Современная проза

Альвар Нуньес Кабеса де Вака. Имя, которое мать внушила мне с детства считать знаком героической судьбы, каковая должна быть исполнена без тщеславия, почти как необходимость, не вызывавшая у нее сомнения. В детстве это имя производило на меня сильное впечатление. Я воображал себе коровью голову, отделенную…

– Мы уже тогда очень любили тебя, так как точно знали, какой ты будешь. Тогда я поинтересовалась, что случилось бы, окажись Кейт здоровой. По всей вероятности, я все еще обитала бы на небесах в ожидании тела, в котором смогу пожить какое-то время на земле. Конечно, я бы уже не попала в эту семью. …

Вполне естественно, члены кружка тянулись к Ясуко, но за ней всегда стояла Миэко Тогано, которая умела одним своим присутствием придать общению старомодное изящество и легкость. Ясуко была совершенно очаровательна, блистала не только красотой, но и острым умом, и все же Ибуки ясно видел, что ее жизнелюбие…

Маленького Темби принесли к ней как раз в то время, когда она узнала, что своего ребенка у нее не будет, по крайней мере, еще два года. Темби страдал тем, что местные жители называют «болезнью жаркой погоды». Мать попросила Джейн спасти его, когда болезнь уже зашла далеко. Джейн взяла из ее рук маленький…

Сеньор Сикейра, несмотря на то что был в отставке, глубоко сознавал свою ответственность судьи. Поэтому, не смущаясь значительным расстоянием, он самолично отправился сообщить о принятых мерах несчастной, оскорбленной семье. Педро Торресмо отсыпался после вчерашней попойки, мать жертвы, тощая Эуфразия,…

Теперь Ромаша, террорист с внешностью обреченных царевичей: прозрачное личико, русые кольца волос, голубые жилки под молочной кожей, нежные сиреневые тени под глазами. Но эти узкие шоколадные глаза его и выдавали. Он родился с ухмылкой. По утрам Ромаша использует выразительный прием: сиротливо стоит…

Так вот... Моя сегодняшняя гостья появилась на пороге с совершенно обескураживающей, видимо, заготовленной заранее и специально для меня улыбкой. У секретарши был обеденный перерыв, поэтому доступ в мой непредставительный кабинет был открыт любому. – Судя по тому, что ваши ботинки лежат на единственном…

— Никто тебя не жалеет,  — возмущается Изабелла, словно ее оскорбили; затем, подумав, добавляет: — Я хочу сказать, никто не питает к тебе жалости. Да и ни к кому из нас. Клаудия — моя давняя подруга, а Джек Фэйр так любит тебя, и ты видел фотографии дома Марты в Гвадалахаре, ты знаешь, какой…

Прибыл последний вечерний рейс. Пройдя под моим наблюдательным постом в трех-четырех метрах от меня, все пассажиры скрылись в зале таможенного контроля. Их было всего десятка полтора. Делегация японских бизнесменов, горстка американских туристов, как всегда с рюкзаками, и единственный соотечественник.…

Толстяк прислушался к интонациям собеседника и, не найдя в них ни угрозы, ни издевки, с неподдельным облегчением подтвердил: — Бомж. Третий год как уже… — Понятно… На, держи, мухолов, — парень бросил в картонную коробку все имеющиеся у него деньги и, не дожидаясь слов благодарности, пошел прочь.…

— Да. Она кивнула и покружила еще немного, прежде чем присоединиться к основной группе. Почти все участники похода уже водрузили на себя свои огромные рюкзаки и были готовы отправиться в путь. Крытый маршрут был рассчитан примерно на сорок километров, в программе предусматривался и привал. Обеды…

IV Все случилось ночыо. Он спал. Магали потрясла его за плечо, сказала: «Уже началось, кажется, воды отошли». Он встал. Сердце колотилось. Он проделал все по порядку, мысленно отработанному десятки раз: 1 — умыться холодной водой. 2 — одеться. 3 — спросить Магали «Ну как ты?» …

Шёл уже 1939 год, когда я наконец заговорил. Заговорил поздней осенью и только по-польски. Ведь матка Броня у меня была полька, а русский отец сидел в Большом доме. До этого я только улыбался, когда со мной пробовали заговаривать, да и вообще улыбался больше, чем было нужно. Сижу, обмазанный всем, чем…

– Зё-о!.. Рот Генке закрывают рукой в мягкой перчатке, резко наклоняют вперед. Шапка слетает с головы, катится в котлован. Андрей коротко размахивается и крепко бьет Генку молотком по затылку раз и второй. 1995 г. Будни войны Пленные, в количестве…

Дверь широко распахнулась, и в проеме показалась вульгарная фигура толстяка Шампольона, входившего в ресторан вслед за своей тщедушной супругой. — Хайль Гитлер! Этот пьянчуга, хозяин монтажной мастерской в Сен — Дени, каждое утро здоровался, вскидывая руку в фашистском приветствии, и при этом хитро…

— Дорогой пан Крушиньский или, если позволите, дорогой Зиновий, не найдется ли у вас канифоль? Моя уж неделю, как пропала. — Герр профессор Арнштамм, я же просил называть меня просто Зина, а господин Фрумкис зовет меня, например, Зяма... Я ведь моложе вас, мне неловко... — Сейчас возраст не имеет…

В юности у отца не было хорошего костюма, и, может быть, поэтому он мечтал о моряцком мундире. Ведь отличное сукно! Бушлат с десятком блестящих пуговиц! Стрелки на брюках – порежешься! Важные нашивки на рукавах и по вороту! Морские значки – эмблемы! А у него была только курточка. Он просил поносить форму…

Впрочем, Нюту запах не слишком беспокоил. «Ты скажи ей, пусть мимо ведра не писает…» 28. III.1954 Дорогая и любимая мамочка! Хорошо ли ты устроилась? Красив ли город Ессентуки? Какое странное у него название. Как ты себя чувствуешь? 24 марта мы кончили учиться. Наталья Ивановна оставила…

Эти солдатские будни и переживания спасают ее от депрессии и мрака, окутывающего ее душу. Молодые голоса, молчание воинов, их проблемы, гибель под сенью Войны на истощение отвлекают ее от личной жизни. Она – майор Армии обороны Израиля, а вовсе не жена, как все жены. Рискованные операции откладываются…

* * * Везде ли так иль только лишь у нас? Европы порча, иль азийский сглаз, или шальная блажь их корреляций — одни безумцы в гениях, увы: предвидя смерть от «белой головы» — пить лимонад и ехать и стреляться! Знать, где погибель, и идти туда, боясь костлявой меньше, чем стыда, и…