Современная проза

И тут же прозрел: это мамаша, которая поглупее любой деревенской дурищи, наставила дочь, подговорила Ирину прикинуться больной, чтоб вожделеющий муж сдался, выклянчил бы у земляка пару страниц в каком-нибудь журнале для Кирюши. Торгуются, как на рынке. Хуже: как проститутки. И чем торгуют? Тем, что по…

Не было у музыканта ни своего клочка земли, ни избенки, – где работал, там и кормился, где играл, там и ночевал. А вообще-то он держался ближе к Алялюмасу. Тот также был одинок, зато любил лес, людей любил и считал себя самым счастливым человеком в деревне. Алялюмас, как мы уже сказали, был дегтярником.…

Прежде чем поселок в бухте Дальней стал океанским дном по вине урагана с женским именем Агнес, там побывала засуха, хотя и совершенно безымянная. Продажа земель только что завершилась, участки едва обозначили и нанесли на схему, как вдруг у тамошних хозяек из кранов потекла грязь. Высохшие колодцы и…

– Последнего немца выслали из Восточной Пруссии два года назад, – растерянно сказал он. – Хотите, я вас сфотографирую… я фотограф… – Стоянка поезда три минуты. – Она с улыбкой покачала головой. - Вы сумасшедший. И фотоаппарата у вас нету. Да и на немца вы не похожи, скорее – на цыгана. – Это рядом.…

— Вы скромностью не обременены, — заметил посетитель. — Стараюсь, — я изобразил притворное стеснение на лице, — это часть моего бизнеса. — Отлично! Однако офис у вас… — Что мой офис? — на сей раз, я вполне искренен. — Скромненький офис, — мой посетитель обвел взглядом комнату, — ничего эксклюзивного,…

— Итак, — повернулся он к милиционеру. — К вам обратилась за помощью Задунайская. Как вы реагировали? — Ну, дал свист, — протянул милиционер. — Это вы уже говорили. Дальше… — Стал призывать Петровича к порядку. Стыдить стал. В общем, как положено, сперва действовал средствами убеждения. — Средствами…

На развилке повозка двинулась по другой дороге, которая протянулась с севера на юг, вся в глубоких грязных колеях. Тут только я обнаружил, что мои спутники не бредут вместе со мной вослед повозке; они куда-то исчезли. Я огляделся. Почти уткнувшись носами в землю, они что-то высматривали в поле с таким…

— Может, открыть ставни, как ты думаешь? Чтобы есть — света хватит, и огарок сэкономим. — Верно! Что масло мимо хлеба пронесем, бояться не приходится. Он встал и открыл ставни, а жена задула свечу. Над крышами и деревьями в саду Педагогического училища вставал белесый рассвет. Справа чуть вырисовывался…

— Ничего. — Золотые кольца, серьги? — Нету. У меня совсем ничего нет. — Я беру в залог драгоценности, меха, столовое серебро. Вы взрослый человек, доктор, и должны понять, что я не могу просто так раздавать деньги. Поверьте, мне самой ростовщичество не по душе. Я рождена для…

Лифт произносит «Блямс!» и прибывает на нижний этаж. Блондинка поворачивается, подбирает подол шикарного платья и выходит прочь развязной походкой. Покидая лифт следом за пошатывающейся «фуксией», нимфа в манто шепчет негромко «Сука!» и закатывает глаза. Уже через мгновение ее встречает шофер, крепкий…

Воображение подобно пьянице, который потерял свои часы и сможет их найти, только если опять напьется. Мы сроднились с ним, как с речью и обычаями, а чтобы проследить его пути, наши глаза должны научиться смотреть по-новому. В 1840 году когда бестселлером был «Следопыт» Купера, а фотографии только-только…

— Спасибо, я в курсе, — вежливо кивнула девушка. Потом сокрушенно обратилась к Сергею: — Мне лучше уйти? Василий, и тем более Борис, молча, но красноречиво возмутились такой постановке вопроса, вращая глазами и размахивая руками у нее за спиной. Только девушка не обращала на них внимания, а видела…

Конечно, в детстве и юности мечтал стать летчиком. Вырос в деревне Малый Ключ на востоке Башкирии. Вроде бы до Уфы сотня километров, но настоящая глушь — леса, бездорожье. И пролетающие над деревней самолеты казались воплощенным чудом. Все жители задирали головы и смотрели, следили за этими железными…

— Но, но! Боксер! Красотка, Кукла, Черт, Барсук! Пошевеливайтесь! Три лошади стояли посреди лужайки в негустой тени эвкалиптов и, дружно обмахиваясь хвостами, отгоняли мух. Этих лошадей — потомство старой Куклы и Барсука — вырастил Джордж, но миссис Джиллард знала, что теперь они уже не принадлежат…

Алевтине Нестеровой не двадцать, а тридцать, даже тридцать один год; впрочем, она моложава, с большой грудью и более или менее милым лицом – она молодая поэтесса, и если о хлебе, то хлеб это нелегкий и не самый белый. За десять примерно лет у нее вышли три тоненькие книжицы стихов, и теперь, ожидая четвертую,…

«Дайте нам еще неделю, — умолял Тюльпан. — Я вот-вот найду работу». — «Платите или катитесь отсюда!» — «Карузо, между беженцами из Европы…» — «Ха! Клевета! Я уже два года американский гражданин и запрещаю оскорблять меня». — «Карузо, представьте, что посреди океана торпеда взорвала…

Известно ли тебе, что тебя возвеличили почти как святую? Ныне, упоминая в разговоре твое имя, надлежит выбирать патетический официальный тон — в этом, возможно, есть и моя вина, но теперь он мне претит. Все словно забыли, что ты была живым человеком, и представляют тебя исключительно как воплощение всех…

– Да, случилось, – подтвердил он. На мгновение Хауден ощутил соблазн открыться Маргарет, рассказать обо всем, что происходило так стремительно, начиная с секретного телефонного звонка из Белого дома два дня назад, и о второй беседе по телефону сегодня. Но тут же решил: “Нет, еще не время”.…

— Я здесь. — Да, Господи, — удалось выдавить Ною. — Ты праведник, Ной. Мало подобных тебе. В ответ Ной ничего не сказал. — Я призрел на тебя и сыновей твоих. Но не призрел я на многих других. Ты понимаешь? — Не совсем, Господи. — Я истреблю отступников.…

Ничего необычного для Германии 1919 года. Таких квартир в одном только Мюнхене десятка три: вместо свастик орлы, молнии или черепа; вместо «Германия, проснись!» — «Германия, воскресни!», красными буквами… Сходство в выражении лиц посетителей, в произносимых словах, в настроении… Но перст судьбы никогда…