Современная проза

Это нас не смутило — что он, оказывается, был на току. — Ну и что? — Что? — Ну и… мы тоже были. Мы, значит, маленько попозже… Мы блудили. — Где попозже?! — взвизгнул дядя Ермолай. — Где попозже-то?! Я там весь дождь переждал! Я только к свету оттуда уехал. Не было вас там! — Были… Дядя Ермолай…

— Мне не восемнадцать лет. — А она анкетные данные не спрашивает! Ей все равно… Работник ты хороший, с семьей у тебя пока все благополучно… Просто мы предупреждаем тебя. Не ходи ты к этому Сане! Он, может, хороший человек, но смотри, сколько на него баб жалуется!.. — Дуры, — опять сказал Филя. …

— А про меня в газете писали, што я, хромой, на машине работаю! — тоже закричал Веня. И постучал себя в грудь кулаком. — У меня пятнадцать лет трудового стажу! — Ничего, он тебе там пригодится. Веню опять взорвало, он забыл страх. — Где это там?! Где там-то, курва? Ты сперва посади!.. Потом уж…

— За что же ты мне пометочку сделаешь? — Сделаю пометочку, ты придешь ямы копать под опоры, а тебе скажут: «Э-э, голубчик, а у тебя тут… Нет, скажут, нам таких не надо». И все. И отполучал ты по двести рублей на своих ямах. Так что нос-то особо не задирай. Он, видите ли, лаяться будет тут… Дерьмо, —…

Девушек в конторе было четыре. Все, как одна, скучные и глупенькие. Когда никого не было, они сплетничали о парнях и смеялись. Очень много смеялись. И без конца ели конфеты. Витька презирал их. Но больше всех он невзлюбил Лидок. – Ты таблицу умножения знаешь, конечно? – Знаю, конечно. – Перемножь…

– Тянул! – весело сообщил Сергей Сергеич, когда Андрей спросил о наколках. – Четыре года… По молодости. Брат в сельпо работал, везли товар в лавку… Ху! Кха!.. Я в одном месте запрыгнул в машину, сбросил два тюка крепдешина – попались. Ну-ка, подай ковшичек. Андрей подал. Сергей Сергеич опять неистово…

– Хорошо, Саша. Очень хорошо, – Нина чуть ударяла на "о", выкругляла слова, подталкивала, и они катились – легко, как колесики. – Покупалась в речке… Ох, хорошо! – Да где уж там хорошо-то? Скучно небось? – Господи, а чего мне надо? Сходила в кино, раза три на танцы – не манит… В огороде больше копалась.…

Прохоров крикнул своему шоферу: — Прислать, что ль, кого-нибудь?! Шофер вылез из-под «козлика». — Пришли Семена с тросом! Пашка с Прохоровым поехали. …Летит под колеса горбатый тракт. Мелькают березки, мелькают столбики… — Ты куда едешь? — поинтересовался Прохоров. — В командировку. — В колхоз,…

— В ноябре всегда так, — сказал он как можно беззаботней. — Поэты в ноябре замирают. Вот это было напрасно. Вот это было самое что ни на есть — не то. Так, такими словами прикрыться. Пустой Марусин взгляд обрел какой-то смысл, и Коршунов сдуру обрадовался, что, кажется, может быть… Одним словом, ну…

Маша босиком, голая, пошла на кухню, чтобы попить воды. Прошла через материну комнату, та стонала во сне. Маленькая Маша боялась этих стонов, кидалась: «Мама, мамочка!» Получала от нее за то, что будила. Мать потом говорила, что ей ничего такого, чтоб стонать, не снится. Почему же она спит так странно,…

— Это у них-то? — кричит Сорока. — Когда на всем готовом? — Тоже ваши методы — все готовое. А мне не надо ваше готовое! — Панин уже совсем зачернобагрел. — Мне оплати как следует мой труд. — После войны шахтерам платили будь здоров, — вздыхает Шпрехт. — Ценили. А потом все выкинштейн. Сравняли с…

Почему мы обязаны в случае Гомера заведомо принимать его точку зрения? По-моему, намечаемая публикация в смысле издательской политики крайне небезусловна. Так думаю не только я, но, замечу в скобках, и суждение Эрика Линдера довольно скептично. В частном разговоре Эрик Линдер сообщил мне некоторые сведения…

Он не вернулся домой к рождению Жюля. Она рожала одна, без наркоза и спрашивала вслух: «Где ты?» – при каждых новых схватках. Медсестры и врачи, не понимая ее, отвечали: «Вот-вот покажется, погоди»; они не догадывались, что в этот миг Лорен ни капли не заботил ребенок, что она охотно согласилась бы…

Крестный путь, от рассказа о котором вам не убежать, будь вы хоть на пяти колесах, начался в один из тех моментов, когда дон Алехандро чуть ли не сам готов был влезть в кожаный чемодан из-за непреодолимого желания ехать в Ла-Плату. Еще один лицемер заехал за ним, и он отправился при полном параде на…

Его лицо, особенно в зонах подглазий, состояло словно бы из приспущенных старых чулок. После нескольких минут ледяного душа, какой получили, возможно, и достойные мизантропии, но не готовые к ней слушатели, он медленно, с явным трудом разлепил свои гнилозубые, не знающие зубоврачебных истязаний уста,…

Мы вели жизнь-наоборот, жизнь-протест. Спали на полу, мыли головы над унитазом, ужинали на балконном морозе, спорили в лестничных пролетах, целовались на плечах подъездов, смешивали и взбалтывали Миллера с Прустом, а остывший кофе – с теплым киселем, появлялись на остановках наперекор расписанию, мечтали…

Я нормален. Я просто слишком хотел ее. Сжать пальцами сосок. Нежно покусывать шею. Полная горсть волос – потянуть за них так, чтобы ее голова запрокинулась, а губы раскрылись – целовать их, задыхаясь, наваливаясь всем весом на податливое, дрожащее тело, одним резким толчком войти внутрь – Джо выгибается…

Морозов был лучшим оперирующим онкологом, в отличие от главного, который был просто главным, но лучшим не был. – Не тяните, дорогая моя, – сказал хирург. – Просто завтра вас будут ждать… «Плохи мои дела», – подумала Тамара Федоровна, видя перед собой серый, в шелушинках конверт. Естественно, никто…

Родилась спасительная мысль – раз уж идти, то она возьмет в театр свой класс. Правда, она его еще не знает, ей дают новый, девятый. Но уже конец августа, списки утрясены, через ребят, которых она учила в восьмом, можно будет собрать человек десять. Убьет сразу двух зайцев. Посмотрит «на материал», с…

А утром… Что такое?! Кто к чужим эскизам свою руку приложил?! У Гергуладзе по горам меловым кони гуляют, у Гриши Синцова из-за сосен реликтовых старички бородатые выглядывают, а у Фурша по реке на плоту старушка плывет – Марья Лукинична собственной персоной. Плот нарисован маленький, а старушка изображена…