Мистика

– Внимание? Чьё? Где? На болотах? – вступился за свою девушку Антон. – Мы ведь не только в глуши ночевать будем, – парировала брата Юля – жена Толика. – А до болот ещё дойти нужно. Антон замялся и почесал еле проклёвывающуюся, куцую бородку. – А молодёжь знает первое правило ночлега в походах?…

Валеркино плечо затряслось под его ладонью. Брат чиркнул спичкой, закурил, развернулся. – Ходил. Спускался в подвал, до самого дна. И вернулся, как видишь. – Но ты что-то взял оттуда, да? И что сделал? – А, вот. Валерка попятился и спиной толкнул дверь из сеней в комнату. Дыхнуло жаром, перетопленной…

Книголюбы, которых можно было бы позвать, сегодня ещё на лекциях. Как и, к сожалению, их предводитель. Словом, заняты все, кроме Ани. Так что нет никаких причин не поехать за книгами прямо сейчас. 2 Приморская – это в пригороде. Автобус пришлось ждать довольно долго, но зато он приехал почти…

Он остановился у калитки и заглушил мотор. В доме горел свет. Услышав, что кто-то подъехал, из дома вышли два молодых человека. – Ты смотри, городские жители к нам пожаловали! – сказал один из них, широко улыбаясь и спускаясь вниз. – Миха, ты живой еще в своей деревне? – так же радостно сказал Олег,…

Вот и сейчас в Галерее проводилась фотовыставка, о чем гласила афиша, висевшая на информационном стенде. Я подошла поближе, взглянула на афишу и остолбенела. «С первого по тридцатое октября в выставочном зале Детской художественной Галереи проводится выставка фотографий «Мое прекрасное лето» фотохудожника…

– До завтра, Василий Алексеевич. Участковый козырнул в ответ и побежал за председателем догонять процессию. Молодой казак продолжил путь и остановился у первой избы. Обычный дом, обычная женщина вышла на стук в окно. Услышав, что от Манцева, молча позвала за собой. Войдя в дом, казак по привычке…

– Ма, я дома! – крикнул Коля. – Привет, Коль, проходи на кухню, – раздался мамин голос. Коля стянул ботинки и в носках отправился на кухню. За обеденным столом он увидел мужчину в форме – это был Геннадий Викторович, участковый. Высокий мужчина с редкими темными волосами, зачесанными на пробор, острым…

На следующее утро Катя пошла в универ. Сначала все было, как обычно, но между парами на перемене к неи подошел однокурсник Саша – так звали парня, в которого она была влюблена и на кого делала приворот. Он был немного смущен и спросил какую-то ерунду, но даже это удивило Катю, потому что раньше Саша…

Отставив стаканчик, я поднялась и осторожно пробралась сквозь плотно сидящие тела к выходу. Никто ничего не заметил: все продолжали ловить каждое слово Глеба. Особенно Катя, смотревшая на своего парня с томным придыханием и восхищением. Стало даже немного завидно – я никогда ни на кого так не смотрела.…

– Просто устал в школе. – У тебя первый класс, чего там уставать? – вопрос получился невнятным, потому что отец говорил с набитым ртом. Несколько кусочков индейки выпали изо рта, слюнявым комочком упав на тарелку. Тоби скривился. – Перестань, пап. Первый класс такой же сложный, как и второй и десятый.…

В этой самой роще, чуть ли не перед окнами детского сада, дважды находили висельников. С разницей в год или два, но почти в одном и том же месте. Самоубийство это было или насильственная смерть история умалчивает. И даже новенькая красивая девятиэтажка, которую построили слева, напротив больших ворот,…

И слушали со вниманием, и принимали. Принимали! А пустобайство немедленно бы разоблачили. И прощай! С тех самых пор меня прозвали – “Речой”. Это был мой заветный пропуск. Где бы я ни оказался, тюремная почта сообщала про меня: лох Реча – сказочник. Вот это и есть определение. На той самой пересылке…

Когда тварь впервые приползла и потребовала утолить голод, Миша решил, что надо выспаться и хватит смотреть Кроненберга. Через неделю и через две всё повторилось – тогда стало страшно. Миша пробовал арт-терапию, БАДы, истерики. Миша ходил к врачам. «Абсолютно здоров», – заключили терапевт, невролог,…

Татошка виновато смотрел на дядю Жору. Впору было униженно завилять хвостом. – Ладно, сейчас решим, что с тобой делать, – сказал дядя Жора. Потом усмехнулся и приказал: – Место! И Татошка поспешно взобрался на табуретку в углу. Коля заржал, захихикала Ирка, заулыбалась тётя Маша. – Ни хрена…

– ПАЦАНЫЫЫЫ!!!! – взмолился я, протягивая к ним руки. – Хватайся, дебил!!!– орал Вовчик. В дрожащем свете фонарика мелькнула красная вовкина майка. Я вцепился в неё мёртвой хваткой. Меня рвануло наверх. Что-то схватило мою правую ногу – как грубая колючая верёвка затянулась на ней тугим узлом. Даже…

Перебирает ветер листья, сдувает пыль зеленых дней. Березок желтые мониста сегодня смотрятся длинней. Мой серый плащ, я в нем согрета, царит в нем серость облаков. Осины цветом еще летом. Деревья – зонтики веков. Там, где живу и солнце – редкость, порой идут за днями дни, вращая влажность. Влаги меткость…

Время для них не линейно. Прошлое, будущее, настоящее для них неважно – жизни проживаются в разных временах. Вот они мать и дочь. Потом два друга на войне. Было желание повоевать. Одного сильно ранит, а другой спасает его. Это выматывающий опыт. После него они рождаются в мирное время – отдыхают от войны.…

– Подойди, – наконец повелительно сказала она. Он не осмелился ослушаться ее и спустился с песчаного холма. Да, она была обнажена, оттого казалась еще более естественной и прекрасной. Линия бедер, живота, высокой, косо расходившейся в стороны груди – все манило взгляд юноши, так и тянулось к нему.…

Вот и сейчас он с нескрываемым удовольствием побеседовал с дочерью, а уже после, за чаем разговор сам собой свернул к дороге, к путешествиям, и я счел возможным поделиться нашими планами. Король очень внимательно слушал мои рассуждения о поиске подходящего досуга, подготовке к сборам, неудобствах и любви…

– А я, как раз собралась Николая за тобой отправлять. Проходи, будем ужинать. – Ну у тебя и нюх. Почуял. А хотя, чего удивляться. Моя Клавочка так готовит, что у всей деревни слюнки текут, – сказал дядя Коля, выходя на крыльцо. Игорь рассмеялся. – Это точно, дядя Коля. Я вкуснее даже в ресторане…