Поэзия

* * * Снежки пали, снежки пали — Наверху гусей щипали. Все бело, ой, все бело, Белым цветом расцвело. Бел зайчонка легкий след. На березе бел берет, И на рощице ольховой Белым-бел платок пуховый! У рябин бела оборка, Мил платочек красненький… Хорошо бежит с пригорка…

Скалолазка Я спросил тебя: «Зачем идете в гору вы? — А ты к вершине шла, а ты рвалася в бой. — Ведь Эльбрус и с самолета видно здорово…» Рассмеялась ты – и взяла с собой. И с тех пор ты стала близкая и ласковая, Альпинистка моя, скалолазка моя, — Первый раз меня из трещины вытаскивая, Улыбалась…

Сам великий Пушкин — первый тому пример. Между ними было пятнадцать лет разницы. Когда мальчик-лицеист горящими глазами провожал в Царском Селе полки, уходившие на Отечественную войну, Давыдов был уже заслуженным офицером, окуренным боевым порохом. После войны они познакомились, вскоре, несмотря на разницу…

Года четыре был я бессмертен… Года четыре Был я бессмертен. Года четыре Был я беспечен, Ибо не знал я о будущей смерти, Ибо не знал я, что век мой не вечен. Вы, что умеете жить настоящим, В смерть, как бессмертные дети, не верьте. Миг этот будет всегда предстоящим Даже за…

VIII Как много городов в упадке и в разрухе! И колокольни их — как древние старухи: Они еще стоят, еще со всех сторон — Остатки рвов и стен, но так и тянет тленом, И рвы засыпаны, и плющ ползет по стенам, И колокольный звон — предвестье похорон. Все тише, глуше медь, все ярче кровь…

Тут же тополя протыкают бархат Сюртука небес - он как решето; Сквозь него холодной Вселенной пахнет И глядит мерцающее ничто. Ночи в Симеизе – возьми да рухни, С гор в долину – и никого в живых. И Сайде смеется из дымной кухни И смешно стесняется чаевых. 8-10 сентября 2004 года …

Смерть матери резко изменила и другие стороны жизни ребенка. Надсон начинал учиться в гимназии, сначала петербургской, потом киевской. От отца он унаследовал музыкальные наклонности и мечтал о карьере музыканта. Но незадолго до смерти мать под давлением братьев отдала его в кадетский корпус, который…

Чаму? Апалагеты "адзінай і непадзельнай" пры самым першым з'яўленні зборнічкаў Мацея Бурачка пабачылі "в такого рода сочинениях тенденцию… разбить и ослабить литературное и национальное единство, а вследствие этого и политическое могущество русского народа". Але чаргуючы ўздымы і заняпады (апошняга было…

Сквозь память 1 От Москвы до Берлина не близко. Сколько лет, сколько жизней — не счесть. А обратно, считаю без риска, Суток восемь, а может, и шесть. Аккуратно упрятав гостинцы, Словно плотники с летних работ, Уезжают домой пехотинцы, Всю войну отмахавший народ. Наши проводы…

«Полдень был неумолимо светел…» Е.О. Морайтини Полдень был неумолимо светел, Многолик и шумен был вокзал. Но меня одну никто не встретил, Ласкового слова не сказал. Это мне не показалось странным, Я велела сердцу — не жалей! И пошла я дальше с чемоданом, Как-то сразу…

* * * Я ревнива, коварна и зла. Я кротка, терпелива, доверчива. Я Агарью была еще вечером, А наутро уж Сарой была. Ты прости меня, милый, за то, Что я слез от тебя не таила. И прости за то, что бранила. А безгрешен и праведен кто? Я другою не стану теперь. Только знаю:…

Стихотворение «На солнечной стороне»: «старый театр» — возможно, это театр Херсонеса, впоследствии использовавшийся для гладиаторских игр, а затем ставший церковью… (когда-то я написал о друге, мечтающем поставить в этих руинах «Антигону»; стихотворение не сохранилось, и друга тогда ещё не было — он…

2010 2. Мы выбраны Богом и небом, подруга нам муза сама. В питании солью и хлебом замечена ясность ума. Мы прокляты временем бурным, нас нет среди званых гостей. Заполнены прахом все урны, закрыт навсегда мавзолей. Ты слышишь: навеки, навеки в безвестности жить суждено.…

Третий брат, присев у печки, В спор до срока не вступая, Слушал братьев напряжённо, Никого не прерывая. Лишь когда они умолкли, Он как будто пробудился И к обоим своим братьям Очень тихо обратился: – Слушал вас я очень долго. Но одна тупая сила, Про которую так долго Проповедовал…

VII Есть в страстном нежном притяженье Волна, что силой нас сомкнет В одно безумное мгновенье, Пронзив собою тьму высот… И я однажды был с тобою На удивительном холме, Осетр тек тонкою рекою, В лесах теряясь, в их листве… Зацвел ковыль и стало видно, Что холм большая голова И мы на ней…

* * * Страница за страницей, мир иной Увенчан кровью, алою звездой. Печальных дней печальный маскарад Сорвется с губ небрежно, как закат. Изменится твой сон и все вокруг, И станет светлым путь и ясным звук. Душа найдет из тысячи ветров Один, который свяжет нить веков. Из бездны…

Циник, матершинница, эпохондрик (Эпический Иппо-хондрик) и дальше по тому тексту, который из меня вытягивали две недели: Осторожно: автор смертельно и заразно болен. Справка и диагнозы перед тобой, дорогой читатель. Хвала тебе, о, Николай Мурашов, сподвигнувший путём полуудушения и кнуто-пряника…

И эти буквицы кривые, Как новобранцы боевые, (Визжит гармошка словно плеть) Стараются, пока живые, Не помереть, так песню спеть. Страна Я родилась в размашистой стране, Рассыпанной теперь, как чьи-то бусы, Я там жила в деревне у бабуси. Страна совсем не знала обо мне. …

посланцев к султану?..» Так море сказало. (Любило отважных чубатых славян). Босфор усмирился. Турчанка дремала. Ленивый, в гареме дремал и султан. И только в Скутари очей не смыкают казаки-бедняги. Чего они ждут? По-своему Богу мольбы посылают, а волны на берег бегут…

Надежду прежних веков… Великой волей судьбы Мы - диаспора немцев - Стали острием борьбы, Русско-немецким сердцем. В сердце горячем нашем Горячая кровь кипит. Красным цветом окрашен Путь наш, который велит Славу германороссов Беречь и приумножать, Славу руссов и пруссов…