Звери
Шрифт:
– Все еще не могу привыкнуть к такому расписанию, - пожаловался он, - день здесь начинается слишком рано. Хотя, кому я рассказываю?
Брат улыбнулся, глядя на меня, но в его улыбке я заметила плохо скрываемое волнение.
– Ты же знаешь, - попыталась его успокоить я, - в организме Зверей Крови биологические процессы протекают не совсем так, как у других нуаров. И я с каждым днем ощущаю разницу. Нам удается чувствовать себя хорошо, даже если мы спали всего пару часов в сутки, мы раньше слышим приближение врага, видим дальше других. И причина тебе также известна - мы черпаем эту силу из людской крови, присутствие которой дарит столь необычную для тебя выносливость. Ты не должен переживать за меня, брат.
–
– Согласна. Так же, как и Зверям никогда не понять, как мы призываем двойников.
При упоминании о Даре Крови Рыцарей Ночи брат несколько оживился. Долгое обитание в чужом Клане не шло ему на пользу. Здесь он и Джек все равно были чужими, и я искренне радовалась тому, что они нашли общий язык. Да и как могло быть иначе? В Клане Зверей у них не было выбора. С меня было мало толку, ведь каждая моя свободная минута уходила на Инициацию, которая уже шла полным ходом, так что они были предоставлены сами себе.
Мои размышления прервало появление подруги. Джинна выглядела усталой. Ее волосы были собраны в пучок, но не вычесаны, как обычно. Под глазами пролегли мешки, которые лучше всего остального показывали, как она истощена. Внешний вид подруги вызывал у меня волнение о ее здоровье.
– Джинна, с тобой все в порядке?
– Озабоченно спросила я.
– Ты выглядишь... уставшей, наверное. Может, стоит на какое-то время прервать тренировки?
– Что?
– Мой вопрос заставил ее выйти из задумчивости, в которую она была погружена. Чуть подумав, она все же ответила: - со мной все в порядке.
– Но усталость читается в каждом твоем движении, в каждом жесте, - настаивала я, - ты, вообще, видела свое отражение в зеркале? Нельзя же себя изводить на тренировках до такого состояния!
Мое негодование росло при виде того, как подруга испугалась от одного упоминания о прерывании тренировок. Кевин и Джек напряженно переглянулись. Они знали, что значат тренировки для этого Клана. Нас готовили для боя, который мог бы подтвердить прохождение Инициации, и медлить означало проиграть. Джинна знала это лучше других. Я понимала, что она не сможет позволить себе отдых, но также видела то, что он был ей необходим.
– Джинна, я могу поговорить с мистером Густовсоном, если хочешь...
– Нет! С тренировками все в порядке, - голос подруги приобрел какую-то жесткость, до этого момента не показывавшуюся, но она тут же спохватилась, и сказала, чуть понизив голос: - занятия не перегружают меня. Просто в последнее время я стала хуже спать. Не знаю, меня мучают кошмары, которые выматывают хуже поединков. Я не могу отдохнуть за ночь, поэтому и выгляжу измотанной.
Слова подруги вызвали у меня понимание и сожаление. Так долго я была в плену своих кошмаров, даже не понимая, что они составляли часть истории, коснувшейся моей семьи. Я лучше других понимала, что это такое, - просыпаться каждое утро с чувством, будто ты вообще не ложился спать.
– Джинна, послушай, - мне очень хотелось хоть чем-нибудь помочь, - я тоже когда-то пережила такой период. Не знаю, какие причины у тебя, но дело здесь вот в чем. Тебе стоит с этим разобраться. Быть может, даже обратиться к врачу, ведь чем больше ты тянешь время, тем сильнее накапливается усталость. Тебе необходимы силы для тренировок. Другие нуары не будут стоять на месте и ожидать тебя, поэтому, чем скорее ты решишь проблему, тем скорее сможешь вернуться к обычной жизни.
По всей видимости, мои слова оказали должный эффект на Джинну, потому что она кивнула головой и ответила:
– Я так и поступлю.
– Вот и хорошо, а теперь тебе нужно хорошенько поесть. Кровь уберет часть последствий ночных кошмаров.
