Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Кстати, Терренс, я тут недавно разговаривала с твоим отцом по телефону. Должна признаться, он был довольно взволнован …
— Ты прекрасно знаешь, что мне неприятно говорить об этом человеке, — более низким голосом говорит Терренс. — Я ни за что не встречусь с ним, даже если к моей голове приставят пистолет.
— Ох, сынок, прошу тебя, прекрати быть таким упрямым, — устало вздыхает Ребекка. — Почему бы тебе просто не поговорить с отцом? Я же не прошу тебя простить и полюбить его. Хотя бы просто поговори с ним. Ты должен выслушать его и узнать кое-что
— Я ничего не желаю про него слышать. Мне даже стыдно называть этого человека своим отцом. И во время своего разлада с Ракель меня сильно трясло от мысли, что я могу поступить так же, как он. Я буквально начал нападать на невинную девушку и перестал контролировать себя.
— Я все прекрасно понимаю, дорогой, но как бы сильно ты ни противился этому, тебе нужно поговорить со своим отцом. Он расскажет тебе обо всем, что между нами произошло, и почему сбежал из нашей семьи.
— А что он может сказать? Мне будет противно, когда он начнет смотреть на меня жалостливыми глазами и оправдываться передо мной за свой омерзительный поступок. За то, что он долгое время бил тебя, а потом бросил с одним ребенком на руках и забрал другого… Разлучил его и нас с тобой, а потом сделал на стороне еще двоих детей… Я и так все знаю и не нуждаюсь в объяснениях!
— У этого всего есть причина. И ты обязан ее узнать.
— Нет, мама! — резко отрезает Терренс. — Извини, но я не хочу разговаривать с человеком, который так жестоко поступил с нами. Ты не заставишь меня переступить через себя и встретиться с тем, кого по праву можно назвать предателем.
— Прошу тебя, Терренс, хотя бы выслушай его. Я прошу только об этом. А потом можешь отворачиваться от него, если его аргументы не убедят тебя.
— Пожалуйста, оставь все эти попытки уговорить меня. Я не хочу и не буду встречаться с тем, кто предал меня, тебя и моего брата. Которого мы можем вовсе и не найти. Ибо у нас нет никакой информации о нем.
— Не будь таким категоричным… — с жалостью во взгляде умоляет Ребекка. — Все совсем не так, как ты думаешь…
— Я все сказал, мама.
Ребекка тяжело вздыхает с грустью во взгляде, пока Эдвард смотрит на нее и Терренса и, слегка нахмурившись, вспоминает свои годы, проведенные с отцом, который всегда относился к нему как к пустому месту и своим поведением вынудил его уйти из дома в юном возрасте.
— Простите, а у вас и правда нет никаких новостей по поводу вашего младшего сына? — неуверенно интересуется Эдвард.
— Нет, к сожалению, — спокойно отвечает Ребекка. — И где нам искать моего сыночка – неизвестно.
— Как жаль… — Эдвард на секунду отводит взгляд в сторону. — Но я уверен, что вы его обязательно найдете.
— Не знаю, Эдвард, у меня уже давно нет такой надежды.
— Но мы не сдадимся! — уверенно заявляет Терренс. — Да, в последнее время я как-то мало об этом думал, ибо больше был занят своими делами. Однако вскоре я начну думать над тем, что мы можем сделать.
— Сделать это будет непросто… — задумчиво говорит Эдвард, скрестив руки на груди. — Не имея никакой информации и общих знакомых.
— Ничего, значит, найдем частного детектива. Заплатим ему хорошие деньги и попросим что-нибудь разузнать. Уверен, что для него это не составит никакого труда.
— Не думай об этом, Эдвард,
это уже тебя не касается, — мягко говорит Ребекка. — Мы уж как-нибудь сами разберемся. А тебе лучше подумать о том, как восстановить свое общение с родителями. Помириться с папой и найти свою маму.— Я к этому не стремлюсь, — хмуро заявляет Эдвард.
— Твой отец наверняка все эти годы не находит себе места и переживает, что ты ушел из дома и перестал с ним контактировать.
— После того, как он надавал мне пощечин и прогнал меня из дома? — Эдвард тихо хмыкает. — Да я лучше бездомным и безработным буду, чем буду жить с человеком, который отыгрывался на мне в случае каких-то неудач.
— Ох, Эдвард… — окинув усталым взглядом всю гостиную, тихо стонет Ребекка. — Не бери пример с моего упрямого сыночка и не будь так категоричен.
— Послушайте, миссис МакКлайф, я не буду отрицать, что моя ненависть к моему отцу чуточку меньше, чем у Терренса – к его. Даже если он никогда не любил меня, считал своей обузой и ненавидел из-за чего-то, что напоминало ему о прошлом. Но мне совсем не хочется встречать его и слушать оправдания своим омерзительным поступкам. Жизнь на улице оказалась очень суровой и тяжелой, но я счастлив , что принял одно из самых лучших решений в своей жизни.
— Если ты и твой друг встретитесь с ними, то им несомненно будет что вам сказать. И после разговора с ним вы уже будете настроены не так категорично.
— Я тебя не понимаю! — восклицает Терренс. — Почему ты так яростно защищаешь этого человека и пытаешься обелить его? Да, может, ты все еще любишь его, но после того что он сделал о любви нужно забыть . Такой человек, как он, никогда не изменится и не станет лучше.
— Ты не знаешь всей истории, Терренс. И твой отец готов рассказать ее. Я защищаю его, потому что понимаю причины его поступков. Да, он поступил ужасно, но Джейми не такой монстр, каким ты пытаешься его выставить.
— Действительно, миссис МакКлайф, не надо заставлять Терренса делать то, что он не хочет, — уверенно говорит Эдвард.
— Эдвард…
— Сбежал бы хороший человек от своей семьи, зачем-то забрав своего второго ребенка? Который, как я понимаю, вряд ли знает, что у него есть брат. Лично я бы никогда не поступил так подло и буду искренне любить своих детей, когда они у меня появятся.
— Ребята, неужели вы так и будете бегать от ваших родных людей свою жизнь? Они вам совсем не чужие! Они – ваши отцы! В вас течет их кровь. Вы – их отражение в том возрасте, в каком находитесь сами. Да, эти мужчины далеко не идеальны и сделали массу ошибок. По крайней мере, я признаю все ошибки Джейми и готова с ними смириться. Но ваши отцы навсегда останутся вашими отцами, как бы сильно вам ни хотелось сделать вид, что это не так.
— Извини, мама, но я не желаю ничего слышать про этого человека, — приподняв руку ладонью к Ребекке, низким голосом говорит Терренс.
— Я тоже, — хмуро произносит Эдвард. — Пожалуйста, больше не говорите нам про этих людей. Ни меня, ни Терренса не волнует то, что они хотят сделать или сказать. Пусть говорят все это своим женам и младшим детям, раз они им намного дороже.
— Ох, мальчики, ну почему вы такие упрямые и не хотите сделать то, что будет верно? — с усталым стоном проведя руками по своему лицу, задается вопросом Ребекка.