Золотое море
Шрифт:
– Ответ номер один. Неконтролируемую эмоцию и гнев преобразовать в неагрессивную инициативу или в новую мысль.
В следующий раз Кава вновь пришла к неказистым ёлочкам. Прошлогодние осенние листья так же лежали на лапках ёлочек, и нигде не было видно Чышь. И Кава забеспокоилась: «Неужели…»
– Как же долго ты идёшь! – вдруг услышала она знакомый голосочек! И не успела обрадоваться, как снова голосочек воскликнул: – Держись!
И одним взмахом Чышь и Кава оказались на ветке тополя.
– Кава, ты молодец, справилась с заданием! – сказала Чышь.
Большие глаза Чышь с пониманием смотрели
– Кава, боязнь страха стала твоим вторым Я. Ты знала об этом?
– Задание номер два. Перебороть боязнь страха. И воображать…
Каве легче было остаться жить на ветке тополя, чем перебороть боязнь страха, ведь после смерти мамы в её венах текла отравленная страхом кровь.
– Чышь, я не смогу…
Но Чышь снова исчезла, оставив на ладони Кавы маленький листочек тополя.
Кава посмотрела на листочек тополя и воскликнула:
– Как же так?!
На её ладони лежал листочек тополя в форме сердечка.
– Как же так? До сих пор не знала… Листочки тополя – в виде сердечек!
Подул лёгкий ветерок, и снова пошёл дождь, и много-много мокрых листочков в виде сердечек посыпались на Каву. И ей снова показалось, что тополь чувствует её.
И, несмотря на всё кажущееся вокруг, Кава осознавала реальность происходящего. И она вновь поспешила домой с мыслями: «Надо что-то делать! Про мою боязнь страха знает Чышь. Персонаж из другого мира».
Да, именно боязнь страха пугала её больше, чем просто страх. Кава понимала, что боязнь страха связана с Ангелом смерти. Но Кава не понимала, как перебороть боязнь страха, когда не проходит гул в голове, возникший с Его появлением. Она не могла забыть сквозящий холод в сердце, и самое страшное – то, что она не хотела забывать.
Все последующие дни Кава повторяла вслух и про себя, словно мантру: «Ты должна перебороть боязнь страха. Ты должна перебороть боязнь страха. Думай, Кава. Думай, если хочешь жить!»
Кава смутно догадывалась, что в первом и во втором задании присутствуют нотки игры, что Чышь призывает её играть. И у Кавы сила воображения разыгралась не на шутку, а на жизнь. Каждый раз, когда выделялся гормон стресса, кортизол, Кава тут же начинала представлять кучерявого барашка или букет из полевых цветов. Порой кучерявый барашек имел разные цвета, а в букете из полевых цветов неожиданно оказывался репейник, в зависимости от настроения Кавы.
Мурашки по коже – предвестники чего-то стоящего, чего-то необычного. Вот и у Кавы пробежали мурашки по коже.
– Да-да, как же это правильно! Боязнь страха тоже преобразовать! – воскликнула она. – Преобразовать в партнёра. И главное – не сломать мозг!
Игры разума по сравнению с играми воображения – детские игры.
Разум начинает играть от избытка ума и логики, когда чувства задействованы сознательно, следовательно, и инстинкты управляемы. В таком замысловатом смысле игры и есть сила разума. Воображение же играет от избытка ощущений, когда чувства и инстинкты задействованы подсознательно, порой управляемые, а порой неуправляемые. В избытке ощущений восприятия реальности и есть сила воображения.
– Ответ номер два. Боязнь страха преобразовать в партнёра и придать облик.
Воображение
Кавы бушевало, и, когда в следующий раз Кава вновь пришла к неказистым ёлочкам, Чышь нигде не было. И Кава вновь забеспокоилась: «Неужели…» А проказница Чышь скрылась в прошлогодних осенних листьях и, пугливо оглядываясь по сторонам, высматривала Каву.– Как же долго ты идёшь! – услышала она знакомый голосочек! И не успела Кава обрадоваться, как снова голосочек воскликнул: – Держись!
И одним взмахом Чышь и Кава оказались на ветке тополя.
– Кава, ты молодец, справилась с заданием! – сказала Чышь, едва слышно хихикнула себе под носик и спросила: – Кава, а на хвостике твоей оранжевой барашки репейник случайно оказался?
Кава не нашлась сразу, что ответить, она не могла поверить, что проказница Чышь заигрывает с ней. Ведь для Кавы главное было сейчас отогнать тьму и мрак – мрак и тьму, которые окутывали её.
И хотя Кава готова была на любое безрассудство и ребячество, она растерялась и не знала, что ответить. А маленький зверёк с умилением посмотрел на Каву и, пугливо оглядываясь по сторонам, приступил к третьему заданию.
– Кава, в человеке каждый день рождаются сотни десятков новых клеток. Ты знала об этом?
– Задание номер три. Обновить количественные клетки в качественные. И любить…
Чышь исчезла, и вместе с Чышь исчезли игры разума и воображения. Каве стало очень тоскливо. Ведь сейчас меньше всего Каве хотелось любви. Сейчас её разум и душа пребывали в полной гармонии – в нежелании любить.
Порывы осеннего ветра сдували тополиные листья с неказистых ёлочек, оголяя ветки. И ветки ёлочек, покрытые жёлтой листвой, были менее мохнатые и густые. И Каве показалось, что голые веточки несчастны и забыты самой Природой. Она невольно сравнила себя с оголёнными еловыми ветками: на всё воля Природы.
И, несмотря на всё кажущееся вокруг, Кава вновь недвусмысленно приняла реальность происходящего. И вновь поспешила домой с мыслями: «Надо что-то делать! Про моё нежелание любить знает Чышь. Персонаж из другого мира!»
Все последующие дни Кава повторяла вслух и про себя, словно мантру: «Ты должна обновить количественные клетки в качественные. Ты должна обновить количественные клетки в качественные. Думай, Кава. Думай, если хочешь жить!»
В Каве талант любить был заложен Природой при рождении. Но сейчас у Кавы был один ответ: «Мамы нет. Больше некого любить. Больше не хочу любить!» И когда Чышь сказала: «…и любить», Кава растерялась. Чышь призывала Каву идти вперёд. И Кава понимала: без любви мрачное зло победит. Но ей было горько и тоскливо. Горько, что жизнь продолжается. Тоскливо, что надо любить без мамы. Кава задумалась о еловых веточках: «Смогут ли они восстановиться, хватит ли им света и воздуха, чтобы восстановиться?» Мысли о неказистых ёлочках придали ей сил, и несчастная Кава с усердием стала говорить вслух и про себя: «С любовью беру стакан, готовлю чай. С любовью принимаю душ, одеваюсь. С любовью смотрю на небо. С любовью иду. С любовью возвращаюсь. С любовью…»
И снова мурашки по коже – предвестники чего-то стоящего, чего-то необычного. Вот и у Кавы пробежали мурашки по коже.
– Да-да, как же это правильно! Любить всё! – воскликнула она. – Я не предам память мамы, если буду любить забытые еловые веточки. И главное – не сломать мозг!
Тема любви проста.
Любовь – это отсутствие зла и враждебности.
В том, что есть зло или враждебность, – нелюбовь.