Проза прочее

Меня любили. Если бы любовь могла предотвращать боль, я бы никогда не страдала. Мой кожаный детский альбом с красиво выведенным именем ГЛЕННОН на первой странице открывается длинным стихотворением, написанным моим отцом. В альбоме собрано множество фотографий моей очаровательной матери, держащей меня…

Дочь, увидев рукопись с этой надписью, спросила: – Это что, срок и статья? – Нет… – ответил я. – Это количество зубов и вес. Ребенок забрал книгу и вернулся ко мне через день с дополнительными сюжетами и соображениями. С русским фольклорным языком у нее было значительно прогрессивнее, чем я ожидал.…

Карла хотела немедленно уехать со своим огромным чемоданом и пустой клеткой. Розали сделала ей аюрведический массаж лба, а Симона испекла пирожки с яблоками – любимое лакомство Карлы. Она прожила с ними четыре года, а месяц назад сообщила, что уезжает в Индию и нашла кое-кого, кто поживет пока в ее квартире.…

Вот, например, моя стая умеет делать меня счастливой. Как? Объясню. …Бублик орал дурным голосом, сидя под высокой елью рядом с железнодорожной станцией. Правда, тогда он еще был не Бубликом, а обычным маленьким бездомным котенком черно-белого окраса. Декабрь, вечер, ветер. Очень холодно. Из электрички…

2 Но вот однажды в декабре вместо рождественского кекса пришла телеграмма из Зёммерды: умер дядя Вальтер. Дядя Вальтер — мамин старший брат, у нее было много старших братьев и несколько сестер, общим счетом тринадцать, а мама — предпоследняя из всех. Она решила поехать на похороны, чтобы попрощаться…

В Свердловске его мама много работала, у неё выходили книги, она дружила с коллегами, и они любили её – хотя писатели обычно никого не любят, особенно коллег. К маме нежно относился Павел Петрович Бажов, пока что не превратившийся в бюст на фасаде библиотеки имени Белинского. Ещё один перескок в будущее…

Не будь Джорджа, я бы не взял в руки карандаш и не принялся рисовать снова, после того, как несколько десятков лет отрицал свой талант, и никогда бы не встретился с Гриффом – местным галеристом Ричардом Ховардом-Гриффином. Я бы либо валялся в сточной канаве, либо угодил за решетку, либо отправился на…

Подруги чуть ли не начали пускать слюнки. Легкая зависть прямо и читалась на их лицах. -Подумаешь, голливудская улыбка. Интересно, а мозги в голове у этого парня есть? – усмехнулась я, но вслух ничего не сказала. -Диана, ты как всегда себе самых красивых парней забираешь!- сказала восхищенно…

И я сразу же горько пожалела о своем решении: «ГОСПОДИ БОЖЕ МОЙ, ЧТО ЖЕ Я НАДЕЛАЛА?! НУ РАЗВЕ ХОТЬ КТО-НИБУДЬ СМОЖЕТ ВОСПРИНИМАТЬ МЕНЯ ВСЕРЬЕЗ, ЕСЛИ ВСЕ БУДУТ ЗНАТЬ, ЧТО МАМА КАЖДЫЙ ДЕНЬ ШЛЕТ МНЕ НАПОМИНАНИЯ ОБ УПРАЖНЕНИЯХ КЕГЕЛЯ И ВООБЩЕ МОЖЕТ В ПРИНЦИПЕ МНОГО ЧЕГО РАССКАЗАТЬ О ФАЛЛОИМИТАТОРАХ И МОЕЙ…

– Вот тебе кофточка. Как тебя зовут? – спросила соседка. – Леся. – А меня тетя Зоя. Ты кофточку-то возьми, на твою смотреть страшно. Леся опустила глаза и увидела чисто вымытый пол и свою некогда голубенькую кофточку в мерзких зеленых подтеках. Взглянув на то, что предлагала Зоя, Леся поняла, что…

Моему герою везло во всем. Он не старался заслужить удачу – она сама его находила. В первую очередь повезло ему со временем и местом рождения, социальным статусом, внешностью и, что немаловажно, со здоровьем. Он родился в начале 60-х годов прошлого века, когда дряхлеющий социализм советского образца…

На этих страницах вы прочтете о том, как моя старшая сестра Лиша с начальной школы находилась в постоянной готовности потушить пожар, которым в любую секунду была готова разгореться наша легковоспламеняющаяся мать. Когда Лише было всего одиннадцать, она, будучи за рулем машины, могла с легкостью убедить…

Когда она использовала мое полное имя, она говорила об обязанностях, убогих, жалких обязанностях бабули. Я вздохнул: - Хорошо. Прости. -Хм?- Она взглянула на меня искоса из-под своих полу-месячных очков, несколько седых прядей упали ей на лицо. Бабуля, возможно, была полу- безумной, дальтоником…

Таксист, везший разморенную и счастливую Люсю домой, молодой носатый кавказец, гладил ее по полной руке и уговаривал встретиться завтра в шесть вечера. У подъезда она совсем расслабилась и почти задремала. Таксист предлагал ей руку и сердце, называл королевой, клялся в любви до гроба, наконец расстегнул…

Несколько секунд собравшиеся осмысливали услышанное, а потом дама с поварешкой заволновалась: – Как это «перенеслись»? У меня же борщ выкипит! – Уверяю вас, все будет в порядке, – успокоила ее крылатая девушка. – Для вашего борща время остановилось, и он ждет вашего возвращения. – А мое время,…

На это папа мне ответил, что мне ещё рано с профессорами вступать в переписку. Совет Елены Дмитриевны оказался и верным и своевременным: за два дня не научишься окислилки решать. Я приехала из глубокой провинции в Москву вооружённая до зубов нужной информацией; абитуриенты спрашивали друг у друга только…

Не в силах больше терпеть эту боль, Замза оперся локтями на матрас и мало-помалу приподнялся. При этом несколько раз глухо и ужасающе треснул позвоночник. Вот так так, подумал Замза, сколько ж я здесь эдак пролежал? Каждая частица его тела громко протестовала против любой попытки подняться и вообще хоть…

В то время я жил на исписанных карандашом страницах рукописи. Строевая подготовка, марш-броски и «Частные задачи сухопутных войск» представлялись мне зыбкими снами. Все мое существование сконцентрировалось в моей книге. В часть я прибыл счастливым. Роман я написал, так что теперь можно было заняться…

В то время я жил на исписанных карандашом страницах рукописи. Строевая подготовка, марш-броски и «Частные задачи сухопутных войск» представлялись мне зыбкими снами. Все мое существование сконцентрировалось в моей книге. В часть я прибыл счастливым. Роман я написал, так что теперь можно было заняться…

Я приблизился к красному азиатскому внедорожнику, который только что в нас врезался. Его передние фары даже не треснули. За рулем сидел крашеный блондин лет сорока с небольшим, явная жертва моды, в изогнутых солнцезащитных очках с такими темными стеклами, что я удивился, как он вообще видит небо, не…