Проза прочее

Это ненормально для меня быть Кеннеди. Но я больше не стыжусь этого, я больше не одинока. Я не одна сегодня вечером, потому что мы все Кеннеди. И я ваш президент. В 1992-м году Майлз баллотируется в президенты в качестве “открытой женщины” (по аналогии с “открытой лесбиянкой”). Это перформанс,…

Возможно, категория скорости повествования явилась мне и оттого (это как-то таинственно связано, будто скорость я ощутил под рукой), что цикл написан давно не обычным для меня способом. С 92-го года я не писал от руки: сначала пишущая машинка, потом – компьютер. Все 14 рассказов, начиная с первого (и…

Она бы и впрямь всполошилась из-за Альцгеймера, если б поняла, что сейчас проглядела. Я посмотрел на жену, надеясь, что и ее все это позабавило, но она думала о своем. – «Земляничная поляна», – задумчиво проговорила Дороти. – Не понял? – Вот кого напоминает Айрин. Актрису в старом фильме Бергмана –…

А это, в свою очередь, и означает, что Булатовский, пожалуй, единственный из своего поколения, стал большим поэтом «по классической системе», в классическом смысле слова – как становились большими поэтами Тютчев и Блок, Мандельштам и Вагинов, Аронзон и Елена Шварц – создав каждый свой отдельный поэтический…

«и своим ни шелестом ни жестом поработаем еще над этим местом». Мария Степанов а М. Г давно замечено не мной что проще умирать весной как ты с разломанной грудиной как ты со вскрытою грудной молчи набравши ледяной там где река горчит проталиной пускай не долгую продали нам мы упивались…

Домой 1                                  полесские старухи                                  глядели на меня                                  с любовью как на сына                                  когда у них гостил                                  отогреваю руки                                  у…

«Свобода…» Свобода — это классная руководительница, уводившая нас вместо урока в весенний парк, это узловатые пальцы школьного сторожа, отпиравшие нам ворота. 2001 «Карты мест…» Карты мест, которых больше не существует, у которых другие названья, другие наречья, и память о прошлом…

Трамвай Бездомный ехал на последнем сидении в трамвае, ужимаясь так, что, казалось, он сейчас вольется в стену. На нем была рваная куртка, грязные джинсы и разношенные на три размера вперед ботинки без шнурков. Люди держались подальше от этого создания и старались не обращать на него внимания, делая…

– Я столько не ем. Он удивленно оторвался от еды. – Я не ты. У нас нет почти ничего общего, – и, продолжая жевать, – не пойму как ты вообще, такой неказистый, создал меня таким замечательным. О, эта самовлюблённость. Я, должно быть, сильно идеализировал себя в романе. – Ну, и что же тогда ты…

Потом были увлекательные походы по магазинам. Теперь, мне кажется, я знаю все места в нашем городе, где продаются меховые изделия. Мы стали специалистами в области, о которой до этого обменивались лишь шутками и общими клише. Видимо в жизни оно всегда так. Например, приходит время ремонта (ещё одно проигранное…

«Когда-нибудь, неповторимый мой…» Когда-нибудь, неповторимый мой, Потянет в землю, повлечёт домой Громоздким телом, смутными стихами. Но прежде чем проститься на века, Целую голос твой издалека, Беспечные слова твои вдыхаю. ___ Я рассказать хочу тебе о том, Как дерево за утренним окном…

Возвращение и обет Якху Как Солон полн солоноватых волн, И мудрости, и золота, и брашни, Сквозь Нила рай и чуда похорон Я возвращусь к предчувствию вчерашней

Церковь часто сравнивают с кораблём . Первое стихотворение в книге отсылает к кораблю дураков, а посвящено Ивану Жданову, одному из самых ярких поэтов московской поэтической оппозиции восьмидесятых, старшему товарищу Кравцова в поэзии . Снова оксюморон . Ведь Кравцов – священник . И тем не менее…

III. Олени Светлая погода приходит от севера и окрест Бога страшное великолепие. Книга Иова Их тропы в наших снах, твой самолет, а шли они куда после забоя, куда брели сквозь золото слепое? Вот пажити, где ягель, словно мед и волен каждый пить его с любою, вот скорость набирает самолет.…

За невесомостью скрывается жгучая ненависть к каждой вещи. Потихоньку овладевая сознанием, эта ненависть так и рвётся наружу. Грязный кофейник на туалетном столике, шторы, наполовину слетевшие с крючков, полки, на которых книги соседствуют с косметикой, исцарапанный ножками мебели линолеум, тонкий слой…

«Дворники» расплющивают капли. Правый скребет по стеклу, левый – по сердцу. Безумие затопило город. Воздуха больше нет, и исчезло эхо. И поникли бледные рифмы с горьковатым и терпким запахом мокрой травы. И на липком и сером расплылись красные огни – их все больше. Безнадежна тревога. Безнадежна…

Весть таких книг поистине неизреченна. Знание, о котором они говорят и которое «содержат», а вернее, к которому они отсылают, трудно формулировать. К нему подходят слова автора книги «Письма к Орфею», написанные им о патриархе дзэн-буддизма Бодхидхарме: «Формулировал ли Бодхидхарма принципы учения?…

Читая «Каменские элегии» Юрия Казарина, я вспоминал о том, что оставление родных мест у славян было серьезным грехом, заслуживающим чуть ли не смертной кары, и, хотя в наше расслабленное время обычай кажется чрезмерностью, он по-прежнему имеет смысл. Ты обретаешь право запредельного и властного голоса,…

Об авторе Сухбат Афлатуни родился в 1971 г . в Ташкенте . Поэт, прозаик . Книга стихов «Псалмы инаброски» (2003), проза «Ташкентский роман» (2006) . Публикации в журналах «Арион», «Дружба народов», «Звезда Востока», «Знамя», «Иерусалимский журнал», «Новая Юность», «Октябрь», альманахах «Малый…

Общее чувство света – пронизывает, накаляет. Накаляет, потому что свет этот – библейский, свет сотворения мира. Но свет этот ненавязчив, лишен пафоса и патетики. Он просто мягко обволакивает и заставляет отзываться струнки в твоей душе. Так Бог смотрит на Землю и улыбается. Наталья Деревягина «Ивовый…