Чтение онлайн

Лифт взмыл вверх с такой скоростью, что у меня заложило уши. 54-й этаж.

Двери разъехались, и я шагнула в просторный холл. Здесь было тихо и пахло дорогим

кондиционером. Дверь нужной квартиры была массивной. Я нажала на звонок.

Сердце колотилось где-то в горле. А что, если он маньяк? Что, если никакой работы нет, и он

просто...

Дверь открылась.

Матвей стоял на пороге, и весь мой заготовленный официальный тон застрял в горле.

Никакого костюма. Никакого галстука. Он был в джинсах и простой черной футболке, которая обтягивала широкую грудь

и бицепсы. Он выглядел домашним и от этого еще более опасным. В руках он держал стакан с водой

– Пунктуальность не твой конек, но ты уложилась в академическое опоздание, - вместо

приветствия сказал он, отходя в сторону.
– Заходи.

Я переступила порог и ахнула. Огромные панорамные окна во всю стену открывали вид на ночную Москву, от которого захватывало дух. Город лежал внизу, как сверкающая карта сокровищ Внутри было много пространства, минимум мебели. Стильно, холодно и очень дорого

· Нравится?
– спросил он, закрывая дверь. Звук замка прозвучал как щелчок наручников.

· Высоко, - выдохнула я, стараясь не выдать своего восхищения.
– И пафосно.

Матвей хмыкнул.

– Пойдем. Твое рабочее место там.

Он провел меня через гостиную в кабинет. Здесь царил творческий хаос, который резко контрастировал с идеальным порядком в остальном доме. Стол был завален папками, коробками и бумагами.

– Вот, - он указал на гору коробок.
– Это архивы моих дел за последние три года в Лондоне. Моя секретарша там уволилась перед моим отъездом и свалила все в кучу. Мне нужно систематизировать это. Разложить по датам, по клиентам и по исходу дела: выиграно, проиграно, досудебное.

Я посмотрела на объем работы. Там было коробок десять.

· Тут работы на месяца.

· Ну, долг у тебя тоже немаленький, - он присел на край своего стола, глядя на меня сверху вниз.
– Думала, будешь просто кофе мне носить? Нет, Лера. Ты будущий юрист. Вот и учись работать с документами. Это самая важная часть нашей профессии. Нудная, пыльная, но необходимая.

Он кивнул на свободный стол в углу, где стоял ноутбук.

– Вноси данные в таблицу. Кофемашина на кухне, вода в холодильнике. Если захочешь в

туалет первая дверь по коридору. В спальню не заходить.

· Я и не собиралась, - огрызнулась я, скидывая сумку.

· Рад слышать, - его губы тронула усмешка.
– Я буду работать здесь же. Если возникнут

вопросы по документам спрашивай.

Я села за стол, открыла первую пыльную коробку и чихнула.

– Будьте здоровы, Валерия Дмитриевна, - не поднимая головы от своего монитора, бросил он.

Прошло больше трех часов, моя спина ныла, глаза слезились от мелкого шрифта на английском языке (слава богу, я знала его отлично), а пальцы были серыми от пыли.

Матвей все это время сидел за своим столом, что-то печатал, кому-то звонил, переходя на беглый английский. Его голос действовал на меня странно. Низкий, уверенный, властный. Я ловила себя на том, что перестаю читать документы и просто слушаю его интонации.

– Ты зависла, - его голос вырвал меня из транса.

Я вздрогнула. Матвей стоял прямо за моей спиной. Я даже не услышала, как он подошел. Он

наклонился,

опираясь руками о спинку моего стула, и заглянул в монитор.

Его лицо оказалось слишком близко к моему. Я почувствовала запах его парфюма.

– Дело «Блэквуд против Корпорации Сити», - прочитал он с экрана.
– Ты занесла его в

проигранные. Почему?

– Потому что в конце написано, что иск отозван, - просипела я. Близость его тела заставляла

сердце биться в ребра.

– Отозванный иск - это часто победа, Лера, - он протянул руку и, накрыв мою ладонь своей кликнул мышкой, открывая другой файл. Его кожа была горячей. Меня словно током ударило, но я не отдернула руку.
– Смотри. Мы договорились о компенсации вне суда. Клиент получил два миллиона фунтов. Это победа. Исправляй.

Он выпрямился, и холод сразу вернулся, словно меня лишили одеяла.

– Ты голодная?

Вопрос был настолько неожиданным, что я растерялась.

· Что?

· Время десять вечера. Ты приехала после учебы. Я заказал пиццу. Будешь?

Я хотела гордо отказаться. Сказать, что я здесь не есть пришла. Но желудок предательски

заурчал.

· Буду.

· Идем на кухню. Не хватало еще жирных пятен на документах.

Мы сидели за барной стойкой на его шикарной кухне и ели пиццу прямо из коробки. Это было сюрреалистично. Полчаса назад он был моим строгим боссом, а сейчас протягивал мне салфетку.

– Почему дизайн?
– вдруг спросил он.

Я замерла с куском пиццы во рту.

· Откуда вы...

· Я видел, - он кивнул на мою сумку, которая осталась в кабинете. Из нее торчал край блокнота.

· Ты рисовала на лекции. Вместо того, чтобы записывать. Я покраснела.

· Юриспруденция - это папина мечта. Не моя.

· Тебе не нравится учиться?

· Не совсем, - я покачала головой.
– Честно говоря, мне даже нравится. В университете

интересно. Мне нравится решать задачи, искать лазейки. Это тренирует мозг.

Я посмотрела на него.

– Я закончу университет. Получу диплом, и он даже может быть будет красным. Я выполню

папино желание. Но... я не буду работать юристом. И в магистратуру не пойду.

· Почему?

· Потому что юриспруденция - это карьера. А мода - это моя страсть. Я хочу просыпаться и бежать к тканям и манекенам, а не к кодексам. Я хочу создавать красоту, а не защищать активы. Я выполню долг перед отцом, но жизнь я выберу сама.

Матвей усмехнулся.

– Похвально. Доводить дело до конца, даже если душа лежит к чему-то другому - признак

взрослого человека. Многие бы бросили.

– Но если тебе это не по душе, зачем ты тратишь время? Жизнь слишком коротка, чтобы жить

чужими мечтами, Лера.

· Легко говорить, когда у тебя «Ламборгини» и пентхаус в Москва-Сити, - горько усмехнулась я.

· Мой отец не оставляет выбора. Он платит - я танцую. То есть учусь.

· Выбор есть всегда, - жестко сказал он.
– Просто иногда он стоит слишком дорого. Ты боишься

потерять комфорт? Машину?

– Я боюсь потерять семью, - тихо сказала я.
– Даже если эта семья... сложная.