Чтение онлайн

— Зайдем, что ли, внутрь? — предложил Онтао.

Завершив круговой обход, они к своему удивлению обнаружили человека. Голый до пояса, в рваных штанах, он сидел, скрестив ноги, с закрытыми глазами. Прямой лоб и невыдающиеся черты скуластого лица могли бы сказать о древнесеверной крови, но золотистый цвет волос не позволял угадать его происхождение.

— Я не видел, как он вышел, — молвил Будор, выпятив нижнюю челюсть. — Эй там, ты кто таков и откудава взялся? — крикнул он и не получил ответа.

Воин Ветра, который не любил встреч с диким зверьем, людей никогда не опасался, особенно безоружных. Он взял на себя бремя командира и стал приближаться

с топором наперевес.

— Я задал вопрос! — теперь он говорил с угрозой.

Человек поднял веки и пронизывающим взглядом ярких серебристых глаз будто вкопал солдата в землю. Затем он мельком оглядел других, тепло улыбнулся и сказал мягким и ровным голосом нараспев:

— Привет пришельцам Долины Обрядов. Подходите и садитесь рядом.

— А ты, стало быть, хозяин здесь? — продолжил Будор с вызовом. — Учти, мы сыты по горло твоей долиной и просто хотим скорее отсюда убраться. Садиться и болтать черти с кем я точно не желаю.

Незнакомец вновь обратил к нему взор и в лице не переменился.

— Меня звать Вера, — простодушно ответил он. — Лесу не хозяин я, а только тут живу. Приказывать я не умею, а советовать люблю. Желаешь — стой, однако, погляжу, сидишь ты, без чьего-либо веленья.

Сетару стало неловко за Будора, оказавшегося в столь глупом положении, ведь тот и правда уже сидел на траве. Но у него самого чуть сердце не схватило, когда он осознал, что, как и другие члены отряда, тоже сидит подле отшельника. Их непонимающие лица немного успокоили — хоть не один такой дурак.

— Ты чего удумал? — Ярнея помотала головой и положила ладонь на древко топора. — Кончай свое лиходейство, прибереги его для других странников. Мы за неделю здесь такого насмотрелись — с нами лучше сейчас не шутить.

— Не стоит волноваться, мы не сделаем тебе зла, — Онтао придержал ее руку и поклоном принес незнакомцу извинение. — И ты не чини нам препятствий — мы просто уйдем своей дорогой.

Путники встали с намерением покинуть очередное зловещее место и его загадочного хозяина как можно быстрее.

— И где она, ваша дорога? — сказал отшельник, и они остановились. — Я укажу вам путь, коль захотите — не спешите уходить. Я и не думал вас пугать, поговорить мне с вами надо.

С высокого холма были видны скалы — до них никак не меньше дюжины верст. Путники рассудили, что разумнее потратить четверть часа на беседу с местным обитателем, чтобы избежать других неприятностей, которые приберегла для них долина. Они сели обратно, однако отшельник заговорил совсем не о том.

— Беда из мира внешнего коснулась Сонной чащи. Мрак, яд и чудища — вы видели его? Природа не творит такое. Пришло их много, вместе с ними люди. Я знаю, они ищут острокрут, — он указал на деревья-ежи. — Но он растет лишь тут, на юге, где под защитой древних сил весь лес — они превыше тех созданий. Только человек способен навредить цветенью здешней первозданной красоты. И навредит, ведь разукрашенные варвары явились. Топор бьет по коре, и лес страдает. Как вырубят всех стражей, так защита пропадет, и пропадет долина.

— Варвары, деревья, топоры… — повторил Будор с раздражением. — Это твоя беда, а не наша. Нам нет дела до твоего леса, который столько крови нам испортил. Не понимаю, почему мы еще сидим.

