Чтение онлайн

Н и н а П е т р о в н а. Замолчите. Как вы смеете?

С т р е к а л о в. Почему я такой несчастный?!

У Бовыкиных.

Б о в ы к и н. Запомни, Глеб Иванович, я последний романтик на земле. Верю в одну любовь, преклоняюсь перед ней, и на этом основании не желаю вмешиваться в сердечные дела дочери. Я мог давать советы тебе, как мужчина мужчине, но с дочерью я на эти темы не говорю. Ее высшее право — любить кого хочет. Пусть одна любовь руководит ею, как в свое время руководила мной. Да послушай… Полезно. (Пауза.) Моя весна. Какие зажигательные речи я произносил перед любимой.

Какие картины рисовал. Сам до того волновался, что спазмы перехватывали горло, а ее в неуемную дрожь бросало. Листочком во время урагана трепетала. Это для вас теперь выискались разные Щипачевы, а в наше время был один лирик — Маяковский. (Читает.) «Мария! Поэт сонеты поет Тиане, а я — весь из мяса, человек весь — тело твое просто прошу, как просят христиане — «хлеб наш насущный даждь нам днесь». И она уже вырвана из будней, поднялась и готова к полету в грядущее. (Читает.) «Тело твое я буду беречь и любить, как солдат, обрубленный войною, ненужный, ничей, бережет свою единственную ногу». И она плачет. Ее сердце полно жалости ко мне, а я в прозрении, я молю не отталкивать меня — иначе кто знает, что будет. И она рыдала, обняв меня, и никакая сила ее бы не оторвала. Взяли! (Пьют.) Незабываемая весна, когда я назвал Нину своим другом и повел вперед по зыбким волнам жизни среднего специалиста. (Обухову.) А ты способен? Ты осознаешь всю огромную ответственность мужчины за судьбу избранницы — слабой, нежной подруги? А? Еще раз взяли. (Пьют.)

В соседней комнате.

Н и н а П е т р о в н а (растрогана до глубины души). Глупый, ну зачем он так. Вспомнил нашу весну. (Строго.) Не кисните. Я знаю Ронушку. Сейчас они обязательно рассорятся.

С т р е к а л о в. Не похоже.

Н и н а П е т р о в н а. Поверьте.

С т р е к а л о в. Значит? (Не в силах удержаться от радости, начинает танцевать.) Прогоните Обухова, прогоните.

Н и н а П е т р о в н а (про себя). Нет, Тиночка не может меня обмануть. Если что она и могла сказать этому Обухову, так только для того, чтобы отвязаться. Ясно, ясно.

У Бовыкиных.

Б о в ы к и н. Я не интересуюсь, кто ты такой.

О б у х о в. Вы меня прекрасно знаете. Столько лет вместе работаем.

Б о в ы к и н. Оставь убогое мышление. В данный момент ты кандидат в члены семьи, и мне наплевать — инженер ты или подсобный рабочий. Ты раскрывай, что у тебя в душе. Черт с твоими заработками, окладом. Тиночка сумеет прокормить, одеть и обеспечить квартирой любого болвана. Но за это ее надо любить.

М а к а р. Может быть, не за это?

Б о в ы к и н. А за что же? Она работяга. Покрепче некоторых других на ногах стоит.

М а к а р. Например, за душевные качества.

Б о в ы к и н. Иди-ка ты со своей философией.

О б у х о в. Мирон Сергеевич рассуждает правильно.

Б о в ы к и н. Еще бы. Откуда возьмутся душевные качества, когда во всем остальном у нее в мозгах розовая водица. Качества формирует муж. С любовью, с уважением берет властной рукой — хоп, и на ладони идеальная жена. Любуйтесь, граждане, гордись, государство. Струнка. Статуэточка.

М а к а р. Не о том и не так вы говорите.

