Проза прочее

— Дайте мне. Я дал, зажег спичку. — Спасибо. И, затягиваясь, она стала глядеть вдаль, пошевеливая пальцами ноги, не оборачиваясь; иронически сказала вдруг: — Так я еще могу нравиться? — Еще бы! — воскликнул я. — Прекрасное тело, чудесные волосы, глаза... Только очень уж недоброе выражение лица.…

Я немного отошел от темы. Так вот, в этом мире мы с вами любим. А зачем мы любим? Что нам приносит эта любовь? По началу нам так хорошо, мы начинаем встречаться, общаться, уединяться, попросту любить. Затем начинаются ссоры, недопонимания, обиды, слезы, и любви больше нет. А знаете что остается? Привязанность.…

- А если сто узлов? - И сто!.. - Любовь тебе отдать? - Любовь!.. - Не будет этого! - За что?! - За то, что не люблю рабов Вот и все…Нет понимания, что тот, кто для тебя, Тот – для кого Ты…Стал для кого-то тем, кем был для Тебя… Право за борьбу! право за жизнь!…

— Да, я написал вам по важному вопросу. Вы, наверное, подумали: будет что-нибудь просить. Все они, калеки, инвалиды, что-то просят... Разве не так?.. — Так это и понятно, что просят, — говорю я. — Кому же просить, как не им? — Да... Но я ничего не прошу. Чего мне просить? Чтобы ноги ходили, чтобы…

Чтобы узнать всю правду, вам придется посетить небольшой городок, расположенный в самом сердце страны. Люди там живут хорошие — любят ближних, верят в Бога и пекутся об урожае. Задержитесь ненадолго в этом городке, постарайтесь разговорить его обитателей, и вам не без гордости расскажут о человеке, который…

Она не спеша обернулась и одновременно несколько подалась в сторону. Пред ней стоял один юноша, весьма простодушный и похожий на ребят из спасательной службы, с оголенными и черными от загара плечами. Он улыбался и, по всей видимости, пытался заигрывать с ней. — Значит, вы убежали, — заметил он. — Какое…

Снова послышался вой, пронизывая собой тишину, словно иголками, и люди уловили, откуда он доносился. Вой раздавался позади них, где-то из заснеженных просторов, оттуда, где они недавно проходили. Третий ответный вой прервал тишину, снова позади, левее предыдущего. – Они идут по нашему следу, Билл, –…

Тепер він знову з нею. Цвіте душа! – так могла б назвати те почуття, що має в собі до нього. Ось він тут. Нечутно можна підкрастися до нього з-за спини і обійняти, вщипнути за вухо, скубнути за чуб… Проте ні, цього не можна, зараз він весь у роботі, в напрузі – штурмує середні віки. Можна тільки паперову…

Хотя иногда туристы лукавят, и потом мне приходится отбирать деньги всевозможных стран с иероглифами или арабской вязью. И что мне прикажете с ними делать? Мои соотечественники очень любят кидать рубли. Они не стоят ничего, а звенят в ведерке перед постаментом, как полноценные евро. Я не очень люблю…

Вновь зазвучал мобильник. Звонил начальник городского УВД Метелин. Туманов торопливо поднёс аппарат к уху. – Слушаю вас, Владимир Андреевич! – Есть кое-какие новости, – сказал главный милиционер города. – Ваш «Кадиллак» найден… – А водителя нашли? – нетерпеливо перебил Туманов. – Водитель обнаружен…

И вот наш ПАЗ собрал всех сотрудников и везет за город, на базу. Мы въезжаем на промзону. Улицы здесь перпендикулярны и параллельны, а пространство застроено разноцветными ангарами разных форм и конструкций. В темноте красными огнями светятся трубы местной ТЭЦ – самого высокого сооружения во всем городе,…

Максим прошелся вдоль берега и остановился. Море страшило и притягивало одновременно. Ни одного пловца! Ветер дул в лицо, вода заливала ноги по щиколотки. При таком волнении невозможно было бы даже спустить на воду спасательную лодку: такой накат вышвырнет ее не берег при первой же попытке, да и окажись…

Одна из таких локальных групп обычно как-то особенно мила и близка сердцу аборигена планеты Земля, хотя часто он и не знает о ее существовании. В этой локальной группе есть две больших, могучих галактики и немного мелюзги, мешающейся под ногами и не написавшей в истории соседства сколько-нибудь значительной…

– О, так ты, значит, всю полноту космоса себе прекрасно представляешь. – Ну, не совсем, просто мне очень легко представить, что земля перевернется, как корыто, и выплеснет меня вниз. Знаешь, прямо физическое ощущение падения: подводит живот, кружится голова. Закипел чайник. Денис бросил в банку недокуренный…

(Что касается песенной строчки моего знакомого, я её запомнил и по сей день применяю при каждом удобном случае, варьируя лишь интонацией. И даже нее думайте, мои милые, честные и добрейшие всевозможные оппоненты, по оглашенному поводу рылом своим интеллектуализированным в меня целить. Фраза, о которой…

Вблизи же улица выглядела как булыжная мостовая с тротуарами справа и слева. Супермаркет и булыжная мостовая?! Я оглянулся. Супермаркет находился на своем месте, как надежное подтверждение моего непонятного появления в этом мире. Ладно. Раз есть дорога, значит надо по ней идти, если уж мы тут гадаем…

Между тем, таможенник медленно продвигался по вагону, а сопровождала его та самая борт-проводница, которая минуту назад сделала странному пассажиру недвусмысленное замечание. Волков сидел спиной к ним, но чувствовал, что от этих людей исходит угроза, понимал это спиной. Понял он также, что очередь дошла…

Он подкатил на велике к знакомому дому и стал кричать: – Виталькааа! Виииталькаа! – Ну чего орешь? – высунулась голова его сестры. Виталька был уже в дверях. Смотреть на друзей нельзя было без улыбки: Виталий высокий и худой, а Леша маленький и коренастый. Но это не мешало их крепкой дружбе. Они…

Лялька заказала салат, чай попросила сразу, с лимончиком. Села к столику так, чтобы лучше наблюдать за посетителями, персоналом и входной дверью. «Нужно чаще выбираться в город. Дичаю. Мезансцена с командировочным, девицами, полусонным барменом и официанткой почти равнозначна спектаклю», – хохотнула…

Любовь Гавриловна кивнула, хотя вряд ли поняла. – Хорошо. Близко от метро. Уже что-то. Где? Хотя бы примерно? – Ну… По серой ветке желательно. – По серой ветке. Север, центр, юг? Мой дом, мой бывший дом, находится на ближнем севере, возле метро «Тимирязевская». Я сказал ей об этом. – То есть…