— Чего ты от нас хочешь? — Холвет прищурился и скрыл глаза за косматыми бровями. — Чем поможет наш небольшой истощенный и затравленный отряд? Пойдет убивать твоих врагов? Наверняка это скалитийские черноверы, безумные мракобесы и бесстрашные воины. Я стар, но отдавать оставшуюся

жизнь по такой дешевке не стану. Чего говорить о моих спутниках.

— Не убивать — вторженцев слишком много, — отшельник говорил так же спокойно и даже с улыбкой, словно беда на самом деле его не заботила. — Нужно символы стереть с коры деревьев-стражей. Это даст защиту от людей. Немало сотен лет назад, когда здесь были лишь ростки грядущей жизни, это слово было выбито в коре деревьев, дабы не смогли чинить они препятствий человеку, жившему в те времена.

— Бестолковый треп! — рявкнул Камдоб. — Я даже не понимаю, о чем он говорит!

Отшельник прикрыл глаза и после глубокого вдоха снова открыл. Теперь они были тускло-серыми, а волосы его вдруг выцвели до глубоких седин, хотя лицо осталось прежним.

— Вы видели древо-страж у северной границы леса, — речь его уже звучала голосом простого третийца. — Ведун ваш должен знать: на нем, как и других стражах, высечены слова на древнем языке. Они сдерживают силу этой земли, силу леса. И один из символов делает его беззащитным перед людьми. Древописцы ранних эпох не могли и подумать, что сам человек станет угрозой долине. Но теперь это так, и слово должно исчезнуть.

— Так ты хочешь, чтоб мы поработали за тебя лесничими? — удивилась Ярнея. — Зачем нам тебе помогать?

— Вы ведь не таким представляли это место, отправляясь в поход, верно? Хотя Долин Обрядов в мире много, и не зря о них почти ничего не известно. Большую опасность они таят в своих недрах, и ежели ее пробудить, растревожить… Это уже станет не моей бедой и даже не нашей, а бедой всех народов Дома Смертных.

— Какое-нибудь древнее зло? — хохотнул Будор. — Не-ет, мужик. Вот смотри: я не верил, что призраки есть, но намедни мы сами их видели; не верил, что можно осилить бочонок пива за раз, но однажды сам выпил. Ты можешь говорить, что угодно, но это не станет правдой, пока мы не увидим это собственными ушами и не услышим собственными глазами, — с довольной ухмылкой заключил он.

— Брат, ну я же предупреждал, — Онтао закрыл лицо ладонью. — Говори простыми словами, да погрубее, и никто не узнает, что ты дубина.

— Я смотрю в твои глаза и вижу, что еще намедни они тебя подвели. Ты до сих пор в них так уверен? — спросил отшельник Будора и перевел взгляд на Ланво. — Это намного хуже зла. Ваш проводник знает древний язык, он видел надписи на камнях и древах. И вы тоже видели, да не замечали. Здесь покоятся Духи Начальной эпохи.

 

Сочетание этих слов было знакомо всем. От деревенского сказочника или из книг городской библиотеки, но каждый знал о могучих Духах древних людей, способных изменять мир по своей воле. Канувшие в веках предания ушедших народов или же хорошо позабытая история? Нынче это мало кого интересует. И уж тем более не интересует Камдоба, который легенды не жаловал.

— Какие еще духи?.. — он сперва нахмурился, а затем резко встал на ноги. — Погоди-ка, постой! Тебе откуда знать, что мы видели в дороге?

— Я говорил с волками, — спокойно ответил житель леса.

Теперь всполошились и остальные. Бойцы Ярости вскочили следом за соратником и уже держали оружие наготове.

— Он, выходит, с нашими врагами якшается! — сказал Будор, озираясь по сторонам. — А я ведь чуял засаду! Убьем его, пока не позвал зверей!

— Зачем столько суеты и волнения? — продолжал отшельник, так и не сдвинувшись с места. — Я говорил с друзьями, а на вас, думаю, напали одичалые волки, затравленные. Но ведь они тоже безобидны для людей.