Джинна принялась за еду, а мне нужно было идти на тренировку. Я встала со своего
места, и, прощаясь со всеми, обратилась к мальчишкам:– Проследите за тем, чтобы она все съела.
Джинна посмотрела на меня, и сказала:
– Ты сейчас напоминаешь мне мою маму.
– Ну, это ведь комплимент?
– Я не стала дожидаться ответа, и последовала к выходу.
Утро было замечательным. Я была переполнена желанием работать усерднее обычного, так что быстрым шагом направилась в сторону леса. По пути мой взгляд невольно оглядел домик, в котором мы жили, и я очень удивилась увиденному. Возле дверей стоял наставник, который довольно терпеливо дожидался моего появления.
– Мистер Нильсон, - быстро начала я, - мне очень жаль о той тренировке. Не лень мешала выполнить все ваши указания, а работа с Камнем. Понятно, что это не оправдание, просто хочется, чтобы вы знали: такого больше не повторятся. Я хочу тренироваться, и готова выполнить все ваши указания, если вы еще не передумали со мной заниматься.
Старик выжидающе смотрел на меня. Я не удивилась бы, если бы узнала, что он в этот момент каким-то странным образом читал мои мысли. Его взгляд испытывающе сталкивался с моим, отчего меня чуть не бросило в дрожь. Наконец, увидев то, что ему хотелось, он все же сказал:
– Что ж, посмотрим, чему мне удалось тебя научить за это время.
Уже в начале фразы мне стало ясно, что наставник все еще сердиться, и пришел сюда не для того, чтобы наладить отношения. Какое-то шестое чувство говорило мне, что этот день, так хорошо начавшийся, закончится совсем по-другому. Нечего было и ожидать прощения этого строгого нуара. Он хотел другого. Он хотел проучить меня. И как только я поняла это, все мое настроение улетучилось, ведь Нильсон должен был сделать это весьма изощренным способом. Мне ничего не оставалось, как ожидать его вердикта.
И он не заставил себя долго ждать:
– Помниться, ты хотела заниматься вместе с остальными новобранцами, быть наравне с ними. Что ж, сегодня я предоставлю тебе такой шанс. Пусть этот день станет для тебя особенным. Сегодня ты выйдешь на арену.
У меня в глазах помутилось. Лицо Нильсона, довольное произведенным на меня впечатлением, поплыло куда-то, и я всерьез заволновалась, чтобы это не было заметно. Конечно, мне раньше хотелось заниматься с другими ребятами, но я не думала, что это произойдет вот так неожиданно, без подготовки. Он хотел, чтобы я понесла поражение перед другими, чтобы стыд за происшедшее научил меня покорности. Вот только старик не знал, что этим только распаляет меня. Я не стану подчиняться только из-за того, что он так сказал! Мысли проносились в моей голове с огромной скоростью, но ни одну из них я не могла озвучить. Если бы я высказала этому надменному нуару все то, что рождалось у меня в голове по поводу его поведения, тогда сейчас бы он думал, как не показать своего головокружения. Слова, складывающиеся у меня в голове в подборку лучших отвратительных выражений, приперченных ненормативной лексикой, могли все разрушить. Если бы это произошло, оно означало бы лишь одно - конец тренировкам с Нильсоном. Я постаралась взять себя в руки, и молча ожидала продолжения.
– У тебя будет достойный соперник. Соперник, который сможет бросить вызов Правительнице нуаров. Заинтересована?
– Кто же он?
– Не выдержала я.
– Так ты принимаешь этот вызов?
– Вы не оставили мне выбора, и сами знаете это. Так что не тяните, скажите мне его имя.
– Имя? Что тебе даст имя? Только бой в достаточной мере представит вас друг другу!
– Наставник! Я хочу знать это имя!
Мое терпение было на пределе. Страх провалиться подталкивал меня, и Нильсон почувствовал это. Видимо, он решил, что дальнейшие издевательства не принесут ему ничего полезного или приятного. Он ждал этого поединка, чтобы в полной мере показать мне, как я была не права.