Время Икс
Шрифт:
— Значит так, — Лена окинула Андрея взглядом с ног до головы. — Сейчас мы пойдем ко мне и там приведем тебя в порядок. И не спорь, пожалуйста!.. — Тон ее был категоричным. — Тебе еще может быть, и медицинская помощь понадобится… Идти можешь сам?
Андрей кивнул. А какая собственно разница! Идти-то все равно некуда… Ну, разве что только к Мечниковым… Но в таком виде…
Лена подхватила его сумку, перекинула ее себе через плечо, затем, осторожно взяв Андрея под руку, сказала:
— Ну, все! Идем тихонько, осторожно… Тут недалеко, всего два квартала…
Минут через десять они подошли к трехэтажному кирпичному дому и, пройдя
— Нам сюда, — Лена показала на крайний подъезд. — Второй этаж, направо…
На лестничную площадку выходили три двери. Ребята остановились возле правой, обитой коричневой клеенкой. Лена повернула ключ в замке, дверь тихонь-ко скрипнула и отворилась.
— Проходи! Только там велосипед стоит у входа. Смотри, не споткнись!.. А лучше — давай я вперед пойду!..
Квартира состояла из двух комнат, небольшой ванной, и мизерной, площадью метров пять, кухоньки.
— Садись сюда! — Лена указала Андрею на глубокое мягкое кресло у окна. — Сейчас я вскипячу воду и промою тебе рану.
С этими словами она скрылась на кухне.
Полуянов с облегчением откинулся в кресле и осмотрелся.
Массивный дубовый буфет с горками посуды, стол, два кресла, диван. В про-тивоположном углу — письменный стол, над которым вся стена была увешана раз-личными фотографиями, забитый книгами книжный шкаф у стены. Под потолком висела большая бронзовая четырехрожковая люстра. Дверь в соседнюю комнату была чуть приоткрыта, и за ней виднелся краешек кровати, аккуратно застеленной пестрым покрывалом.
Андрей встал, и, подойдя к письменному столу начал рассматривать висящие над ним фотографии. А фотографии были очень любопытные.
В самом центре висел большой, форматом примерно двадцать четыре на три-дцать, фотопортрет темноволосого военного лет сорока. На каждой петлице его гимнастерки виднелось по танковому силуэту и маленькому ромбу. На груди были привинчены два ордена Красного Знамени и медаль "ХХ лет РККА".
На большинстве других фотографий также был изображен этот человек. Вот он с группой военных осматривает фортификационные сооружения; вот, улыбаясь, выбирается из водительского люка танка БТ-5; вот делает пометки на разложенной на бочке из-под горючего топографической карте, а сзади простирается бескрайняя степь. На многих фотографиях он был заснят вместе с симпатичной светловолосой женщиной и… Леной… На одной из фото все трое стояли возле красивого мрамор-ного здания, в тени пальм, вдалеке виднелось море, а внизу была надпись "Сочи, август 1937 год"…
За спиной раздались шаги, и Андрей обернулся. Лена стояла, держа в руках таз с горячей водой.
— Извини… Я тут посмотрел… Интересные фотографии…
— Это наши, семейные, — Лена поставила таз на стол. — Садись и подними голову повыше. Будет немножко больно, но ты потерпи…
Она аккуратно смыла с лица Андрея кровь и пот, а затем, достав из шкафа йод, вату и бинты, осторожно обработала рану.
— Ничего страшного: две небольшие ссадины, один синяк, да на лбу приличная царапина, — сказала она, закончив. — Но зашивать, я думаю, не придется. Заживет… Больше нигде не болит?
— Да вроде нет! — Андрей осторожно ощупал ребра. — Пару раз зацепили слегка, гады… Нет! Все в порядке! Спасибо тебе!
— Не за что! — улыбнулась девушка. — Это я тебе благодарна, как своему спаси-телю…
— Чего они к тебе прицепились?
