Современная проза

Умывшиеся дети собрались вокруг них и хихикали. Рома воодушевился: -- Ну, так что? - Он сильнее сжал Ванину шею. -- Что ты хочешь? -- Ты не ответил на вопрос. -- Да, я общительный. -- Молодец тогда. А-то вожусь с тобой прямо как мать родная. - Рома отпустил его, толкнув вперёд. - Иди, умойся,…

- Похоже, так! Но уж больно он сопротивляется, сволочь! - Да и народу-то сколько положил! У нас в деревне в каждом доме, почти, похоронка. А где и две! Во, таки дела! Мужики некоторое время курили молча. - А ты, сам-то, с какой стороны будешь? - Из - под Шелаболихи я, с деревни Новообинцево.…

*** - Привет Хер Пидер! Опять в дымину? - Ты как с отцом разговариваешь сопляк мелкий? - А чего? Тебя все так так зовут. - Так меня зовут только почтенные заграничные люди! Им можно, ибо они из цивилизованной Европы к нам понаехали! И мы тут немытая Россия! - Чего это не мытая? Побольше их…

— Ви не можете просто так серед навчального року кидати школу! — справедливо обурилася директриса. — У мене дуже серйозні причини. — Можна довідатися які? — Хвороба. — Хвороба? — споважніла директриса. — Невже аж така? — На жаль, діагноз невтішний, —…

Друга частина твору – це вже майже вертепні розповіді друзів і знайомих. Мені навіть спало на думку, що писав епігон Юрія Логвина. Але історичність як найголовніша тематична домінанта видає нам Логвина геть з усім. Обдарований письменник і художник – це ще й ювелір, який мусить відшліфовувати дорогоцінний…

— Офіцери України! — почав свою промову, звернену не стільки до випускників інституту, скільки до численних телевізійних камер, з розрахунку, що сьогоднішні новини дивиться сам Президент, міністр мілітарних справ, він же начальник Генерального штабу ВНУ чотиритризубний генерал Жовтовод-Водяник. Він говорив…

На том основании и собрал староста окрестных мужиков и настойчиво просил поменять имя, отчество или фамилию, на выбор. На худой конец, хотя бы одну букву в последней. «Это какую еще букву?!» – заголосили со всех сторон Пушкины. На миг председательствующему показалось, будто эти негодующие, очерненные…

Маттис думал: а Хеге и не знает, на что я смотрю! Его так и подмывало рассказать ей об этом. Их же здесь четверо — два Маттиса и две Хеге! А она даже не подозревает об этом. Но он молчал. Сразу за изгородью, среди ельника, высились две сухие осины с голыми обломанными вершинами. Они стояли, тесно…

– Ты даже представить себе этого не можешь? – А зачем представлять? Фантазии – это твоя пища и твой рабочий станок. Мне от них становится только хуже. – Но почему? Неужели ты никогда ни о чем не мечтаешь? Как по мне, это невозможно для здравомыслящего человека. – Видимо, я не слишком здраво размышляю, –…

«Понятно, — сказал Димка, уже просто мрачно. — Миссия, значит. Ну, можете больше не вкладывать. Я получил их все. Сто тридцать четыре. Эта — сто тридцать…» …твою в душу через семь гробов, он, понимаешь, меняет реальность! Дыра у него в кармане, в дыру лезут записки! А я каким-то чудом не сдох за…

Мины и снаряды пощадили домик тёти Ани, и всё равно он казался каким-то зыбким, как призрак дома. Тётя Аня сидела за столом точно такая же, какой и была до войны, разве только, может, седины стало больше. — Нина? Ты что ли? — скорее удивилась, чем обрадовалась тётя. — Вот ты какая стала. Невеста…

Перед нами два художника, достойно представляющие передовую немецкую литературу, — Луи Фюрнберг и Стефан Хермлин. Каждый из них по-своему прокладывал путь к социалистическому искусству. Их самобытные, яркие таланты на первый взгляд совсем несхожи. И все же Фюрнберг и Хермлин в чем-то очень близки, родственны…

Митя провел растопыренными пальцами по голове, волосы торчали сосульками и уже слегка заледенели. Он молча сполз с обрыва, побрел к машине. Вода сейчас не показалась обжигающей, только живот почему-то втянулся сам собой да стало стеснять дыхание. Взобравшись на кабину, он свесился в люк, протянул руку,…

Люция хихикнула смущенно и благодарно, подхватила пакет, и снова они пошли, оставляя позади море, полчаса назад нежно ласкавшее их тела, прощающееся с ними шепотом, серебрящееся в лучах солнца. 2 Это была их самая любимая игра. Они часто играли в неё при посторонних, удивляя и озадачивая тех. Подчиняясь…

- …еще детали? - С воротником у него какая-то беда приключилась. Я не успел вглядеться, но мне показалось, он весь в дырах. - А… (затерто) …о его поведении в тот день? - Не вглядывался. Без него тошно было. Ну… он был немного заторможен, словно его уронили. Растерян. - Он рассказывал, что его…

Вернувшись в родной штат, Прайс вплотную занялся повестью. Сюжет ее прост. Двадцатилетняя Розакок Мастиан мечтает быть любимой и счастливой, но ее возлюбленному Уэсли Биверсу совсем не нужна эта искренняя любовь. А кроме того, Уэсли — непоседа, его манит вдаль, в неизведанное. То он служит на флоте,…

Была учреждена клиника абортов, выстоявшая несколько судебных процессов и ярость местных католиков. Но у побед была своя цена. Полунасмешливое презрение в начале сменилось открытой враждебностью жителей городка. Норма Джейн была горда, что лишь 4 женщины отказались от членства в Союзе из-за публичного…

Она в последнее время многое делала назло. Не хочешь навестить дядю, так я одна пойду и наговорю с три короба, чего и не было. Ты любишь Аринку, а я – назло – больше буду любить, и игрушки буду покупать самые дорогие, и буду говорить, что папа у нас злой, нехороший. Но Раечка с досадой видела, что…

*** Стены коридора, выложенные из грубо обтесанного камня, неприятно напомнили комнату из сна. Гарри успел разглядеть ее – квадратное помещение с высоким потолком, почти лишенное мебели, и подозревал, что Волдеморт прячется в замке одного из сторонников. Делать с этой информацией было решительно нечего…

Подняв руки, он потряс ими у нее перед глазами. — Ты что, не понимаешь?! — воскликнул он. — Чтобы хоть один-единственный раз сделать что-то серьезное вместе с тобой! — Не ори! — сказала она. — Ты разбудишь его! Он начал хохотать и, прислонившись к стене, все хохотал и хохотал. Девочка холодно разглядывала…