Викинг
Шрифт:
— Помочь одеться? — усмехнулся Гор, держа в руках одежду.
Мэри замотала головой и Гор кинул ей штаны и тунику. Мэри их схватила, разглядывая явно не свои вещи, не зная как одеться, ведь Гор продолжал смотреть на неё.
— Одевайся, или пойдёшь так, — Гор скинул с неё покрывало.
Мэри ни когда ещё не одевалась так быстро, как сейчас. Когда она была готова они вышли, и тут она поняла, что они находятся далеко от замка, его стен уже не было видно, на пути к морю к кораблям викингов. Армия викингов была намного больше, чем она предполагала. Все были в сборе, и готовы продолжить путь, викинги были воодушевлены от скорого возвращения домой. Неужели она так много проспала? Ей срочно нужно было придумать, как сбежать, потому что море уже виднелось на горизонте, до него оставалось пол- дня пути и они навряд ли уже будут останавливаться, тогда Мэри охватила паника. Гор, почувствовав её настроение, не спускал с неё глаз, пока лагерь не собрался и его армия викингов не была на готове. Гор привязал лошадь Мэри к своей, первым оседлал своего коня и подал Мэри руку, предлагая свою помощь, но она проигнорировала его помощь, легко вскачила на лошадь и с вызовом посмотрела Гору в глаза. Гор тут же подстегнул своего коня и весь отряд галопом двинулся в путь. Всё время Мэри думала о двух вещах, что было между ней и Гором и как
Гор скакал впереди всей армии, которая поднимала столб пыли из под копыт лошадей. После нескольких часов Мэри чувствовала, как эта пыль въелась в глаза, рот, нос, как она слоем покрыла её лицо и волосы, и когда Гор замедлил ход, то была рада, думая, что он собирается сделать остановку. Но Гор и не думал останавливаться, они продолжали путь, при этом Гор всё время осматривался по сторонам. Между ним и его воинами произошёл молчаливый разговор, они понимали друг друга без слов. Все были насторожены, держа наготове мечи. Мэри тоже стала оглядываться и заметила небольшую группу всадников, которая держалась поодаль. Один из этой группы двинулся отдельно от своих в сторону армии Гора. В руках у него был белый флаг и Гор остановился, ожидая его. Когда всадник был совсем близко и Мэри смогла разглядеть знакомый ей герб на его щите, то от радости было дёрнулась в его сторону, но Гор схватил её лошадь за поводья, резко тормозя её, и передал поводья другому воину.
— Я перережу ему горло, если ты вздумаешь хоть дёрнуться с этого места, — предупредил её Гор.
Затем он и несколько викингов поскакали навстречу всаднику. Мэри вглядывалась в группу всадников, которые стояли подальше от них, она старалась разглядеть среди них отца. Мэри была в нетерпении, и её лошадь, почувствовав волнение Мэри, тоже вела себя неспокойно, она фыркала, ржала и била копытом по земле. В это время Гор и его сопровождение встретились с всадником, который всё время показывал рукой в её сторону. Мэри внимательно следила за их переговорами, лошадь уже не стояла на месте, она принялась вертеться вокруг, из-за чего Мэри пришлось крутить головой. И когда переговоры закончились и они разъехались, Мэри следила за удаляюшимся всадником, а вместе с ним удалялась и последняя надежда. Ей что-то подсказывало, что они так и не договорились, потому что по оглядывающемся назад всаднику, Мэри поняла, что он явно не доволен. Неужели это всё? До кораблей оставалось совсем немного, лишь подать рукой, за это время отец явно не успеет собрать подмогу, а армия викингов во много раз превышала армию отца, поэтому у них не было шансов. Мэри провожала взглядом всадника и её сердце рвалось туда. Этот порыв был настолько сильным, что лошадь неожиданно встала на дыбы, вырывая поводья из рук викинга, и ринулась вперёд. Мэри, почувствовав кураж, схватила поводья, подстегнула лошадь и они со всех сил бросились прочь. Викинг от неожиданности не сразу бросился в погоню, Мэри этого было достаточно, чтобы ощутить азарт, свежесть ветра, чувство свободы. Остальные викинги тоже не поняли, что произошло, только Гор сразу бросился в погоню за Мэри, но она казалась не скакала, а летела, её лошадь как будто и не касалась земли, и Мэри всё таки удалось оторавться от Гора. Навстречу ей уже спешили всадники, и среди них Мэри узнала родное лицо отца, они уже были так близко, что ещё немного и она сможет обнять его, как вдруг её лошадь подкосилась и упала на бок, зажав Мэри ноги, что она даже не смогла встать. Лошадь была уже мертва, из её шеи торчала стрела, попавшая точно в артерию. Мэри посмотрела назад, там её настигал Гор и ещё несколько преследователей. Она видела искажённое от ярости лицо Гора и принялась яростно пытаться освободиться, но безуспешно. С другой стороны к ней торопился отец со своим небольшим отрядом, они были совсем близко, что Мэри смогла разглядеть тревогу на его лице. Обе стороны были настроены враждебно и воинственно, каждый был готов вступить в смертельную схватку. Мэри почти было удалось освободиться, когда Гор и её отец одновременно добрались до неё, но Гор оказался проворней, он прямо на ходу соскочил с коня и преградил путь к Мэри, закрыв её собой.