Лена потупила глаза.
— Понимаешь… Листратов с компанией
меня давно преследуют… С тех пор как… — Она подняла голову, и на ее ресницах блеснули слезы. — С тех пор как папу арестовали… И… И расстреляли.— Извини! — Андрей посмотрел на фотографии и, показав рукой на централь-ную, спросил: — Это он?
— Да! — чуть слышно ответила Лена. И, вытерев рукой слезинки, добавила: — Тебе не надо было помогать мне, Андрюша. Ведь я — "дочь врага народа"… ДэВэ-эН… А мой отец — комбриг Берестов, Владимир Иванович… Меня из-за этого из комсомола исключили, а маму с работы уволили. Она в институте преподавала… Сейчас вот, ночным сторожем в городской библиотеке работает! Представляешь?! А она у меня — кандидат педагогических наук!..
— Понятно! — Полуянов зло сощурился. — Знакомые штучки! Это мы уже прохо-дили. Очаровательные шуточки лидеров ГПУ-НКВД — Ягоды, Ежова, Лаврентия Палыча Берии, под шумные аплодисменты Политбюро и лично товарища Сталина! Весь цвет Красной Армии угробили, а потом чуть было войну не профукали!..
Лена испуганно зажала рот рукой, и посмотрела на него, словно на пришельца с того света.
— Что ты!.. Как ты можешь так говорить? Услышит кто, так тебе не сдобровать!
— Могу, Лена, могу!.. Просто я… — Только тут он понял, что, поддавшись эмо-циям, наболтал лишнего. Ну да ладно! Все равно надо что-то делать. А Лена могла бы ему здорово помочь. Кажется, на нее можно смело положиться. Может — это его единственный союзник в этом "прошлом настоящем"… Его шанс…
— Давай присядем… — Он опустился в кресло. Лена секунду постояла и, по-прежнему глядя на него с испугом, уселась на краешек дивана.
"С чего же начать? — лихорадочно соображал Полуянов. — С чего?" Все, что с ним произошло, было настолько фантастично, что малейшие попытки посвятить постороннего человека, тем более из эпохи, отстоящей более чем на полвека в прошлое, показалось бы тому бредом сумасшедшего. Тут взгляд его уперся в книж-ный шкаф.
— Понимаешь… Тут такое дело… Ты научную фантастику когда-нибудь читала?
Лена изумленно посмотрела на него.
— Читала. И папа ее очень любил. Вон, в шкафу книги стоят. Жюль Верн, Уэллс, Беляев…
— "Машину времени" Уэллса читала?
— Конечно! А почему ты это спрашиваешь?
Андрей окончательно собрался с духом.
— То, что я тебе сейчас скажу, — невероятно, фантастично, но прошу тебя мне поверить!.. Я не из вашего времени, Лена… Я из будущего… Из двухтысячного года.
— Ты шутишь, наверное… — покачала головой девушка. — Не смейся надо мной, пожалуйста!
— Нет, Леночка, я не смеюсь!.. Я тебе сейчас все расскажу!
И он подробно рассказал ей обо всех событиях сегодняшнего дня, начиная с того момента, как он покинул автобус на лесной дороге, и кончая сценой в сквере. Сначала Лена слушала его с ироничной улыбкой, но чем дальше и дальше, ее личи-ко становилось все серьезней и заинтересованней…
— Ну, вот и все! — Андрей перевел дух. — А теперь ты сама думай, что со мной теперь делать! У меня, честно говоря, сейчас одно желание: пить чай либо дома, либо у деда с бабкой, а не бегать от шпаны, жившей шестьдесят лет назад.
Лена задумчиво улыбнулась.
— Здорово ты умеешь фантазировать! Из тебя неплохой бы писатель получил-ся, Андрюша!
— Ах, писатель!..
Андрей вскочил с места и, схватив свою сумку, резким движением расстегнул "молнию", и вывалил содержимое прямо на пол.