Чтение онлайн

– Так чего мы все ждем? За дверьми творится черти что, а Дрейк знает, как избавиться от волчьей оболочки. Амелия, ты говорила, что скоро могут вернуться Энзо и Кая с твоими братьями, почему бы нам не приступить? – проронила Нина.

Дрейк хмыкнул:

– Я очень рад твоему оптимизму, дорогая Нина, но, во-первых кто такие Энзо и Кая? А во-вторых, я вообще не помню, как именно из меня изгоняли волчью оболочку.

Амелия резко шлепнула его по руке. Он шикнул на нее:

– Эй, больно!

– Ты что, издеваешься? Как это, не помнишь?

– Да я тогда мелким был! В Японии это частая практика – там это делают давно, и кто хочет остается

волком, кто не хочет – не остается. Жаль это тебе сообщать, но я правда не помню весь тот опыт, что надо мной проводили. Ну а тату была данью прадедушке, который остался волком. У каждого последующего поколения нашей семьи есть такой рисунок на руке, но сам-то я и дня в теле волчьем не помню. Так кто такие Энзо и Кая?

Кая. Имя было ему знакомо – неужели это та самая Кая, по которой Виль с ума сходил?

– Обычные люди, которые вроде как сначала пытались поджечь их хижины в Патрии, а теперь на их стороне, – ответила ему Нина.

– Чего блин?! – удивился Дрейк.

Завидев, как Амелия начинает идти кругами по кафе, как сумасшедшая, явно потрясенная информацией, Демьян складывает руки на груди и спрашивает сам:

– А ты как понял, что Виль – полуволк?

– Да это, вроде как, сразу понятно было, – пожал плечами Дрейк, – До поздна не работал, вечно негодовал когда читал «Супер-оборотней», ничего не говорил про свою семью, хотя я спрашивал. Классика.

Амелия вмешалась:

– Итак, что мы имеем на данный момент: Дрейк – в прошлом полуволк, на родине он лишился оболочки, но не помнит, как. Родители Демьяна там, снаружи, готовы прорваться в Патрию, как и многие другие. Нина все это время была девушкой моего брата, из-за которой он, оказывается, в первую очередь хотел сбежать из дома и врал нам о многих вещах. Энзо и Кая сейчас освобождают моих братьев и Шону, но я понятия не имею, жив ли хоть кто-нибудь из них сейчас или нет, потому что план Энзо и Каи мне неизвестен, но я уверена, что он очень, очень рисковый. На улицах почти нет сторонников Патрии, я боюсь, что не делаю ничего полезного, хотя очень сильно, очень сильно пытаюсь разобраться...

Девушка опустилась на колени и закрыла ладонями лицо. Все затихли. Демьян подошел к ней почти сразу, почувствовав приближение истерики. Нина тоже встала, Дрейк заметил в ее глазах блеск слез, и вот уже все они стояли вокруг Амелии, позволяя ей, и себе, перевести дух. Дрейк громко выдохнул и прошел рукой по волосам, Нина негромко всхлипывала, Демьян гладил Амелию по спине. Спустя минуту девушка поднялась, открыла глаза, с удивлением Дрейк отметил, на щеках не было дорожек от слез, и глаза были сухими. Она не плакала. Она сломалась. Точнее, надломилась, но даже в этот момент девушка не позволила себе раскиснуть, даже в этот момент она, кажется, размышляла.

Может, она и не такая дурочка, какой Дрейк посчитал ее в самом начале.

Вдруг, тишину разбавил звонок телефона. Все поверунись туда, откуда доносился звук. Амелия побежала на кухню, и ахнула, когда посмотрела на экран.

– Это Энзо! – осведомила она их о звонящем. Это имя значило только одно для Дрейка. Новости.

Сумасшедшая женщина с фамилией Рекс вопила на весь лес.

Ее крики были слышны даже тогда, когда Энзо и Кая углубились в Патрию, оставив позади главную дорогу, и протаптывая тропинку со склона вниз, к хижинам. Пришлось вилять меж деревьев, пару раз получать ветками в лицо, но свежие царапины не болели

так сильно, как уши от вопля Миссис Рекс. Конечно же, Энзо знал, кто она такая. Демьян был копией своей матери – только характером поспокойней, что кстати не делало его меньшим придурком. Она стоит тут дольше всех, успела дать пару интервью телеканалам и поскандалить с полицейскими со своим мужем за компанию, в общем, стала, вроде как, лицом движения против Патрийцев. Энзо эта картина только забавляла. Быстро же они переобулись – сначала навыдумывали себе небылиц, отдали детей на воспитание Патрийцам, а теперь, когда те стали диктовать свои правила – вышли на бунт. А не плевать ли вам было на детей с самого начала?

Пришлось ползти, чтобы головы не выглядывали из-под кустов, когда пред ними выросли хижины полуволков. Первое, что заметил Энзо – непонятную несобранность. Какую-то нервозность, которую можно было ощутить в воздухе. Он посмотрел на Каю – та ждала его сигнала.

– А они нервничают, – отметил вслух Энзо.

– Разве? – глянула на него Кая, – А мне кажется все как обычно, если ни учитывать пленных в одной из хижин.

– Да нет же, они переживают. Даже боятся. Думаю, сейчас они более уязвимы.

Кая нахмурила темные брови:

– Одни собирают растения, вот пустошь и лавочки советников, где был еще живой Ник, кстати, которого мы отследили. Наоборот, они сейчас спокойны, как никогда.

Она неправа. Энзо чувствовал непонятную связь и не мог описать ее – что-то тягучее и неприятное, словно стоишь у края горы и думаешь, что от одного лишь шага сейчас зависит будешь ты жить, или нет.

Ему стало больно. Энзо резко схватился за голову, боль была похожа на иглы, что вонзались в виски. Он ощутил голод, кажется, он был ранен. Ему стало жарко и тоскливо, а в сознании – туман.

Вдруг в голове послышался голос:

«Мы здесь, Приц. Хижина Кларо. Ты знаешь, где она».

– Черт! – выругался он вслух.

Кая уже лежала рядом, взволнованно глядела ему в лицо и схватила за руки.

– Что с тобой? Что не так?

Боль тут же отступила. Мысли прояснились. Туман рассеялся. Он выдохнул.

– В хижине Кларо, – хрипло произнес он, вряд ли она расслышала его шепот.

– Что ты почувствовал? Что-то обострилось?

– Голос Дэна. Я услышал чертов голос Дэна, – Энзо выпустил свою руку из ее и сжал пальцами виски.

Точно также этот гад заставил его прийти сюда и сжечь хижины Патрии. Теперь сомнений не было – он действительно заставил его. Сейчас Энзо захотел встать и чем бы это ему не стоило спасти Запансов – но он знал, теперь он знал, что это не его желание. Это было желание Дэна.

Он управлял его мыслями. Он управлял его желаниями.

– Держи меня и не позволяй вырываться, – приказал он Кае, – Он заставляет меня прямо сейчас ворваться в хижину и освободить их. Но сейчас не время. У нас другой план и я уверен, что в разы лучше его.

– Хорошо, – без лишних расспросов кивнула Кая, чуть приподнялась, но так, чтобы ее темная макушка все еще оставалась невидимой для Патрийцев и сжала его запястья сзади, чуть ли не вонзаясь в них ногтями.

Энзо понимал, что сейчас, наверное, не время спрашивать, но не смог удержаться:

– Почему ты не остановила меня, когда я шел сжигать их хижины? Почему ты думала, что я на такое способен? – прошептал он, не спуская глаза с хижины Кларо.

Кая, кажется, перестала дышать.

– Я боялась, что ты наделаешь глупостей.