Айрин
Шрифт:
Бабуля сердито стукнула его по руке лопаткой:
— Я же просила сделать всё дипломатично!
— А мы дипломатично повздорили, — заверил Мирг. Он щёлкнул пальцами и пирожок, исчезнув с блюда, возник в его руке. — Я потом ему даже ожоги залечил. Но он был так расстроен пожаром, что побежал в порт, не разбирая дороги. Аж варежки свои железные по пути потерял… А потом сел на первый попавшийся корабль — и уплыл. Навсегда.
— Какой корабль? — совсем потерялся Дерел.
— Да я, что, помню, на какой его закинул… деревянный такой, с белыми парусами… Вроде. Короче,
— Это же чудесно! — просияла Айрин. — Спасибо вам!
— Пустяки, — махнул огрызком пирожка Мирг. — Не стоит благодарности… Но если решите вознаградить парой монет, не откажусь!
— А что с Сандреро? — вспомнил рыцарь учителя фехтования.
— Не знаю такого… Если мозговитый, сразу сбежал, когда я подпалил… — колдун покосился на нахмурившуюся бабушку — …когда началась кутерьма.
— Ты меня расстраиваешь, — упрекнула толстяка старушка.
— Не доводилось тебе зашивать молодого парня, разрубленного на этом мерзостном ристалище почти надвое, — огрызнулся Мирг. — Да и вообще, кто меня туда отправил?
В раздражении толстяк покинул лабораторию. Он ещё не до конца исчез в скале, когда до ушей оставшихся донёсся звук, напоминающий приглушённый щелчок пальцами. В тот же миг со стола пропало блюдо со сладкими пирожками.
— Он всегда любил фруктовую выпечку, — улыбнулась бабушка. — Так же, как его отец.
— Трудно представить, что у него были родители, — сказала Айрин. — Мне почему-то кажется, что он был таким всегда. Простите, я не хотела никого обидеть.
Старушка усмехнулась:
— Как и всех, его родили мужчина с женщиной. Они покинули этот мир, когда Ильдвайн был совсем маленьким.
— Ильдвайн?
— Сейчас он зовёт себя Миргом, — пояснила старушка.
— Соболезную вам, — принцесса обхватила кружку с отваром обеими ладонями и печально опустила голову. — Мой папа тоже погиб…
— Храни тебя Ланиара, доченька! — всплеснула руками бабушка колдуна. — Что ты такое говоришь?! Родители внука живы.
— Но вы же сказали… — ничего не понимающая девушка, смутившись, умолкла.
— Матерью Ильдвайна была фея из Запределья, — старушка присела к столу и налила рыцарю отвара взамен выпитого Миргом. — Уж не знаю, как она попала сюда… Они с моим сыном полюбили друг друга и прожили вместе три года. А вскоре после рождения Ильдвайна, фея исчезла. Сын поклялся, что найдёт её во что бы то ни стало — и отправился в Запределье. Ильдвайна растила я — до тех пор, пока он не сбежал. Мальчику тогда исполнилось семнадцать. Как давно это было…
— Что такое Запределье? — спросил Дерел.
— Сын говорил, что наша земля — не единственная. Миров, где живут люди и другие существа, много, как пшеничных зёрен в хомячьей норе. И все эти далёкие чудные края маги прозвали Запредельем.
— И вы думаете, ваш сын ещё жив? — осторожно поинтересовалась Айрин.
— Я бы узнала, случись с ним беда, — мягко улыбнулась бабушка, поглаживая синее перо в косе, — даже в Запределье. И сын, и внук превзошли меня в магических умениях. Особенно внук — сказывается кровь фей. Но в прозрении настоящего и будущего
обоим далеко до старой ведуньи.— У ведуньи сейчас пирожки сгорят, — с сарказмом заявил Мирг, вновь появившись в помещении и услыхав последние слова.
— Твоя печка, золотко, изумительно держит температуру, — парировала старушка. — Мне даже не нужно заглядывать в будущее, чтобы знать, когда вынимать готовые.
Глаза женщины лукаво заблестели:
— Зато ведовство подсказало, сколько пирожков положить на блюдо, чтобы ты, не наевшись, вернулся.
Пока они болтали, Ук-Мак с кружкой в руке принялся бродить по лаборатории, среди столов со странными устройствами, громадными колбами и множеством флаконов разнообразных форм и размеров.
— Что это? — рыцарь приподнял фиал с мутной жидкостью, в которой без остановки вращался бело-оранжевый шарик.
— Глаз тритона, — ответил Мирг, придирчиво выбирая пирожок.
— А это, светящееся?.. Ай, горячий!
— Кровь саламандры.
Видя, что внимание Дерела поглощено магическими приспособлениями колдуна, Айрин тихонько обратилась к Миргу:
— Почтенный волшебник, по дороге сюда вы сказали, что Дерел что-то сделал ради меня…
Запнувшись, девушка пальцем катала по столу крошку.
— Умс, — кивнул толстяк, пожирая горячую выпечку. — И?
— Что именно?
— Тебе действительно важно знать? — вполголоса спросил Мирг.
— Да! — воскликнула принцесса. Спохватившись, добавила шёпотом: — Да, очень.
— Хорошо, — колдун приблизил измазанные ягодным соком губы к её уху. — Я с удовольствием расскажу тебе эту историю всего за несколько серебряных монет.
— О-о, — разочарованно протянула Айрин. — Сейчас у меня нет денег. Но потом…
— Я не тороплюсь, — бесцеремонно перебил Мирг. — Могу ждать сколько угодно. И как только увижу серебро — с радостью расскажу все-все. Даже про… — толстяк понизил голос и заговорщицки подмигнул, — Голозадого Морехода. Поверь, ты будешь в восторге.
— Про кого? — озадаченно приоткрыла рот принцесса.
— А это что? — прервал их беседу Ук-Мак, показывая очередной сосуд.
— А это немедленно поставь на место, — строго приказал Мирг. — Нежно и бережно, словно свои…
— Ильдвайн! — неодобрительно прикрикнула старая ведунья.
— …тестикулы, — закончил колдун. — Это Киуламмарпернафроллар, очень опасная штука.
— Кю-ламе…что?
— Киуламмарпернафроллар. Неучи зовут эту эссенцию кьюлом. Страшная вещь в руках невежды… к примеру, твоих. И ценнейший ингредиент для искушённого алхимика.
Мирг важно подбоченился.
— Ну-ну, — скептически бросил рыцарь, тем не менее осторожно ставя бутылку зелёного стекла назад.
— Что собираетесь делать теперь, когда все свободны и счастливы? — колдун завладел кружкой принцессы и, пачкая край, с шумом отхлебнул отвар. — Не расценивайте вопрос как желание выставить вас отсюда, потому что вы мне надоели. Просто интересуюсь.
— Я разыщу и убью дракона, поселившегося где-то в этих землях. — Лицо Айрин потемнело, у губ залегли жёсткие складки. — Но прежде предам смерти местного маркиза.