Б о в ы к и н. О том-то о том, а что не так — возможно. Первый раз выдаю дочь замуж. Откуда быть опыту? Вот мы прожили с Нинусенькой всю жизнь. (Пьет.) Содержательно. Ярко. Красиво. А как вы проживете — не знаю.

О

б у х о в. Я люблю Алевтину Мироновну.

Б о в ы к и н. Велика хитрость. Ты ответь, кто из вас будет конь, а кто трепетная лань? Кто потащит семейный воз? Ты согласен рожать?

О б у х о в. Чудовищно! Где же ваша романтика? Обожествление женщины?

Б о в ы к и н. Отойди.

О б у х о в. Что значит отойди?

Б о в ы к и н. А то и значит. Отойди!

О б у х о в. Вы слышали? Конь! Я с ним о любви, а он черт знает что!

М а к а р (оттирая Обухова от Бовыкина). Глеб Иванович, спор явно бесконечный.

Б о в ы к и н. Макар, выставь его!

О б у х о в. Меня?!

М а к а р. Садитесь, садитесь. И вы, и вы. И помолчите. Нельзя так, товарищи. Собираетесь быть родственниками. Нехорошо. Больше терпимости, уважения. Вот так.

В соседней комнате.

С т р е к а л о в (ожидая, что там, за стеной, начнется драка). Ну! Ну! (Разочарованно.) Эх! Зачем вмешивается Макар? Кто его просит?

Н и н а П е т р о в н а. Если вы любите скандалы, то запомните: в этом доме их не было и никогда не будет.

С т р е к а л о в. Но как же тогда они поссорятся? Не понимаю.

Н и н а П е т р о в н а. А так! Пришла пора действовать мне. Идемте. Вы обождите где-нибудь около дома, я вас позову, когда надо будет. (Уходит.)

У Бовыкиных.

М а к а р (миролюбиво). Как первобытные дикари, не в силах объяснить явления природы, падали ниц перед сверкающими молниями, так и мы, когда дело касается любви, становимся в тупик перед этим могучим, таинственным и многоликим божеством.

Б о в ы к и н. Верно, Макар. Тут мы бессильны. Ударит в сердце, и вот из этакого великана плетут домашние туфельки.

О б у х о в. В данном случае Мирон Сергеевич рассуждает совершенно правильно. Огромная сила.

Б о в ы к и н. Но нельзя, нельзя. Нельзя нашему брату отрекаться от своего назначения, нельзя сдавать позиции. Шире плечи, выше голову, ни шагу назад. Что бы там ни было, а ты глава семьи, ты хозяин положения. Отвечай за семью до самого конца.

М а к а р. И никогда не отступать?

Б о в ы к и н. Не смей даже думать. Иначе рухнет семья, и всех нас придавит обломками.

М а к а р. Похоже. Обломки уже летят.

О б у х о в. Можете быть уверены: я никогда не сдам позиции.

М а к а р. Поздно. Ими уже овладели женщины. Отдельные очаги сопротивления успешно подавляются. Наступает эра, когда в семье будет царить женщина, а вы, великаны…

О б у х о в. Что?!

Б о в ы к и н. Что ты сказал? Чтоб надо мной… Мироном Бовыкиным?.. Никогда.

Входит Н и н а П е т р о в н а. Молчание.

Н и н а П е т р о в н а. Добрый вечер.

Б о в ы к и н. Нинусенька! (Макару, тихо.) Выручай. Выкручивайся. (Громко.) Мы тебя ждали, ждали…

Н и н а П е т р о в н а. А я не спешила. Я же не думала, что у нас будет устроено сборище.

Б о в ы к и н. Какое сборище? Мы просто сидели, сидели, говорили, говорили…

М а к а р. И я совсем случайно вспомнил, что сегодня мой день рождения.

О б у х о в. Позвольте, я впервые…

Н и н а П е т р о в н а. Что? Что вы такое хотели сказать?

Б о в ы к и н (обнимая Обухова). Он хотел сказать, что первым поздравил Макара.

М а к а р. Да.

О б у х о в. Совершенно правильно.