Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Было бы неплохо взглянуть на нее, — задумчиво говорит Виктор.
— Да, Ракель, ты знаешь, где она сейчас? — неуверенно спрашивает Скарлетт.
— Карточка у меня, — сообщает Ракель. — Я попросила тех людей отдать ее мне, сказав, что мне нужно показать эту вещь знакомому полицейскому.
Ракель бросает взгляд на Терренса с Эдвардом, все еще стоящих вместе напротив кровати.
— Терренс, можешь подать мою сумочку, пожалуйста? — просит Ракель, указав на письменный стол. — Ты ближе стоишь. Вон та черная.
Быстро осмотревшись вокруг, Терренс берет с письменного стола
— Спасибо. — Ракель раскрывает свою сумку и начинает в ней рыться. — Она где-то здесь…
А спустя пару секунд Ракель достает из нее пластиковую карточку, на которой написаны информация о ее владельце.
— Нашла! Вот она!
С этими словами Ракель протягивает Виктору карточку, которую тот внимательно рассматривает, пока Наталия, Анна, Даниэль и Питер подвигаются поближе, а Эдвард и Терренс подходят к кровати.
— Хм, здесь написано, что карточка принадлежит Лютеру Винчестеру… — задумчиво отмечает Виктор. — А срок действия заканчивается уже через пару месяцев.
— Это же та самая гнида, которая чуть не утопила Хелен… — задумчиво отмечает Питер. — Его зовут Лютер…
— Думаю, нам не составит труда получить досье на владельца этой карты. Для этого нужен всего один запрос в банк, где есть вся необходимая информация.
— А он не был фигурантом какого-нибудь дела? — уточняет Даниэль.
— Э-э-э… Нет, насколько я помню. Но я могу и ошибаться, потому что за годы своей карьеры раскрыл сотни, если не тысячи дел разной степени тяжести.
— Значит, есть шанс, что этот гад может проходить по какому-то делу? — заключает Эдвард.
— Я попробую переговорить со своими коллегами и обратиться к архивам. Но скорее всего, этот Лютер нигде не святился. Обычно какие-то имена кажутся мне знакомыми, даже если я уже не помню деталей дела. Но имя Лютера Винчестера мне не знакомо.
— А имя Маркуса Лонгботтома? — неуверенно спрашивает Скарлетт. — Вы что-нибудь знайте о нем?
— А вот с ним все совсем иначе, — уверенно отвечает Виктор. — Я очень хорошо помню дело Маркуса Лонгботтома. Точнее, помню все совершенные им убийства, некоторых из которых поражали своей жесткостью даже людей с очень крепкой психикой.
— Я так понимаю, в то время вы уже работали в полиции? — задумчиво спрашивает Анна.
— Да, почти тридцать лет назад я только пришел туда работать, едва окончив учебу в школе полиции. Начинал с офицера, самого низшего звания. Но уже тогда мне довелось ознакомиться с материалами данного дела и даже съездить на несколько мест преступления, где были обнаружены трупы жертв Маркуса.
— Мы с ребятами недавно нашли целую статью об этом человеке, — признается Наталия. — И пришли в ужас от того, насколько все его преступления были жестокими.
— И самое ужасное – этого Маркуса так и не смогли поймать. Точнее, полиция не смогла установить, что это именно он убил всех этих несчастных людей. Хотя некоторые свидетели помогли составить фоторобот именно этого человека.
— Да уж, он слишком хорошо скрывал следы, — хмуро бросает Терренс. — Все знали, что это было дело рук Маркуса, но никто не
мог ничего доказать.— Верно, но без веских оснований полиция не могла его задержать. Этот Маркус не просто строил из себя милого и пушистого, но еще и обеспечивал себя железным алиби.
— А вы случайно не знайте ничего про его жену Джулию? — интересуется Ракель. — Ведь насколько мы знаем, она куда-то пропала в начале девяностых годов, а Маркус очень спешно переехал в другое место в девяносто третьем году.
— Нет, про его жену я ничего не знаю, хотя мне точно известно, что он действительно был женат. Их соседи хорошо отзывались об этих людях и считали их образцовой семьей. Странность была только в том, что эта самая Джулия вела себя очень зажато и отказывалась проводить время с соседями без сопровождения мужа. С ним эта женщина ходила куда угодно, но без него предпочитала сидеть дома.
— У нас есть предположение, что Маркус мог ее убить, — признается Даниэль. — И именно поэтому он так спешно собрал вещи и куда-то уехал.
— Да, ситуация с пропажей его жены и правда кажется мне очень странной. К сожалению, никто так не смог ее найти, а соседи в какой-то момент вообще перестали ее видеть и слышать. Так что велика вероятность, что она стала очередной жертвой Маркуса.
— Ну знайте, я нисколько не удивлюсь, если жертв на самом деле куда больше, — хмуро бросает Питер, скрестив руки на груди. — Вдруг он закопал где-нибудь еще парочку трупов. Или вообще сжег какие-нибудь и избавился от праха.
— Не исключено, — поглаживает подбородок Виктор. — Так или иначе это дело до сих пор считается нераскрытым, а вина Маркуса во всех этих зверских преступлениях не установлена.
— Ничего, в этот раз Маркус отправится за решетку, — уверенно заявляет Ракель. — Не ответит за все те убийства – ответит за похищение Хелен и все попытки покушения на Питера.
— Но опять же нам придется это доказать. Несомненно, как и в прошлый раз, Маркус будет всячески изворачиваться и делать вид, что он здесь не причем. А нужны такие доказательства, против которых он и слова не может сказать.
— И что вы предлагайте нам делать? — разводит руками Скарлетт. — Ждать, пока этот гад захочет убить мою внучку?
— Для начала нужно установить хотя бы примерное местоположение Хелен. А когда у нас это получится, то мы уже будем думать, как ее спасти.
— Требований о выкупе точно не будет, — предполагает Наталия. — Маркус похитил ее не ради денег.
— Но какой-то сигнал он рано или поздно пошлет.
— Ага, пошлет… — низким голосом произносит Питер, отведя взгляд в сторону. — Когда он уже расправится с ней. И захочет показать мне ее труп.
— Упаси господь! — громко ужасается Скарлетт, приложив руку к сердцу.
— В любом случае если Маркус пошлет хоть какое-то сообщение, то вы должны немедленно сообщить мне об этом, — спокойно говорит Виктор.
— Даже если он не скажет ничего путного и будет в очередной раз рассказывать, как сильно мечтает закопать нас с ней в землю?
— Сейчас важна любая деталь. Так что советую прислушиваться к каждому его слову. Ведь в них может быть скрытый намек на ее примерное положение.