— Отпусти мою дочь! — то ли просил, то ли требовал Вильям, отец Мэри, — сколько ты хочешь, назови любую цену. Ты получишь всё, что хочешь.
— Я уже взял сколько нужно, мне большего не нужно, — Гор не собирался отпускать Мэри ни за какие деньги.
— Если тебе не нужны деньги, тогда возьми меня вместо неё, — Вильям Уилдборн был готов на всё ради своей любимой дочери.
— Я не торговец, я воин, — Гор решительно стоял на своём, — поэтому я не торгуюсь.
В это время к нему подоспели остальные викинги, они окружили немногочисленный отряд, держа их под прицелом стрел, луки которых были натянуты до предела, лишь одно неосторожное движение и викинги положат всех до одного, не моргнув и глазом. Но Вильям Уилдборн готов был отдать жизнь за свою дочь, он обнажил меч и кинулся на Гора, его воины последовали за ним и тоже ринулись в атаку, и сразу засвестели стрелы викингов, но отец Мэри со своими воинами тут же прикрылись щитами. Викинги сжимали их в кольцо, пока те не оказались прижаты спина к спине, но они всё равно не собирались сдаваться. Викинги кружили вокруг них на своих конях, что их нельзя было достать. Мэри понимала, что викинги разделаются с отрядом её отца за пять минут, тогда она предприняла ещё попытку освободить ноги. Мэри, что было сил, приподняла, как смогла, тело лошади, не обращая внимание на боль в ногах, пытаясь вынуть их из последних сил.
— Ну давай же! — выкрикнула Мэри.
Она злилась от бессилия на саму себя, что из-за неё может погибнуть отец и ни в чём невинные люди, тогда она приложила последние оставшиеся силы, чтобы хоть немного сдвинуть лошадь, и по чуть-чуть, по маленьку, еле-еле, Мэри всё таки удалось выбраться. К этому времени викинги уже пробили оборону и появилась первая кровь, сам Вильям Уилдборн тоже был ранен, но он казалось и не заметил этого. Он и Гор схватились в мёртвой схватке, лязг металла громом звучал вокруг Мэри, его скрежет резал всё её нутро. Она бросилась к отцу и успела вцепиться в руку Гора, которая зависла в воздухе в последнем и возможно смертельном ударе.
— Не надо, я пойду с тобой, — Мэри готова была на коленях просить, — к чему тебе эти жертвы.
— Мэри, одумайся! — выкрикнул Вильям.
— Ты ведь всё равно уже победил, — не дала договорить Мэри, — оставь им жизнь, прошу тебя.
Мэри встала на колени перед Гором. Викинги остановились, ожидая приказа Гора, что наконец-то вокруг воцарилась тишина.
— Мэриам Уилдблрн, ты не должна просить за меня, — Вильям был в отчаянии, — немедленно поднимись с колен.
Гор одной рукой поднял Мэри с колен, другой держа меч у горла Вильяма Уилдборна,
который хотел подойти к Мэри, но упёрся в меч.— Вашей дочери будут оказаны все почести, достойные леди.
