Время Икс
Шрифт:
В этот момент тот, кого называли "Муха", вскочил со своего места и, подско-чив к ней, что есть силы, дернул ее за роскошную косу. Девушка ойкнула и, отшат-нувшись в сторону, попыталась отмахнуться от маленького наглеца своей сумкой. Четверо других парней быстро встали и окружили ее со всех сторон. "Муха" тем временем приплясывал вокруг и, кривляясь как обезьянка, дразнился:
— Ленка-ДэВээНка! Ленка-ДэВээНка!..
— Ты чего здесь, Берестова, ходишь? — зловеще поинтересовался Генка. — Мы тебя сколько раз предупреждали?
— А ты что, Листратов, в хозяева улицы записался? — в тон ему ответила девуш-ка. —
Генка изобразил на лице дикое возмущение и, обращаясь к своим друзьям, воскликнул:
— Нет, ну вы видели, братцы! Вражья дочка права качает! Совсем страх поте-ряла!
— Надо ее наказать, "Лис"! — Парень с перебитым носом подошел ближе и схва-тил девушку за локоть. — А ну пошли!
В этот момента та резким движением вырвалась из его рук и со всей силы ог-рела парня сумкой по голове. Тот отшатнулся. На помощь кинулся еще один из ре-бят, но с криком отскочил, зажимая поцарапанную ногтями щеку. Девушка попыта-лась ударить сумкой рыжего Генку, но мальчишка в серой толстовке схватил ее сзади за косу и, наматывая косу на руку, подтащил ее хозяйку к себе. Она застона-ла от боли и ненавидящими глазами смотрела на приближающегося к ней Листра-това, поигрывавшего широким солдатским ремнем.
— Ну, сучка, молись, если умеешь! — зло прошипел он.
Такого Андрей вытерпеть не мог. По своей натуре он был человек спокойный, во всякого рода свалки старался не влезать, хотя при необходимости мог дать до-вольно квалифицированный отпор нападавшим. Кое-чему его научил отец, да пару лет сам ходил в спортивную секцию, занятия в которой пришлось прекратить, к глубокому его сожалению, по указке врачей.
— Эй, ребята! — стараясь говорить как можно спокойнее, крикнул Андрей. — Ос-тавьте ее! На одну девчонку впятером!.. Герои!
Компания явно не ожидала такого поворота событий. Пять пар глаз поверну-лись в сторону Полуянова.
— Ты что-то сказал, козел? — с тихой угрозой спросил рыжий. — Или нам показа-лось?
Андрей встал.
— Да нет! Тебе не показалось!
— И откуда ж ты это такой смелый?! И ты вообще хоть знаешь, кто она такая?
— Неважно кто она такая. Она, прежде всего женщина! А я такого отношения к женщинам не терплю!
— Ну, тогда извини, благородный рыцарь! — Генка развел руками. — Ты — из бе-ляков, наверное. Из благородных аристократов! Придется тебе в таком случае для начала просто набить морду! А там посмотрим!..
Андрей пожал плечами.
— Ну, попробуй! Если получится, конечно!
Генка мотнул головой, и на Андрея сразу одновременно слева и справа пошли двое. Ну что ж! Это мы проходили! Блок, затем резкий поворот на месте, удар ребром стопы… Один из нападавших отлетает в сторону, другой с криком отскакивает, ухватившись за кисть правой руки.
Андрей, усмехаясь, вытер лоб и поинтересовался, цитируя "Оптимистическую трагедию":
— Ну, как? Кто еще хочет попробовать комиссарского тела?
Хулиганы переглянулись между собой. Главарь поиграл ремнем, кивнул голо-вой напарнику, который, ощерясь, достал из кармана велосипедную цепь.
Теперь на него накинулись все пятеро. Даже маленький "Муха" пытался про-лезть вниз и ухватить его за ноги.
К счастью, ребята понятия не имели об элементарных правилах рукопашного боя,
и больше мешали друг другу, впустую размахивая кулаками. Однако несколько ощутимых ударов Андрей, последнее время тренировавшийся от случая к случаю, все же пропустил…Перед глазами со свистом мелькнула пряжка ремня. В последний момент, по-чувствовав опасность, Андрей успел уклониться в сторону, но самый кончик пряж-ки полосонул его по лбу. Лицо обожгла резкая боль, и по виску потекли горячие капли.
Полуянова охватила злость. Ну, держитесь, подонки!
Отшвырнув ударом ноги парня в толстовке, он ушел из-под очередного удара ремнем, который пытался нанести рыжий Генка, и, взяв его руку в захват, рванул, что есть силы. Раздался хруст, и рыжий заорал благим матом. Его компания отско-чила в разные стороны, с изумлением глядя на корчащегося на тротуаре предводи-теля.
— Ну что, сволочи! Кто следующий? — прохрипел Андрей. — Подходите! Поуби-ваю гадов!..
В конце аллеи раздались трели милицейских свистков.
— Атас! — завопил "Муха". — Сматываемся!
Компания бросилась в кусты. Последним, прихрамывая и придерживая левой рукой вывернутую кисть, бежал Генка.
— Подожди, козел, мы с тобой еще встретимся на узенькой дорожке!.. — про-кричал он на прощание. — Кровавыми слезами умоешься!..
Андрей вытер мокрый лоб. Ладонь была вся в крови. Свистки были все ближе и ближе, уже слышался топот подкованных сапог о брусчатку тротуара.
— Мальчик, бежим! — раздался рядом звонкий голосок, и Андрей, обернувшись, увидел стоящую рядом девчонку, за которую он вступился.
— Скорей! — она сунула ему в руки его сумку и, схватив за руку, потянула за со-бой. Он не сопротивлялся и бросился вслед за ней.
4
— Спасибо тебе большое!.. Ты очень смелый!.. И где ж ты так только драться научился?..
Они стояли, прислонившись к забору, и тяжело дышали. Трели милицейских свистков уже давно стихли.
Девушка приблизилась к Андрею вплотную, и с испугом отшатнулась.
— Господи! У тебя лицо все в крови!.. Подожди секунду!..
Она порылась в своей сумке и, достав оттуда чистый носовой платок, осто-рожно приложила его к голове юноши.
— Подержи так. А вообще надо обязательно рану промыть и обработать, не то загноится… Ну как ты отделал компанию Листратова! Просто загляденье!.. Ты сам откуда?
Андрей шумно выдохнул из себя воздух. Тело ломило.
— Ничего… Пройдет! — с трудом разлепил он запекшиеся губы. — Тебя как зовут?
— Лена. А тебя?
— Андрей…
Он отнял ото лба платок и поднес его к глазам. Кровь уже почти не шла.
— Ладно, Лена, я пойду, пожалуй…
Он прошел несколько шагов, но ноги слушались плохо, он споткнулся и чуть не упал.
Лена вскрикнула и, подбежав, подхватила его под руку.
— Постой! Куда ты? Я тебя так просто не отпущу!
Их глаза встретились. Только сейчас Андрей полностью рассмотрел лицо де-вушки. Оно было красиво. Большие, серо-голубые глаза под пушистыми, загнутыми вверх длинными ресницами, маленький, слегка вздернутый носик, на левой щеке небольшая круглая родинка. И ни грамма косметики, которую уже лет с пятнадцати вовсю начинали использовать современницы Андрея.