Проза

— Сюда, сюда! — призывал мистер Райхманн, глава небольшой адвокатской группы, которую наняла для меня свекровь, но не из беспокойства за мою судьбу, а из опасений, что я окажусь за решеткой и тем самым запятнаю репутацию семьи. Райхманн и его помощники звали меня под навес, но я притворилась глухой.…

Не знаю, почему я начинаю здесь, когда всё закончилось, — или я до сих пор на середине? Пока сложно сказать, но я напишу обо всем, что произошло, потому что историей это пока не стало. Да и я не рассказчица. Но если я начну рассказывать, возможно, история сложится. Впервые я виделась с тобой в баре,…

Как-то раз Марк попробовал подсчитать, сколько у них на курсе компаний — и сбился. Несколько иногородних, «общажных»: послеармейская, кавказская, среднеазиатская, спортсменская, «комсомольцы» (эти — гнида на гниде). У москвичей есть «благородные девицы», есть «мажорные девицы», есть «умники», есть «богема»,…

– Зачем вам походить, ваше в – е? Откудова это видно, штоб барин на мужика похож был? И вовсе нет! Пантелей пожал плечами, дверь опять затрещала, и он вышел, а майор с озабоченной миной на лице начал умываться и одеваться. – Душенька! – сказал одевшийся майор самым что ни на есть разъехидственным…

Что произошло в прошлом мире, это чуть позже, пока же изучая окружение, увидел, что у капсулы стоит девушка. Один её вид показывал, что не всё так просто. Нет, одета та в комбинезон для космоса, внутри встроенный скафандр, белый цвет, медиков, красивая фигурка и личико, вроде всё чтобы понять, что это…

Вот и я не ожидала, что душевный обмен любезностями превратится в любезный обмен душами! Осознала весь масштаб налюбилова, только когда очнулась в чужом теле, в чужой избе и с раскалывающейся от чужих воспоминаний головой. И среди этих воспоминаний отчётливой красной нитью проходило то, что хозяйка…

– В таверну? Зачем? – спросил я в полнейшем недоумении. – Фелида просила позвать, – напомнил помощник. – Правитель Рассвета должен там быть. – Собрание? – Собрание-собрание, – скороговоркой отозвался он. – Идемте! – и чуть ли не за руку поволок нас вниз по лестнице. – Ничего не понимаю, – проворчал…

– Да и он, признаться, смахивает не столько на доктора, сколько на грузчика. Супруги удовлетворенно засмеялись. Было бы, однако, несправедливо делать на основании этих реплик вывод, что супруги Бамболи ощутили внезапную неприязнь к своим новым соседям. Правда, аптекарше было бы куда приятней, если…

Я опять уже находился в самом критическом положении. В чужой земле, среди пустыни, один без помощи, ночь на дворе -- а суруджу мой уже объявил мне, что ближе Ясс или Скулян, туда и сюда верст около десятка, кузнеца нет. Я бранил и клял судьбу-индейку -- досадовал, думал -- и наконец должен был решиться…

Проезжая мимо собора, кучер обернулся, внушительно ткнул кнутовищем на утоптанное местечко и проговорил: — Вот на эфтом самом месте Фомка и стоит… Проезжающие господа весьма одобряют, ежели он, значит, Фомка, не урезал. К Бубновым его, сказывают, с утра взяли… Дом градского головы Семена Гаврилыча…

Уважение к ильинской карте осталось в крови Парнока еще с баснословных лет, когда он полагал, что аквамариновые и охряные полушария, как два большие мяча, затянутые в сетку широт, уполномочены на свою наглядную миссию раскаленной канцелярией самих недр земного шара, и что они, как питательные пилюли,…

Но, видимо, сегодня Меркурий оказался не в том доме, или Марс был особенно ретроградным, так как Валера, выслушав ответ моей временной, а чем чёрт не шутит, может и постоянной пассии, решил на этом не останавливаться, и переключился на меня. — А ты как думаешь? И послать вроде как не за что, но и…

«Слушай, ты должен ко мне приехать! Увидишь весь концерн!» Вот я ему сейчас свою университетскую карточку дам, а он мне в ответ свою, вот имя и обнаружится. Я порыскал в карманах, но карточки не нашел. Он тоже в этот момент рыскал в карманах. «А что за концерн?» – осторожно спросил я. «Как, ты…

– Давайте наберем живых вшей и принесем ему! – решили некоторые самураи, приняв его слова за шутку, и за полдня набрали несколько чайников. Они полагали, что таким образом им удастся сломить упрямство Мори, и уже собирались предложить ему этих вшей со словами: «На, корми их!», как Мори нетерпеливо воскликнул:…

— А куда же жить пойдешь? — спрашивали женщины. — И остальных жильцов куда? — Остальных — это меня не касается, — отвечал Аристарх Павлович. — Пусть городские власти переселяют. Я же тут останусь. Вон там возле озера дом моего прадеда стоял, деревянный, двухэтажный, с гульбищем. Его как памятник архитектурной…

– А еще отец называется: не может мать от оскорблений оберечь. – Правда, Сашка, ступай, что ломаешься? – отозвался тот с лежанки. – Они, может быть, опять тебя устроят. Они люди добрые. Сашка оскорбительно усмехнулся. Отец давно, до Сашкина еще рождения, был учителем у Свечниковых и с тех пор думал,…

– Послушала бы, что люди-то говорят, – сказал он матери. – «У тебя, говорят, заместо отца Безносый». Ребята засмеяли, проходу не дают. Пожил, пора и честь знать. Чуть ли не каждый день Григорий стал возвращать­ся к разговору на тему «пора и честь знать». Пелагея возражала, но с каждым разом все слабее.…

Дружинники собрались в кружок и стали советоваться, как поступить с околоточным. Это был первый их пленный, и они не знали, что с ним делать. И молодой, сияющий, с шашкой через плечо, засмеялся, хлопнул Ивана Ивановича по плечу и предложил: — Пусть-ка идет строить баррикаду. Народу у нас мало, а он…

– Чай, кофе? – хорошо поставленным голосом предложила она. – Кофе. – Костя улыбнулся. Они прошли в гостиную, обставленную великолепной мебелью. На полу лежал ковер ручной работы, на стенах – картины старых мастеров и античные безделушки, слегка потемневшие от времени. «Хорошо живут слуги народа», –…

Начальник станции появился как раз в тот момент, когда Ласнов собрался свернуть самокрутку и, высыпав на ладонь табак, отделял его от крошек. – Гляди-ка! Да здесь, пожалуй, хватит и на двоих, – сказал начальник станции и, не спрашивая разрешения, взял с ладони Ласнова щепоть табака. Они оба стояли…