Звезда Севера
Шрифт:
Эви скинула накидку и ступила на самую кромку обрыва. Земля осыпалась под тонкой подошвой сандалий, в темноте было сложно разглядеть, что внизу, кроме черного блеска воды. Дыхание перехватило, но не успела Эви опомниться, как оказалась над пропастью, упираясь ногами в край скалы и изо всех сил держась за натянутую веревку. Ладони у нее взмокли почти сразу, но она не позволила себе паниковать.
— Быстрее, — зашипел Дэрби.
Эви закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она сможет. Однажды она спустилась так за Ульфом и Иваром, которые сбежали из борга по веревке. Правда, высота там была в два раза меньше, но все же она легко сделала это. И сделает сейчас. Пока Дэрби занят Морэн,
Эви шагнула вниз… и провалилась под своим весом в темноту, едва не вскрикнув. Тогда, спускаясь по внешней стене крепости Треборга, она была худой и бесстрашной девчонкой, а теперь перепуганная женщина, которая уже не такая легкая и гибкая, как в детстве. Она заскользила по отвесной скале, едва успев ногой зацепиться за крошечный выступ, даже не видный в темноте, и замерла, не дыша. Веревка заскрипела, натянувшись, но держала крепко. Эви аккуратно поискала второй ногой за что уцепиться ниже, нащупала небольшую выемку и спустилась еще немного. А затем еще немного и добралась до следующего узла. Мышцы рук уже ныли. Если она не хочет упасть, надо двигаться быстрее.
Эви задрала голову, но не увидела ничего, кроме края обрыва и черного неба.
— Нет! Помогите! — истошно закричала рабыня. — Помо… — ее крик оборвался так резко, что на мгновение наступила полная тишина.
Эви замерла. Веревка дрогнула и задрожала. Она вцепилась покрепче и потащила себя обратно вверх, скользя сандалиями по скале. Над обрывом появилась голова Дэрби, и на мгновение ей показалось, что он собирается помочь, но затем он занес руки. Эви вскрикнула, качнувшись, прижалась к скале, ухватившись за узкий выступ так, что скрежет ногтей пробрал до позвоночника, как возле головы пролетел большой камень.
— Кракен тебя побери! Почему ты еще жива! — раздался сверху злобный голос лекаря. — Из-за этой дуры у меня нет времени с тобой возиться!
Его седая голова исчезла. Что-то стукнуло, и по веревке прошла дрожь. А затем она загудела в руках, как будто ее пилят.
Эви заметила выступающий камень сбоку, потянулась к нему, пытаясь схватиться. Вскрик разочарования сорвался с губ, когда у нее не получилось. Она качнулась еще, понимая, что канат сейчас оборвется, и больше не будет шансов зацепиться. Взмокшие пальцы заскользили по камню, схватились. Камень зашатался под ними, но выдержал, и в этот момент канат ослаб в другой руке.
С губ сорвался жалкий всхлип, Эви зависла над пропастью, держась правой рукой за выступ, и левой ногой за небольшую выемку в скале. Она выпустила веревку, змеей скользнувшую вдоль ее тела вниз, и каким-то чудом уцепилась за колючий корень, торчащий из скалы. Желудок сжимался от страха, в голове звенело. Эви искала правой ногой точку опоры, но под подошвой ее сандалии осыпалась пыль и каменная крошка.
Над обрывом снова появилась седая голова лекаря. Он выругался.
Эви подтянулась из последних сил и коснулась следующей выемки, которую заметила в темноте. Если бы не свет луны, она бы давно упала, не найдя за что держаться. Пальцы дрожали от напряжения, но неожиданный порыв ветра толкнул ее в спину, прижимая к скале, как будто поддерживая, и ей удалось. Выдох. Маленькая передышка. Она не успела спуститься далеко, так что до края обрыва оставалось совсем чуть-чуть. Лишь бы успеть влезть до того, как старик попытается ее столкнуть.
