Чтение онлайн

...Но теперь, при виде Ананича, Евгений почувствовал, что давно забытые синяки и ссадины вдруг заболели снова. Оказывается, он ничего не забыл! А Никлас улыбался как ни в чем не бывало, пересказывал институтские сплетни, расспрашивал Евгения о работе, о здоровье - как будто они были приятелями!

Глядя на его сияющую физиономию, Евгений не знал, что ответить. "Неужели он до сих пор не понял, что я знаю все про ту историю?
– подумал он.
– Неужели не боится? Особенно здесь, на том же месте?.. Нет, так нельзя, надо взять себя в руки! Надо хотя бы узнать, что ему нужно! Хотя приглашать его в дом ну очень не хочется... Может, обойдется?.."

Евгений

осторожно присел на край скамейки и как можно более нейтрально произнес:

– Привет! Тебя как сюда занесло?

Ответил - и немного успокоился: что ни говори, а приятно называть бывшего руководителя на "ты", говорить с ним на равных и иметь право послать подальше с любой просьбой - а что Ананич появился не просто так и будет о чем-то просить, было ясно...

– Да так, ничего особенного!
– отозвался тот.
– В общем, надо твоему подопечному одну вещицу вернуть - брал на исследование... Ну а без твоего согласия никак, ты же теперь тут старший...

Ананич по-прежнему улыбался, но было слышно, как изменилась его интонация на последней фразе. "И он ничего не забыл!
– с невольным раздражением подумал Евгений.
– До сих пор..."

– Ты о чем? Какому подопечному? И что за вещицу?

– Перстень, из "Лотоса"...
– махнул рукой Ананич, словно говоря о чем-то малозначимом.
– Года два назад брал у Сэма...

– Что значит "брал"?
– перебил Евгений.
– Он что, так просто взял и отдал? Для них же это... И почему про это ничего нет в отчетах?

– Ну... так уж получилось! Забыл записать...
– уклончиво ответил Никлас.
– Тем более, что ничего интересного я из него так и не узнал. А получить перстень было совсем несложно, ты зря... Он ведь тогда еще всего боялся, а нашей службы в особенности! И с большой готовностью откликнулся на мою просьбу...

Евгений сжал кулаки и начал мысленно считать до десяти, чтобы успокоить нервы: слишком уж сильным было желание съездить по этой ухмыляющейся физиономии! Однако он сдержался и только спросил с сердитым упреком:

– Ты что же, не мог раньше его вернуть? Два года ведь прошло!

– Ну...
– смутился Ананич.
– Здесь я не успел закончить исследование, а в институте поначалу было не до того. Да неужели это так важно! перешел он в наступление.
– Какая проблема найти еще один такой камень? Я могу заплатить ему за огранку...

– Можешь?
– Евгений быстро протянул руку.
– Давай... Я передам! Лучше наличными, но можно и чеком...

Ананич растерялся, не сразу уловив издевку, потом с натугой рассмеялся:

– Ну, знаешь... Жизнь в провинции не идет тебе на пользу! Впрочем, прошу прощения, если хочешь, я узнаю, сколько стоит обработка таких камней...

– Не хочу, - холодно прервал его Евгений.
– Я хочу, чтобы ты объяснил, чего тебе надо, и убрался отсюда наконец! Я устал за день, честное слово...

– В общем-то, мне надо было не столько вернуть перстень, сколько поговорить с твоим Сэмом, - признался Ананич.
– В основном, по материалам его работы в институте, еще перед "Лотосом". Можно? Завтра-послезавтра?

– Нет!
– мгновенно и решительно ответил Евгений. Потом задумался: формально причин для запрета не было. Но с другой стороны... почему он должен что-то объяснять или аргументировать?! Нельзя - и все тут! Зачем лишний раз тревожить Сэма? Какая, в самом-то деле, польза от перстня, взятого два года назад?..

