Живой
Шрифт:
Я иногда ненавидел быть в дороге. Гораздо хуже было знать, что за окном было темно и при этом ни черта не видеть. Я схватился за ручку двери и контролировал дыхание, стараясь дышать ровно и медленно. Еще одна вещь, которой меня научила Грэйс.
— Твоя мама просто хочет, чтобы ты был счастлив, сынок.
Я положил голову на спинку сиденья и вздохнул, слегка расслабив руку так, чтобы слышимое потрескивание двери прекратилось.
— Я знаю, пап. Она просто не понимает.
— Что тут понимать?
— Я не могу сделать Грэйс счастливой.
— Кто, черт возьми, тебе сказал, что это тебе решать?
Я
— Кто говорит, что она вообще хочет меня таким? Она моя сиделка. Она просто выполняет свою работу, — заявил я.
— Дело не в этом, сынок.
— Тогда в чем?
— Дело в том, что ты сдался, даже не начав, — рявкнул он, заставив мня вздрогнуть на месте. — Это не обязательно должна быть Грэйс, хотя я скажу тебе прямо сейчас, что ты никогда не сравнишься с Грэйс Сэмюэлсон. Ты просто упрямо думаешь, что слишком разбит, что будешь обузой, когда ты, на самом деле, все еще ты. Просто немного надломившийся.
— Она заслуживает лучшего, папа. У меня есть проблемы, которые даже не начинали прекращаться. Я не могу даже спать по ночам, не ударив что-нибудь. Я злой. Я устал. Мне практически нечего дать.
Папа вздохнул, резко повернув. Грузовик подпрыгнул немного сильнее, чем обычно, и я выпрямился, каждый мускул в моем теле напрягся. В ожидании силы взрыва.
Его так и не последовало.
Грузовик повернулся, только чтобы остановиться, и папа заглушил мотор.
— Грэйс никогда не была той девушкой, о которой нужно беспокоиться так несерьезно, Меррик, — объяснил он. — Она видела глубже, чем кто-либо другой.
Я повернул голову и нахмурился.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда вы двое были моложе, эта девушка ждала тебя. Чтобы увидеть тебя при любой возможности, — тихо засмеялся он. — Она видела тебя, Меррик. Не парня, который был популярен и занимался разными видами спорта или имел всех полностью в своей власти. Она видела парня, который чувствовал и которому было дело не только до себя. Она видела парня, который, в итоге, вступил в вооруженные силы, потому что хотел защищать свою страну.
«Она видела меня. А что делал я?»
— Она замечала тебя все время, а ты никогда не замечал ее, — добавил он, поворачивая нож немного глубже.
— Ты прав.
— Я всегда прав, мой мальчик, но я привык быть таким, как вы, дети. Когда я встретил вашу маму, я был в ужасе. Что я мог дать такой женщине, как она? Я был просто парнем с мечтами, которые, казалось, были слишком далеко от меня. Я еще учился в школе, и у меня не было планов. Но это было не мое решение.
Я ждал. Раньше он никогда не рассказывал мне ничего подобного. Казалось, мама и папа всегда разбирались со своими тараканами лучше, чем кто-либо другой. Мы все думали, что они просто понимали друг друга и все.
— Она выбрала меня каким-то чудом, зная, что я был просто... собой. После того, как мы поженились, я был простым банкиром. Я до сих пор банкир. Я даю другим людям деньги, что не значит, что у меня есть свои. Но она оставалась со мной, потому что это
и есть любовь, — он сделал глубокий вдох и быстро выдохнул. Когда он снова заговорил, он улыбался. — Кода она смотрела на меня, она видела не совершенство или какую-то большую вымышленную историю любви. Она видела того, кто защитил бы ее и боролся бы за нее. Кого-то, кто любил бы ее, несмотря на недостатки, которые, по ее мнению, у нее были. Не имело значения, что было перед ней, потому что рядом с ней был я. Вот как она поняла, что я был тем самым.— Папа...
— И знаешь, что? Ничто из этого не зависит от пары глаз, которые больше не видят. Так что, да, Меррик. Я прав. Ты не замечал ее раньше, но, возможно, теперь ты, наконец, замечаешь.
Мое сердце бешено заколотилось, и ладони начали потеть. Острый нож в груди начал отступать.
— Вопрос в том, — продолжал он устало. — Что ты собираешься с этим делать. Просто сидеть и смотреть, как жизнь проходит мимо тебя? Или возьмешь быка за рога, как ты всегда делал?
Не в моем характере было смеяться над словами моего отца, как бы неуместно они не звучали, но я все же возразил.
— Я изменился.
— Нет, не изменился. Ты стал сильнее, потому что ты должен был. Умнее из-за ошибок, которые ты совершил в прошлом. Грусть, которую ты знал, только помогает человеку стать счастливее, потому что он учится ценить то, что у него есть. Ты не изменился, просто ты стал мудрее, потому что ты узнал жизнь.
Его дверь застонала, когда он открыл ее с последними словами, обращенными ко мне.
— Используй это.
Глава 11
Грейс
Видеть Киру и Джоша вместе — это как видеть середину любого романтического фильма. Счастливые моменты, любовь, поцелуи, прикосновения... это всегда было именно так. Никогда раньше я не испытывала ничего, кроме счастья, глядя на них.
Сегодня вечером я ревновала. Я была одинока. Я просто хотела закрыть глаза и представить, что Кира и Джош это я и... кто-нибудь еще.
— Грейс, ты меня слышала?
Я подняла глаза и увидела, что они оба внимательно смотрят на меня пронзительными взглядами.
— А? Извини, я и правда не слушала.
Кира протянула руку через маленький стол и взяла мою руку, ее красивый бриллиант сверкнул в тусклом освещении ресторана. Они оба пригласили меня на обед в ресторан, и я немедленно согласилась. Всё, что угодно, чтобы быть подальше от Меррика. На самом деле, я была не в настроении, чтобы праздновать, но я не могла отказаться от приглашения Киры. Она так долго ждала этого, и я по-настоящему была счастлива за них.
— Ты в порядке, милая? Ты весь вечер была печальной.
Я покачала головой и посмотрела на мою тарелку с едой. Я едва прикоснулась к стейку, а моя картошка выглядела так, будто в тарелке произошел взрыв.
— Я просто устала.
Кира не спускала с меня пристального взгляда, она внимательно наблюдала за каждым моим движением. Я не смела поднять глаза от бойни на моей тарелке.
— Джош, малыш, окажешь мне услугу? — вдруг спросила она.
— Что тебе нужно? — спросил он.
— Позвони Кристи за меня, пожалуйста. Скажи ей, что сегодня вечером она и Джен нам нужны.