Чикагский вариант
Шрифт:
Бэррауфс пожал плечами.
– Оскар - это название компьютера, - пояснил Арчи.
– Люди Робертса используют его для слежки за делегатами. Они собрали о каждом из них гораздо больше сведений, чем можно предположить. Судя по нашим данным, они предоставили машину в полное распоряжение Дэвидсона и Гэса Мэгуайра. Это понадобилось затем, чтобы "Юнифордж" и другие ракетостроительные концерны могли шантажировать делегатов конвента.
Бэррауфс, казалось, никак не мог поверить его словам. Тогда Арчи начистоту рассказал ему все, что узнал от Кей Оркотт, и поведал о своем ночном походе
– Если хотя бы половина всего этого соответствует действительности, разразится один из самых больших скандалов в истории съездов республиканской партии, - проговорил Бэррауфс.
– Вы не возражаете, если я немедленно отправлю репортеров с проверкой?
– Это наш вам подарок, Кэл, - сказал Манчестер.
– Я сам прочту статью, прежде чем она уйдет на телетайп, - пообещал Бэррауфс.
– Что больше всего тревожит меня, - заговорил кандидат, меняя тему, так это отсутствие поддержки общественности. На моей стороне нет ни одного человека, наделенного ответственными полномочиями. Я знаю, что прав в ракетном вопросе, знаете это и вы, Кэл, и миллионы других людей. Однако среди государственных деятелей пока не нашлось открытых союзников.
– Отчего же?
– возразил Арчи.
– За нас Жермен и остальные...
– Они прекрасные люди, не спорю. Но я говорю о личностях национального масштаба, о тех, кого знает и уважает народ. Не обязательно им должен быть политик. Никто из знаменитостей до сих пор не подал голоса, и их молчание пугает меня.
– Стоп!
– воскликнул Бэррауфс, щелкнув пальцами.
– Такой человек есть. Уэс Шоу. Уж его-то знает каждый американец!
– Вы говорите о генерале Уэсли Шоу?
– спросил Манчестер.
– Именно о нем. Я разговаривал с ним в воскресенье утром. Уэс - мой давний друг. Он всецело на вашей стороне.
– Не может быть. Он в совете директоров "Юнифордж"!
– То-то и оно! Представляете, как взорвется дворец "Мак-Кормик-Плейс", когда директор "Юнифордж" публично станет на вашу защиту?
– И пойдет против своей же фирмы?
– усомнился Арчи.
– Не верится...
– Однако "Дафна" вовсе не дело жизни и смерти для "Юнифордж", возразил Манчестер.
– У этой фирмы и так полон мешок различных заказов. Хватит им лопать государственный бюджет.
Бэррауфс согласно кивнул.
– В любом случае попытка не пытка, - сказал он, подходя к столику с телефонами.
– Наверное, Уэс еще дома.
Вскоре их соединили.
– Уэс? Это опять Кэл, привет.
– Ты прервал мой завтрак, - буркнул генерал Шоу.
– Чем могу служить?
– Слушай, Уэс, Манчестеру приходится туго.
– Знаю из газет. Жаль парня. Манчестер - настоящий гражданин.
– Уэс, я звоню от министра, если тебе интересна эта подробность. Я рассказал ему о нашем разговоре, и он хотел бы сам переговорить с тобой. Ты не против?
– Господи, конечно, нет. Давай его сюда.
– Кэл сказал, что вы на моей стороне, генерал, - произнес Манчестер после сердечного, но несколько церемонного обмена приветствиями.
– Я рад, что вы вынесли ракетный вопрос на обсуждение съезда, - сказал Шоу.
– Давно пора. Жаль, конечно, что козлом
– Скажите, генерал, проект стоит своих денег?
– Если честно, то нет. Пару сотен миллионов на научные разработки еще стоило выделить, но начинать серийное производство нет необходимости. Это мое конфиденциальное мнение.
– Генерал, спрошу прямо, не согласились бы вы высказать свои взгляды всенародно?
– Господин министр, - не сразу ответил Шоу.
– Я солидарен с вами, но не уверен, что готов к публичному выступлению. Политика не моя епархия.
– Генерал, речь идет не об игре в политику. Ставки куда выше. И вы, конечно, думаете так же. Если я не выиграю сугубо политическое сражение здесь, на съезде, то бесполезную гонку вооружений нельзя будет обуздать. Военные заказы съедят весь национальный доход.
– Хорошо, что от меня требуется? Манчестер повернулся к Бэррауфсу.
– Он согласен.
– Дайте-ка мне трубку, - попросил издатель.
– Уэс, слушай, почему бы тебе не прилететь сюда и не дать пресс-конференцию?
– Ну, ребята, вы требуете слишком многого, - заартачился генерал. Одно дело написать статью и совсем другое - выступать перед телекамерой. Боюсь попасть впросак.
– Уэс, ты же изучил ракетную проблему вдоль и поперек...
– Кэл, в Чикаго я не поеду. Напишу свою статью и продиктую тебе по телефону. Идет?
– Хорошо, только учти, что тебе начнут трезвонить и просить подтверждений.
– Ничего, уж это я как-нибудь выдержу.
Бэррауфс разочарованно повесил трубку.
– Он согласен только на публикацию. Я сделал все, что мог.
– Знаете, у меня идея, - неожиданно подала голос Джулия Манчестер. Почему бы не вытащить сюда генерала Шоу не для пресс-конференции, а для того, чтобы он произнес одну из трех речей в твою поддержку, Чарли? Можно даже отменить остальные две и дать Шоу все пятнадцати минут.
– Речь?
– вскричал Бэррауфс.
– Это невозможно.
– А я уже знаю, как сделать невозможное возможным!
– А регламент?
– усомнился Арчи.
– Не уверен, что Тер; юн разрешит выступать не делегату, да еще заменить три короткие речи одной длинной.
– Джентльмены, занимайтесь своими делами, - сказала Джулия, взяв телефонный аппарат и направляясь в спальню.
– Дайте мне четверть часа.
Прошло не меньше тридцати минут, прежде чем Джулия вернулась в гостиную и уселась на стул.
– Ну, что?
– спросил ее муж.
– Потерпите, сейчас.
Зазвонил телефон.
– Кэл, возьмите трубку.
Беррауфс прижал трубку к уху.
– Черт бы побрал всех политиков на свете, - услышал он хриплое ворчание генерала Шоу, - и тебя вместе с ними, Кэл.
– Спасибо на добром слове. Какая муха тебя укусила?
– Он еще спрашивает! Или ты считаешь, что натравливать даму на беспомощного старика вроде меня - это по справедливости? Бессердечный вы народ! Ясно ведь, что военному не устоять перед прекрасной женщиной. Да, Манчестер прав, я с ним согласен. Но речь в поддержку - это чересчур. Я все-таки директор "Юнифордж".