Проза прочее

Крестносцы II Е.Шварц Великое войско в железных платьях входило в мою страну, не поднимая забрала. Они приносили страдания на кресте,      вместо креста. Грохот убегающих стад трясся как водопад. Мы зарывали свои кресты, словно ящерицы, прячущие хвосты. Научились ненавидеть страдальцев,…

Быть с тобой. Ночь, как мировое древо, поднимается с центра ладони – диаметром что Земля. От меня города лежат – вправо и влево, за спиною крапива. У ног моих тополя. Быть с тобой вдвоём. Углубленья в коре есть ниши, где привольно укрыться мошкам, если кругом вода. Я пишу на руке, чего в письме…

Царский подарок Вдоль дороги деревни, между ними погосты. Над горбами харчевни осырелые звезды. Поднебесные звезды, словно мертвые мыши, свили теплые гнезда под рогожею крыши. Оттоскуют полати, затоскует телега. Приготовься к расплате за беспечность ночлега. Станут листья бледнее,…

5. «Месяц дозревания горы. Старик…» Месяц дозревания горы. Старик, накрытый тенью листвы, – будто глубоководное чудовище выплеснуто на берег собственным выдохом, — напевает вязнущие в зное слова: полная серьезность. Гора— азерб., неспелый виноград, и одинокая птица, промельк оставив между…

Строчки являлись легко как жест руки – анжамбеманы, ассонансные, как бы необязательные созвучия вместо рифм, отзвуки французской речи – школа новых поэтик и в тоже время классическое целомудрие души, избегающий тяжких соблазнов постмодерна. В ее поэтический опыт органично вошла поэзия целой плеяды…

«Ахашверош стоит как снег, в гортани его – слово о том, что поэзия знает больше реки, расцветающей, что ни весна, берегами.» («Зима Ахашвероша») Есть вероятность, что это убеждение автора, а не просто яркая риторика, выходящая за пределы скромного и добропорядочного акмеизма. «Поэзия знает больше…

Глава 1 Меня разбудил кондуктор, молодой человек, конечная выходим. Протерев глаза, вышел из автобуса, осмотрелся и не понял где я нахожусь, вокруг ничего не было, одинокая остановка и густой туман. Обернулся, а автобус уже отдалялся. Ну зашибись, ночь, и непонятно где я нахожусь. Ничего не оставалось…

Тогда, под этот марш отец сказал мне: война – это лишь ещё один способ убийства. Я смотрел в его светло-зелёные, бледноватые глаза. Как они были прищурены, я помню до сих пор – в них было не презрение, а жалость к этим «детям войны». Тогда, когда мне было так мало лет, всё, что я смог сделать, это…

После Мнит ли о боге Полусфера Серебряной чаши В прохладном саду? — Испуская ветвления Флоры <из капли Её голубого субстрата В своём подбрюшьи> И когда опрокинется Солнце, Небо, Луна, Эта Чаша Станет передвигаться Посредством веточко-лапок В руинах Пространства, Мрамора, Мяса…

После удачного завершения первого этапа прокладки кабеля, Филд направил основные усилия на трансатлантическую часть проекта. Часть необходимых средств была выручена от продажи акций Атлантической Телеграфной Компании. Четверть необходимого капитала вложил сам Филд. Первый кабель был медным (26 кг км),…

« Первое слово съела корова» – в значительной своей части книга о детстве, безвозвратно ушедшем и вечно длящемся . О детстве, имеющем конкретные географические и временные координаты . За изощр енной поэтической машинерией, жестокими фантасмагориями и бол езенной иронией прячется беззащитная…

«и столько света в имени твоем…» Д. и столько света в имени твоем монах уснет главу посыпав пеплом а я слова всё те же повторяю как много света в имени твоем и так оно светло светло светло как озера никем не читанный дневник но я увидел, как утиный клюв царапнул воду, как оно светло…

Надо сказать, что (хотя на самом деле никто ничего не знает!), согласно официальным биографиям, реальная жизнь поэтических бунтарей вроде Готфрида Бенна или Владимира Маяковского не намного трагичнее, а то и вовсе не столь трагична, как скромная жизнь романтических “тихушников” типа Валдиса Гревиньша…

Вариации «Если жить бесконечно долго, ну очень долго …» Если жить бесконечно долго, ну очень долго — доживешь и до Юрьева дня, и свободы воли, голубого периода в сердце, желанной Ольги — недоступной всё так же, хотя ни двора, ни школы. Ветер с моря подует, меня поцелует пылко. Бриз…

Безделки, легче ветра, Ревнивцев убеждают так же прочно, Как слово Божье [4] . Что И великану не больней принять Телесную кончину, чем жучку, Раздавленному нашею ногою [5] . И что влюбленная юная дева всегда выглядит так, чтобы, Как статуя Терпения застыв, Она своим страданьям…

* * * Первое, что делает Елена Баянгулова, – очерчивает частное пространство, в котором разворачивается ее речь, в котором заключаются предметы описания. Это пространство не статично: оно может сокращаться до минимума, фактически ограничиваться оболочкой говорящего («мне совершенно нет до этого дел» –…

Бы если бы мы хоть раз встретились по пути друг к другу в трамвае ты запомнил бы номер моего билета я запомнила бы размер твоей обуви и потом снова встретившись по пути друг к другу в трамвае ты сказал бы 23014 я сказала бы август в окне в верхнем правом углу окна ты сказал бы нарисовал…

– Да она с задатками! Я попрошу вас уступить её мне в память сегодняшнего посещения! Из неё выйдет отличный истукан для передней моего правнука! Болотница уступила ей Инге, и девочка попала в ад – люди с задатками могут попасть туда и не прямым путём, а окольным! Передняя занимала бесконечное пространство;…

потом появилась мифическая она в железном рубище, с бесплотными руками - белоглазая нина, осознавшая себя сполна, видящая только клыки и камни А когда сатирик (или, если хотите, «пародист действительности») побеждает романтика, рождаются такие чудесные и ядовитые вещи как «Полина по Моэму»: …

«Осень наступает когда во дворе от сырости ржавеют качели…» осень наступает когда во дворе от сырости ржавеют качели и другой человек – не ты – шепчет – «не уходи» думаешь иногда – неужели всё происходит на самом деле в этой жизни – единственной – как ни крути все прожитые дни непроходимы…