006
Шрифт:
– Скажи, почему ты работаешь на Имперцев?
– спросила Харгрет на языке виндернийцев.
– Простите, я..
– заговорил он.
– Говори, я тебя не съем. Мне просто хочется знать.
– У меня не было другого выхода.
– сказал он.
– Тебя заставили?
– Он не ответил, мысленно подтверждая догадку Харгрет.
– И как? Я ничего не имею против тебя. Только скажи.
– Моя жена и дети в лагере..
– произнес он.
– Извините..
– И много еще виндернийцев в лагере?
– Много. Все кто в чем-то провинился или попался случайно.
–
– Меня с семьей выселили из дома.
– В мыслях человека был и страх и отчаяние и нежелание отвечать.
– Скажи мне, где находится комендатура города?
– Шернская улица восемнадцать. Это..
– он не знал как объяснить.
– Я знаю.
– сказала Харгрет.
– В бывшей мэрии?
– Да. Вы были здесь раньше?
– Была.
– Поэтому вы так хорошо знаете язык.
– А где лагерь?
– Один на стадионе, другой, на ферме Андергена.
– А окружная комендатура?
– Там же где и городская.
– Здесь есть еще какие нибудь имперские объекты?
– Военная база в бывших казармах гарнизона и жилой район.
– В каком районе?
– Лисенга. Мой дом был там же.
Харгрет молча вела машину через город и остановила по требованию солдата около поста. Она показала свой документ и солдат вытянувшись по стойке смирно отдал честь. Шлагбаум открылся и Харгрет повела машину дальше. Через несколько минут она въехала в ворота бывшей мэрии. Ее уже встречали.
Проводника куда-то увели. Перед Харгрет появился какой-то полковник.
– Прошу прощения, я должен посмотреть ваш документ.
– сказал он. Харгрет показала его и офицер вновь извинившись отсалютовал.
– Я Гарден Фрим, заместитель коменданта.
– Городского или окружного?
– спросила Харгрет.
– Городского. Окружного коменданта сейчас нет. Он в отъезде.
Ррниу и Харгрет в сопровождении полковника прошли в здание и через несколько минут оказались в кабинете городского коменданта. Он оторвался от бумаг, поднялся и прошел на середину.
– Я..
– заговорил он и осекся.
– О, боже! Это вы?!
– воскликнул он.
– Мы тоже не ожидали увидеть тебя здесь.
– сказала Харгрет.
– И вы..
– заговорил он.
– Я и не мог предположить!
– Вы, наверно, помните что принц Хайр был на Виндере?
– Да.
– Я и Ррниу проводили спасательную операцию и вывезли его и его невесту отсюда.
– Теперь все ясно!
– произнес он.
– Добро пожаловать!
– Мы пришли сюда не на долго.
– сказала Харгрет.
– Нам нужно кое что сделать.
– Все что хотите, я в полном вашем распоряжении.
– Кстати, вы тогда спасли своих?
– Да. Мы забрали всех ровно через месяц. Они сейчас на другом крейсере.
– Ты можешь сделать для нас другие документы?
– спросила Харгрет.
– Другие?
– удивился он.
– Да. Терпеть не могу, когда все кому не нужно пытаются выслужиться передо мной.
– сказала Харгрет.
– Это как?
– Нам нужны простые документы на наши имена. Самые обычные, какие у всех дентрийцев.
– Я понял, понял. Конечно,
какие могут быть вопросы?– сказал он.
– Я отдам распоряжение немедленно. Вас как записать? Гражданскими или военными?
– Лучше все же военными. На гражданских косо смотрят.
– Да, конечно. Должность моих помощников вас устроит?
– Вполне.
Документы были оформлены в течение часа. Рив Кеннер некоторое время показывал все, рассказывал о делах.
– А как с населением?
– спросила Харгрет.
– Проблем не мало.
– Мне кажется, многие из них имперцы создали сами.
– сказала Харгрет.
– А что собираетесь делать вы?
– Для начала мы отправимся в лагеря.
– ответила Харгрет.
– Надеюсь, ты поймешь то что мы будем делать.
– Я не смогу что либо сделать против. Вы имеете все полномочия от Императора.
– Я хочу сказать, что к виндернийцам надо относиться как к людям, а не животным.
– Я не против, но некоторые из виндернийцев этого не понимают.
– Те которые содержатся на ферме?
– У нас нет другого варианта.
– Вот с этого мы и начнем. Попробуем найти другой вариант.
– сказала Харгрет.
Получив документы Харгрет и Ррниу отправились на стадион, где содержались задержанные. Большинство находилось в помещениях под трибунами. Зима брала свое. Люди мерзли и болели. На самом стадионе располагалось несколько палаток, горели костры.
– Что это за люди?
– спросила Харгрет у управляющего лагерем.
– Люди?
– переспросил он.
– Это не люди.
– Вы, кажется, не поняли моего вопроса?
– спросила Харгрет, повышая тон.
– Что? Извините.
– Он вдруг понял, что заговорил не так как надо.
– Извините, я не понял. Это нарушители. Те кто бродил по ночам, кто устраивал поджоги.. Преступники. Они действовали против имперских солдат.
– И дети?
– спросила Харгрет.
– И дети.
– Даже те, которым по три года? Не кажется ли вам, что бесчеловечно держать их здесь?
– Я.. Извините, но я..
– Вы немедленно начнете проверку. Женщины с детьми, все дети и старики должны быть выпущены. Вам ясно?
– Да.. Но мне нужен письменный приказ..
Харгрет взяла бумагу и подробно написала приказ, описав всю процедуру опроса, который должен был проводиться в лагере.
– С каждого взрослого человека и с каждого подростка в возрасте более тринадцати лет, которых вы выпустите возьмете расписку о том что они не будут действовать против имперской армии. Расписку на виндернийском. Ясно?
– Да, мэм.
– Каждому выпущенному выдадите документ, что он выпущен отсюда.
– В какой форме?
– В форме справки с вашей печатью.
– Да, мэм.
– Здесь содержатся ученики школы, в которой предполагается размещение окружной комендатуры?
– Нет, мэм.
– Выполняйте приказ. И без насилия. Затем проверьте всех, кто попал сюда по сомнительным обвинениям. Незачем содержать в лагере тех, кто не представляет угрозы.
– Да, мэм.
– Я еще вернусь и проверю.
– сказала Харгрет.