Снизу зашумели волны, словно вода взволновалась от происходящего. Сверху ругался и бормотал Дэрби, как будто спорил сам с собой. Эви ощупывала скалу в поисках очередной зацепки — будь то небольшой выступ, трещина в камне или торчащий старый корень, когда лекарь снова возник
над ее головой. Его седые волосы рвал ветер.— Помогите, — выдохнула Эви.
Он опустил руку, и она с облегчением решила, что он одумался и пытается до нее дотянуться, чтобы помочь, но вдруг увидела блеск стали. Неровный взмах, и лезвие чиркнуло по камню в сантиметре от ее пальцев. Эви закричала и отдернула руку, ноги соскользнули вниз, сначала одна, затем вторая. Дэрби расхохотался, и его смех утонул в шуме ветра.
Эви держалась одной рукой за выступ, впиваясь в него ногтями, и все ее мысли сосредоточились на кончиках напряженных пальцев. Она уже забыла о Дэрби, о Морэн, о владыках, к которым до этого бесполезно взывала. Волны тем временем с бешеной яростью разбивались о камни внизу. Ледяной ветер бил ее в спину, обнимал, подталкивал, будто пытаясь удержать, но пальцы неумолимо соскальзывали. Эви закрыла глаза.
— Прости, — беззвучно попросила она.
И упала в темные объятия владыки смерти.
Глава 18
Ее падение прервалось так внезапно, что Эви даже не сразу поняла, как это произошло. Рывок был настолько сильным, что у нее выбило из легких оставшийся воздух, позвоночник хрустнул, и по телу огненной вспышкой разнеслась боль. Нечто, поймавшее ее, скрутилось вокруг груди и талии и потащило вверх. Она инстинктивно схватилась за это и ощутила под ладонью что-то горячее, бесконечно струящееся тугим потоком. Эви отдернула руку. Оно… они выглядели как мерцающие в темноте переливающиеся темные змеи с расплывчатым контуром. Двигались. Извивались. Морское чудовище добралось до нее…
В ушах раздался крик — дикий, безумный. И прежде, чем ее тело поднялось над обрывом, Эви поняла, что крик принадлежит ей самой.
Но монстр ждал ее вовсе не в море.
На земле лежали тела рабыни и мастера Дэрби. Эрон стоял между ними, и от него исходил голубоватый тусклый свет. Воздух мерцал и вихрился, закручиваясь в спирали и концентрируясь в щупальца, что вились и тянулись к ней. Она снова закричала, забилась, пытаясь вырваться. Грудь сдавило так сильно, что ребра затрещали, и крик иссяк. Принц притянул ее ближе к себе. Обвился вокруг ее шеи, сжал. В его безжизненном темном взгляде было только одно обещание — смерть.
Еще недавно, за секунду до падения, когда ее пальцы уже соскальзывали с крошечного выступа, Эви смирилась со смертью, испытывая лишь сожаление оттого, что не сможет искупить вину за свой глупый поступок, но теперь инстинкты снова взяли верх, и желание жить затмило все прочие чувства. Она вцепилась в удавку изодранными об скалу пальцами, заскребла сломанными ногтями по странной гибкой горячей поверхности, что струилась под руками, словно тугой поток воды, но все было тщетно. Воздух сгущался вокруг, обретая плотность, и стискивал ее в своих смертельных объятиях. Перед глазами все помутилось от слез и красноватого тумана боли. Сознание ускользало, но Эви продолжала бороться из последних сил, отказываясь сдаваться. Она билась, как пойманная в сеть рыба, цеплялась за шею и грудь, пытаясь вырваться, но владыка смерти уже раскинул руки над ее головой, и от его ледяного дыхания в жилах стыла кровь.
Кто-то кричал, взывая к Матери, и на этот раз крик был чужим.
— Прекрати! — пробился сквозь звон в ушах женский голос. — Хватит! Ты убьешь ее!
Ее дернуло в сторону, объяло холодом, после чего хватка резко ослабла, и Эви, обмякнув, упала второй раз за такой короткий промежуток времени, но уже не в пропасть, а на твердую землю. Кажется, на несколько мгновений она все же потеряла сознание — так вдруг стало темно и тихо. А затем сухой жесткий хрип обжег горло и грудь, и ее тело изогнулось в судороге.