Мистика

– А вот и ты, дорогой, – спешит ко мне Карен Арапетян, отодвинув пахнущую прогорклым потом стареющей женщины и скисающими сливками Тамару, и чокаясь со мной своим французским коньяком в пузатом бокале. – Думал, что ты в этот раз не придёшь, – высказывает он вслух свои тайные надежды, и я, лучезарно улыбаюсь…

Два человека вели быка с рогами, приделанными на груди. Верхом на нём восседал человек с изображением окна напротив сердца. Рядом несли макет вертящегося дома. – «Момус сетовал на богов, зачем вы сотворили быка и так высоко приладили к нему рога? Ему удобнее было бы бодаться, будь эти рога на груди»,…

– Это всё из-за свечей, - кивнул Вадим. - Стоит проветрить. Он метнулся к тяжёлым бархатным шторам, распахнул форточку. – А может, не только из-за свечей? - руки мягко легли Вадиму на плечи. Он обернулся и его взгляд оказался вровень со смарагдовыми глазами Ангелины. Конечно, именно этого он и…

– А знаешь, проведи эксперимент – убеди себя, что ты художник и сейчас напишешь картину, маслом, как когда – то, в XIX веке, Федотов, он нигде этому не учился. Ты накинул на плечо ремень этюдника и, ощущая его приятную тяжесть, что растекается теплом по спине, идешь на пленэр… Даже не идешь. Ноги сами…

И это вечер обещал быть хорошим. «Достоинство алкоголя в том, что никогда не знаешь чем все закончиться!» – этот девиз вдохновлял, а главное оправдывал маленькую Женину слабость. В квартире пахло свежесваренным борщом. Пух торопливо разулся и прошел на кухню. Время дорого. – Вкусно пахнет! – крикнул…

Так Кишори стала тем, кто объяснял мне кого я вижу в своих медитациях. – Кишори, кто такой Кришна с луком и стрелами? Я видела такого же красивого мужчину с лотосными глазами, как у Кришны, но он был с луком. Возможно Кришна предупреждает меня о чем-то? – спрашивала я ее, когда мы пили с ней чай в…

Где-то было написано, что один из признаков шизофрении не только зрительные, но обонятельные и вкусовые галлюцинации. Это он сейчас проверит. Офис встречал шоу трудового усердия. Поделенный низенькими перегородками на плотно стоящие клетки рабочих мест. Одно место на одного человека с пространством,…

– Ему… нельзя… что? И по прихожей громом разнёсся стук. В мою дверь нервно колотили. Я вышел из комнаты и спросил: – Кто там? – Пожалуйста, откройте! Скорее откройте! – услышал я торопливый шёпот. Я посмотрел в глазок. Там стоял молодой парень. Голубые глаза и курносый нос делали его похожим…

Крики, мольбы, стоны... Смерть. А Ивет, пошатываясь от собственных опьяняющих мыслей, брела по горящему коридору. Всё лицо в саже, улыбка кривая, взгляд — между полным сумасшествием и истерикой. Пока внезапно не заострила внимание на приоткрытой двери, где сидел пятилетний мальчик, не обращающий…

Открыл глаза, но ничего не поменялось. Комната была залита фиолетовым светом. «Может, я умер?» Пошевелился. Он был привязан. «Если я живой, надо не сойти с ума. Надо не сойти с ума», – в паническом ужасе мысленно твердил Михаил. Минут через десять отпустило. «Похоже, светит синяя лампа, какие на…

«Что ж, смирюсь и буду наблюдать, обращусь в само внимание и, разумеется, всё пойму», – успокаивал я себя. Так добрая бабушка утешает внука, гладит по головке, убеждает, что вот вырастет он большим да сильным – и победит всех врагов. Но внучок плачет, в душе он знает, что, может, и не победит никого…

«Похоже, к свободе, как и к тюрьме, нужно привыкать», – с блаженной улыбкой констатировал Антон и почти пожалел, что не удастся обдумать эту мысль как следует, так как дверь со скрежетом отворилась, и оттуда вывалилась толпа мигрантов, громко поносивших на фарси порядки «этой дикой страны». – Антоха-а-а!…

И она права – выбрала не тот. Думаю, в том же «Мираже» ничего подобного не было бы. Выбрала левоватый, использующий рабочую силу приезжих, готовых вкалывать за копейки, не трудящийся официально оформлять работников бездушный кинотеатр. – Смена там длилась с девяти утра и часов до двух-трёх ночи, смотря…

Само название города происходило от имени древней литовской богини Друникене, культ которой имел место только в самой Друни и ее окрестностях. Никто теперь толком не мог объяснить суть этого культа и перечислить основные функции богини, но друняни с некоей затаенной гордостью всегда говорили, что одними…

– Он что совсем старик что ли? – недоумевает мама. – Выглядит это так, как будто ты какая-то непривлекательная совсем или у него серьезные проблемы со здоровьем. И если учесть, что ты дама вполне себе симпатичная и даже сексапильная, то вывод только один, и он очевиден. – И что теперь делать? – Вздыхает…

– Не пытайся меня обмануть, Асги. Вс… – однако договорить Мортен не успел, северянин нагло перебил его. – Если бы ты не был ярлом, я бы уже давно выбил тебе парочку зубов за столь вшивое искажение моего имени, – Асгейр повернулся к другу, облокачиваясь о борт поясницей. – Как в прошлый раз, когда твоим…

Супруг выхватил большой фрагмент стекла из рук несчастной женщины, дал ей лёгкую пощёчину, и после принялся рассматривать себя в кусочке от бутылки. – Видишь, какой я хороший, другой бы уже тебя в дурдом сдал. Если тебе что-то не нравится, ты можешь всегда уйти.. Почему ты молчишь, ты что думаешь…

– Сколько человек будет с нами? – Двое парней, две подруги и еще одна одинокая девушка. Не волнуйся, я все просчитал, – хитро подмигнул он. – К тому же, чем больше народа, тем веселее. Кристиан так не считал. В последние пару лет он совсем отвык от шумных студенческих вечеринок, начал ценить покой…

– А теперь, – обратился папа к Тиме, вынимая диск из проигрывателя, – умывайся – и бегом в кроватку. Уже почти двенадцать. Надеюсь, – улыбнулся он, – тебе приснится что-нибудь доброе. Увы, как минимум на месяц Тима позабыл о крепких и добрых сновидениях. Но родителям не смел жаловаться, потому что…

Но в целом работа Дмитрию очень даже нравилась. Было в ней что-то такое, яркое, героическое, чувство, что делаешь не простое, шаляй-валяй обычное, а нечто важное, что может оставить след в истории В его каюте вспыхнул проблесковый маячок – выход. Опять там биологи что-то удумали, определили какое-то…