Проза прочее

– Кто ты, незнакомка? – спросила Лялька, внимательно вглядываясь в отражение. И тут же усмехнулась. Удивительно: всю жизнь один и тот же вопрос. «А правда, кто я? Женская сущность с мужским складом ума? По паспорту – за полтинник, по ощущениям – не больше сорока. Без лишнего веса и не без вредных привычек.…

К Таисии Бардиной в музей пришли, как внуки к бабушке – все гладили, трогали, обнимали хозяйку, наряжались, толкли ячмень….и говорили, говорили о чем-то о своем, важном… тут впору мне нужен был переводчик, поскольку ничего не понимала в словах, но я наслаждалась от того, что они …ну вроде как, наконец –…

– Привет, детка, отлично выглядишь! – на сестре было изумрудно-зеленое платье, чуть выше колена спереди и почти до щиколотки сзади. Из-за высоких каблуков она казалась выше меня. – Спасибо, ты тоже. Золотой тебе идет, хотя тебе не кажется, что это платье старушечье? Я ухмыльнулась. На мне было классическое…

– Почему? – Потому что скоро ты начнешь выезжать в свет. А при твоей красоте и хорошем приданом у тебя не будет недостатка в ухажерах. Думаю, что я не ошибусь, если скажу, что не далее чем в мае или июне мы сыграем твою свадьбу. – Вот уж о чем я не думала, так это о свадьбе и женихах, – покраснела…

– Ты кто? – ошарашено спросил я. Должен признать, что на меня, бывает, находит блажь поболтать с самим собой или, скажем, с тем пнем. Но с тенью! – Нет времени на объяснения, – отрезала тень. – Встань и подойди ко мне. – Зачем? – слегка насторожился, покрепче цепляясь за край каменного блока. – Я…

Не знаю. Пока не знаю. Могу сказать точно только то, что мне это просто необходимо. Когда внутри меня неожиданно рождается фраза, она застревает там, пока я от нее не избавлюсь. Крутится, неоднократно повторяется, обрастает новыми словами, мешает мне думать о другом. Прямо бесит иногда, честно. Не дает…

Девочка вытирала краем платья кровь с коленок и плакала. Возвращаться домой она боялась. Ее душила обида, что мать не может защитить ее. Даша обижалась на нее и жалела – ведь когда они оставались одни, мама была совсем другой. Соседская дворняжка Жучка подбежала к ней и стала обнюхивать и зализывать…

На этом детские впечатление о военных годах заканчивались, а желания оставаться в небольшом городке не прибавилось. Однако, чтобы поддержать родителей, Эйбл не уехал далеко, он поступил в колледж в Бостоне, а затем и в Массачусетский технологический университет, совмещая дополнительное образование посещением…

Полтора часа пронеслись, как ускоренная съемка. Наверняка звук в кафе отключили, прикрепив Илье микрофон на лацкан пиджака. Вышли на улицу, внезапно знакомые не только по аватарам. Первые снежинки упали на ее лицо и на элегантное серое пальто мужчины. – До встречи, – уверенно сказал он и улыбнулся,…

– Возможно. – И раньше люди жили, не глупее нашего были. Так? – Это спорный вопрос. – Что значит спорный? – ершился дед. – Не было бы поколений до тебя – и тебя бы не было. Это тоже спорный вопрос? – Это истина. В известном смысле. Называется – относительная истина. – Ты ведь – это не ты, это…

Голос рассказчика втирается к нам в доверие, шепча откровения. Его наблюдения из жизни и психологии обильны и исключительно точны. Два главных персонажа, Фло и Роза, оживают у нас на глазах. Lo Angele Time Элис Манро строит калейдоскоп, захватывая в него свет и бездны. Объектив Розиного…

– Какие-то пудры, помады… черт знает что… мохер какой-то… Просто у них в музыкальной школе профсоюз делал женщинам подарки, к восьмому марта, и… Я спрятал пакет с лимонами в ящик стола, достал чистый бланк для допроса и сказал этой невинно-розовой рубашке: – Так. Фамилия, имя, отчество… * * * …

Артемий очень хорошо выглядел в тот день. Парикмахер в гостинице Иерусалима красиво уложил его богатую серебряную гриву. Его светло-карие глаза сияли в зеркале, как на самых лучших портретах. Это был взгляд мудрого человека, который любит и понимает всех людей, а сам даже не претендует на понимание.…

– Как насчет того, чтобы поспать в палатке? – хитро взглянул он на меня. – Разве что наши бандиты будут спать в другой. – О нет, прекратите, не хочу выслушивать ваши фантазии, – прервал нас Люк. – Помолчите. Если не ради меня, то по крайней мере избавьте детей от своих намеков! – Ну ты зануда! –…

– Зачем нам отпускать ее от себя? – Врачи говорят, так нужно, – прошептала в ответ Эстер, неподвижно лежавшая лицом к стенке. – Врачи… – Джейкоб с самого начала не хотел подвергать семью такому испытанию. – Место хорошее, – сказала она чуть громче, как и рассчитывала. – Одно название – психиатрический…

Вспоминая былое, я не заметила, как подошла Люда. Увидев подругу, я была ошарашена её видом. Мне было известно об ухудшении её здоровья. Люда вскользь сообщила мне, об этом. Но я, никак не могла предположить, что болезнь так может изменить внешность человека. Вместо цветущей женщины, в машину села измученная…

– Дак что, братец? – передразнивает Минька, когда офицер исчезает из виду. – Ты обещал, «на бе-ерег отпустят». Я на коленках, в руках грязная ветошь. Киваю: – Сегодня же вечером и пойдём. «Снова брешешь, – думает Минька. – А я-то, – думает, – развесил уши, дурак. Но обидно ж! Как хотелось бы в…

Это не значит, что во всех текстах этой книги рассказывается в подробностях, как герой провел мяч к воротам, как передал пас или получил подножку, нет. В рассказе Ольги Погодиной-Кузминой играет с мячом четырехлетний мальчик, в рассказе Анны Матвеевой речь идет о футбольном комментаторе, а в коротком…

Так я стал папой Снежаны. А теперь – уже вновь в настоящем – она стала для меня еще и Снежинкой, в то время как для всех остальных оставалась только Снежаной или, в крайнем случае, Снежанкой. Вот так мы и стояли на перроне днепропетровского вокзала, обнимая друг друга и чувствуя себя то ли в каком-то…

Конечно, я завидовала ему. Но больше – восхищалась. Мой антипод: его невозмутимость против моей суетливости и мнительности, его конкретизация желаний и целей – против моей мечтательности и неопределенности, его независимость – против моей нужды в одобрении окружающих. Красивый, изящный, с низким глубоким…