– Ну, если ты возражаешь, - вздохнул Ананич, - то не имею права настаивать! А... ты действительно возражаешь?
– недоверчиво переспросил он,

и не дождавшись ответа, с досадой продолжил: - Не думал я, что ты станешь таким самодуром! Что твой Сэм - рассыплется от моего взгляда? Подумаешь, пара вопросов...

– Обойдешься, - непреклонно отозвался Евгений.
– Пока что я за него отвечаю!

– Тогда и безделушку эту сам передавай!
– сердито сказал Ананич. С этими словами он полез в "дипломат" и, не раскрывая его полностью, долго шуршал какой-то бумагой... но наконец извлек оттуда стандартный для "Лотоса", хотя и уже почти выцветший (еще бы, за два-то года!) перстень. На!

Евгений протянул было руку, но остановился. Ведь он только сегодня заново познакомился с Юлей! Наверняка она расскажет обо всем друзьям, наверняка этот рассказ вызовет разные чувства у эсперов, прежде всего, у Сэма...

– Нет, в "Лотос" сейчас нельзя!
– резко ответил Евгений, убрав руку.
– Мало ты туда совался со своими идиотами-агентами? А перстень пошли по почте, раз уж тебе так приспичило его вернуть!

Казалось, Ананич только и ждал этой фразы. Он, не споря больше, быстро убрал перстень, защелкнул дипломат... и сухо сказал:

– Ну, и на том спасибо! До свидания... В институт ничего не надо передать?

– Нет, - коротко ответил Евгений, поднимаясь со скамейки.

Глядя вслед удаляющемуся Никласу, Евгений вдруг ощутил некоторую неловкость. Вот уж точно как с цепи сорвался, сам от себя не ожидал такой грубости! Конечно, Ананичу незачем встречаться с Сэмом - но даже самый суровый отказ можно выразить вежливо, без оскорблений и насмешек. В концов концов, их обиды - дело прошлое, а сейчас Никлас пришел к нему, подчиняясь тем же неумолимым для него законам субординации. И нарвался на такой прием...

Но сквозь раскаяние упрямо пробивалось беспокойство, ощущение какой-то неправильности... Неужели Никлас настолько щепетилен в вопросах профессиональной этики? Или просто опасается Веренкова, зная, что тот покровительствует Евгению? Может быть, и даже весьма вероятно... Но что он станет делать получив отказ? Подчинится? Или пойдет на хитрость? Вряд ли, но на всякий случай проследить стоит: соваться в "Лотос" сейчас никак нельзя...

Почтальоны отказывались ходить в "Лиловый лотос": далеко и, честно говоря, страшновато. По взаимной договоренности почту оставляли "у госпожи Марии", хозяйки единственного в Шотшанах кафетерия. Эсперы сами заходили за почтой - обычно раз в неделю. Эти визиты были удачным поводом напомнить о себе жителям поселка, с которыми "Лотос" старался поддерживать хорошие отношения. Все понимали: их таинственные умения не могут не вызывать у дремучих провинциалов почтительного уважения пополам с суеверным страхом, и следили, чтобы первое брало верх над вторым. Это было нетрудно - помочь местному врачу, поболтать с кем-нибудь у крыльца или заглянуть в гости...

Дэн появлялся в поселке чаще других - он легко приспосабливался к любому уровню общения, чужая тупость его почти не раздражала. Вот и на этот раз он с удовольствием поболтал со стариками, коротавшими время на лавочке возле кафетерия, порадовавшись вместе с ними необычно теплой осени, за которой (надо же, какое откровение!) все же наступит зима...

Пройдя мимо запыленных собеседников, постучал в дверь и приветливо поздоровался с хозяйкой, которая тут же принесла из дальней комнаты стопку газет и письмо - ну, конечно, опять Роману! У него просто потрясающее количество родственников, и всем он симпатичен... Дэн быстро просмотрел газеты: все ли в порядке, ничего не забыли, не перепутали? И вдруг...