Мистика

На нас градом обрушились вопросы. Кто и зачем создал этих существ, и можно ли назвать их механизмами? Нам известны сотни технологий из десятков миров, но с подобным мы еще не сталкивались. Нет, они вовсе не похожи на машины. Почему же абсолютное большинство подстраивается под шестую часть населения?…

– Я вижу себя. – Тогда зачем вам вообще стоять тут? Тогда зачем для разговора с самим собой вы подходите на меня поглазеть? Да еще с открытым ртом, с таким глупым видом? – Просто я разговорился с самим собой, – и совсем уже, значит, запутался… – сказал я сам себе… Но голос из зеркала продолжал,…

– Нет. Не надо. Я…я хочу побыть одна,– еле выдавила из себя эти слова Рануэй. – Спейс, встретимся завтра в баре «Для Вас» часов в 7 вечера? – Да…да. До свидания, Илза. В голову полезли мрачные мысли: «Зачем жить, если все лгут? Кругом предательство… Все живут и стараются только для себя…Как это…

Я сделала это сразу же, едва взбежала наверх по ступенькам, выйдя на своей станции. На улице моросил колючий дождик. – Ник, значит, ты давно водил меня за нос? – без предисловий начала я. – Лёля? – спустя долгую паузу ответил мой бывший. – Ты о чём? – Не называй меня этим дурацким именем! – тут…

– Сколько ни бери, все равно два раза бегать! – пожал плечами Даня. – Поедем, что ли, за горючим? Он обвел взглядом всю компанию. – Я пас, – сказал Максим. – Пойду, наверное. – Куда это ты собрался? – возмутился Даня. – Время детское! Он и сам не понимал, зачем пытается удержать Макса. Времена,…

Вообще-то Ане нравилась кухня. Иероглифы на духовке, белоснежный японский холодильник. Новые вещи, а не старье, которое мама покупала втридорога. Все те тумбы, обветшалые столики с шахматными квадратиками на столешницах и ящичками для ферзей и пешек, плетеные детские колыбели (дети, агукавшие в них,…

– Пойдем в следующий четверг в кино? На Алиту. Премьера! – Что я там не видела, в этом кино? – фыркнула Люба и отвернулась. Улыбка медленно стекла с его губ, как растаявшее мороженое. Сердце екнуло, замерло на пару бесконечных секунд, но потом все же забилось опять. Но уже не весело-возбужденно,…

Университетские годы прошли тоже очень быстро, и я оглянуться не успела, как писала дипломную работу по своей задуманной теме, а именно воссоздание людей с помощью извлеченной ДНК из костей усопших. На этом заканчивается мое повествование от первого лица. Вы должны сами все увидеть и ощутить мою боль…

Только он произнёс эти слова, как стрелка в часах застыла, так и не добравшись до отметки в 24:00. В палате появились клубы дыма, после запылал огонь, и появилась фигура в чёрном балахоне. – Ты не напуган, и даже не удивлён – это странно, – заговорила фигура мужским голосом. – Я уже однажды видел…

Звуки погасли… Мэт и Эллис, кажется, одновременно со мной почувствовали очередной тупик. Я провел ладонями по шероховатым, совершенно сухим на этот раз камням – так и есть. Мы просто молча разворачиваемся – теперь первой идёт Эллис, она замыкала шествие. Нет! Только не ЭТО! Что угодно, только не…

– Незнаю, очень странные. Куртка пропадает , а потом в ту же секунду появляется на том же месте, речь людей меняется, цвет глаз меняется. Утром, когда просыпалась сегодня умывшись, почистив зубы, и принятии душа, я стала вытираться полотенцем, заметила, как моё лицо в зеркале становится не моим, а ехидным…

Всё, что мне удалось увидеть, – это неописуемо быстрые движения, которые не были похожи на удары. Словно здесь снимали фильм и уже наложили компьютерную графику. Через несколько мгновений, оставшаяся группа мужчин так же лежала, распластавшись на асфальте. Я не понимал, происходит ли это на самом деле…

Справа всхлипнула и зашлась тихим плачем маленькая девочка, и ее мать испуганно-отчаянным жестом зажала ей рот рукой. Почти придушила, только бы та замолчала, только бы не привлекала к себе внимание фашистского начальника. В новом мире дети взрослели быстро, и девочка затаилась, лишь ее широко раскрытые…

– Пап, ты чего? – шёпотом спросил сын. – Тс-с-с-с, – отец прислонил указательный палец к губам, но было поздно. Цокот приблизился к их двери и начал усиленно скрести по двери. Раз за разом иной проводил чем-то острым по двери, медленно, скребя по деревянному покрытию входной, единственной двери.…

В последнем рывке Грег схватил гвоздомет, почти перевалившийся через сточную трубу. – Еще бы чуть-чуть! Воздушный рукав натянулся и сбил его с ног. Грег начал падать вперед в тот самый момент, когда Джо попытался ухватить его сзади за ремень. Джо опоздал совсем чуть-чуть, потом он сам потерял…

«Денису» многое не нравилось в моем жизненном обиходе: он говорил, что я «ем не то», «сплю не там», «ношу всякое непотребство», в общем, раскритиковал меня по полной. Мне же не казалось все это таким катастрофическим. Я спросила его, как же это отражается на нем? Ну, когда я «сплю не там» и так далее….…

Вадим вошёл в подъезд. Скользнул взглядом по серым почтовым ящикам, которые, как осиное гнездо, громоздились на стене – и вздрогнул. Из ящика под номером двадцать шесть торчал край пухлого конверта из неприлично яркой обёрточной бумаги. Такой наверняка привлечёт чьё-то внимание. И наутро уже весь подъезд…

И столько он мне тогда привел примеров всяких, что если бы все их тут я начала вам рассказывать, то и до завтра бы не пересказала. Да и не поверите вы, наверное, потому как, оказывается, в нашем мире столько всего есть диковинного, что авторам ваших фэнтези и не снилось! Слушала я своего ученого брата…

Милая Бридж любит выпить. А завтра станет жаловаться, что я сварила ей слишком слабое зелье от похмелья. Но я же просто ведьма, я не творю чудес. Ну, не считая того раза. Тогда мы вчетвером сидели за этим же столом теплой летней ночью, и время от времени с пролива Лонг-Айленд налетал соленый ветер.…

– Что ж, поехали… – пробормотал Дэйв. Направляясь в патио за молотком-гвоздодером, он подумал: не принести ли из гаража старое радио? Ему, конечно, нравилось работать на свежем воздухе в тишине, но под музыку дело пойдет бодрее… Вдруг Дэйв остановился. Прислушался. Откуда-то доносился слабый звук……