ухожу совершенно

незамеченной. Сейчас же, пока ноги продолжают нести меня к комфорту моей комнаты, мой разум всё еще в доме Ишки, взвешивая всё, что я узнала.

Забираясь в свое окно, я лихорадочно соображаю, пока завариваю чашку чая Кишека и переодеваюсь в ночную сорочку. О любом союзе с семьей Ишары, на который я надеялась, не может быть и речи. Я никогда по-настоящему не задумывалась о том, что среди фейнов могут быть варианты правителей и похуже, и испытываю легкое облегчение от того, что их нынешний суверен остается на троне. По крайней мере, пока.

Чай помогает немного снять напряжение, скопившееся в мышцах, и я делаю всё возможное, чтобы отложить мысли о вечере на потом. Я в безопасности и, к счастью, осталась неопознанной теми, кто меня преследовал. Мало что я могу сделать с собранной информацией, кроме как запомнить ее.

Небо окрашивается едва заметным светом зари, когда я заползаю в постель. Мне следовало бы закрыть глаза и позволить сну забрать меня, но есть вещи, которые стоит обдумать помимо событий вечера. Вещи, на которые мне вскоре понадобятся ответы.

Мои мысли блуждают к генералу и его предложению. Я обнаруживаю, что в своем решении продвинулась не дальше, чем в тот момент, когда мужчина покинул мою комнату. Веки тяжелеют, и я переворачиваюсь на спину, полная решимости не спать, пока не приму решение, даже если это значит, что я пролежу всю ночь. Это последняя мысль, которая проплывает в быстро затуманивающемся разуме, когда тьма забирает меня.

ДВОРЕЦ А'КОРИ

Наши дни

Я кубарем выкатываюсь из кровати и влетаю в гардеробную, когда стук в дверь вырывает меня из сна. Провожу пальцами по волосам. Снова стук. Ругаясь себе под нос, я тру мятной пастой зубы так, словно иду войной на свои десны. Очередной стук.

Тошнотворное трепетание наполняет желудок, а сердце ударяется о ребра здоровым гулким стуком, когда я открываю высокую деревянную дверь, абсолютно уверенная в том, кого увижу по ту сторону. Вот только это не тот мужчина, которого я ожидаю.

Худой мужчина в толстых очках и с острым носом вручает мне стопку сложенного шелка с парой тапочек сверху.

— Если вам понадобится что-то еще, мне велено быть в вашем распоряжении, — говорит он с поклоном, затем поворачивается на каблуках и исчезает в коридоре.

Странно.

Вернувшись в комнату, я разворачиваю тонкие ткани, раскладывая их на кровати. Ясно, что этот мужчина — дворцовый портной, пришедший доставить штаны, которые генерал заказал взамен тех, что так удачно пропали из моего сундука, когда он прибыл. Он не упоминал об этом, но генерал догадался включить в заказ два новых плаща. Один — взамен потерянного мною в реке, достаточно легкий для лета и сшитый из бархатистой ткани самого необыкновенного оттенка синего. Другой — из плотной темной ткани, подбитый мягким черным мехом.

Если я думала, что штаны, которые я носила раньше, были роскошными, то те, что заказал мужчина, еще более изысканны и непохожи ни на что, что я когда-либо видела или ощущала. На штанинах одних вышиты красивые украшения из бисера, в то время как кружево искусно пришито вокруг икр и бедер других. Штанины не развеваются, как у прежних; эти будут сидеть плотно, демонстрируя мою фигуру, при этом удовлетворяя мое желание скромности.

Я смотрю на пару тапочек. Они в точности такие же, как те, что я испачкала в ту ночь, когда вырезала игрушечный меч. Мужчина зашел гораздо дальше того, что я могу списать на чистое гостеприимство.