Гор дал знак и ему подвели коня, он первым вскачил на коня, затем подал руку Мэри и она, не глядя на отца, быстро забралась на коня Гора. Мэри так и не обернулась, чтоб отец не видел её слёз. Возможно она больше никогда не увидит ни его, ни мать. Мэри старалась сдержать поток слёз, она подставила лицо навстречу ветру, чтобы он высушил их. Мысленно Мэри прощалась с родителями, с родной землёй, с этими местами. Она и не заметила, что осталась без плаща, но когда они приблизились к берегу моря, то подул холодный морской ветер и её забила мелкая дрожь то ли от холода, то ли всё таки от страха, потому что перед ней открылся вид необъятного и холодного моря, которое было покрыто кораблями, такими же величественными и грозными, как само море. Сзади к ней прижималась холодная сталь кольчуги Гора, отчего Мэри почувствовала холод ещё сильнее. И когда они наконец-то добрались к самому морю и спешились на землю, то её зубы уже отбивали дробь. Она и не заметила, как Гор накинул на неё меховой плащ, она завороженно смотрела на огромные корабли, Мэри ещё ни разу не приходилось выходить в открытое море. Викинги сновали туда- сюда, перенося всё в лодки, всех лошадей они распустили. Со всех сторон слышались громкие возгласы викингов, возглашающих о скором прибытии домой. Некоторые лодки, нагруженные сундуками, уже отчалили от берега, удаляясь в сторону кораблей, превращаясь в маленькую точку. Мэри как только представила себе, что окажется там, на лодке, которую запросто может поглотить море, то её ноги отказывались идти дальше, они словно вросли в землю. Тогда Гор взял Мэри на руки и понёс её к лодке. Мэри не сопротивлялась, она вцепилась в плечи Гора, держась за него, как за спасительную соломинку. Гор усадил Мэри в лодку и сам сел рядом, в лодке было ещё шесть гребцов, которые рьяно взялись за вёсла и, напевая какую-то песню, дружно принялись грести. Пока они плыли, Мэри старалась держаться поближе к Гору и как можно дальше от края лодки. С каждым взмахом вёсел, корабли становились всё больше и больше, и когда их лодка стукнула об борт корабля, Мэри пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на него. Она чувствовала себя букашкой по сравнению с ним. Ей пришлось подниматься на корабль по верёвочной лестнице, а сзади за ней тут же следовал Гор. Мэри старалась быстрее шевелить руками и ногами, она облегчённо вздохнула, когда наконец взабралась на корабль. С верху вид был ещё более захватывающий. Перед ней словно был весь мир на ладони, впереди было безграничное владение моря, а с другой бескрайние просторы её родных земель.
Гор привёл Мэри в свою каюту, это была наверное самая большая каюта на этом корабле. Мэри до сих пор не могла согреться, она не снимала с себя меховой плащ.
— Будет довольно холодно, — заговорил Гор, — в углу стоит сундук, там ты найдёшь всё необходимое для себя.
Мэри сидела молча, осознавая суровую реальность того, что теперь все пути отрезаны. Гор быстро переоделся, больше ни чего не сказав, и вышел. Мэри так и осталась на прежнем месте, в прежней позе. Она не видела смысла дальнейшего существования, она не сможет жить, просыпаться и радоваться свету на чужой стороне, там она всегда будет чужой, а они навсегда будут для неё врагами. Для чего тогда ей вообще нужна такая жизнь? В этой неподвижной позе её и застал Гор, когда вернулся со служанкой для Мэри. Он задумчиво посмотрел на Мэри, что-то сказал служанке и вновь вышел, оставив их вдвоём. Служанка подошла к Мэри, которой было всё равно, что с ней делают, распустила волосы и принялась расчёсывать их.
— Не стоит так отчаиваться, леди Мэриам- произнесла она.
Мэри оживилась, узнав голос, и подняла наконец голову.
— Агна!? Это ты? Даже не знаю, радоваться этому или сожалеть.
— Со мной всё в порядке, — Агна на вид совсем не казалась огорчённой тому, что оказалась здесь.
— А Фрида? Берта? Где они?
— Фриде каким-то чудом удалось таки тогда сбежать, — рассказывала Агна, — а Берту сэр Вольфрад сам оставил в замке, чтоб она смогла позаботиться о Доре, ну той девушке. Сэр Гор Вольфрад не такой уж и изверг, каким Вы его считаете, он пожалел бедную Дору. Со мной тоже он хорошо обходится, послал меня к Вам, теперь вот я буду Вам помогать.
Мэри конечно была рада присутствию Агны, но боль разлуки с родителями ещё была очень свежа и ни что не могло её заглушить. Агна всё что-то болтала, её речь была монотонной и действовали на Мэри усыпляюще, что глаза Мэри стали смыкаться.
— Я Вас утомила совсем, леди Мэриам, хотите прилечь? — спросила Агна.
— Нет, принеси мне пожалуйста воды, погорячей и побольше, я хочу смыть с себя эту пыль, — устало сказала Мэри.
Агна тут же вышла и быстро вернулась обратно, но уже с вёдрами горячей воды, и так несколько раз, пока не заполнила купель водой. Мэри отпустила Агну, ей хотелось побыть одной, она с наслаждение погрузилась в уже тёплую воду, вспоминая, как давно она мылась в последний раз. Мэри вытянулась во весь рост. Да, наверняка эта каюта была самой большой из всех, раз вмещала такую огромную купель. Только теперь она наконец-то смогла немного расслабиться, Мэри смыла с себя всю дорожную пыль и её кожа задышала свежестью. Она закрыла глаза, ощущая блаженство, как раньше, дома, она так же нежилась в благоухающей цветами воде. Мэри не торопилась выходить, пока к ней не зашла Агна. Она подала Мэри чистую одежду, помогла высушить волосы и принесла ужин.
— Посиди со мной, — сказала Мэри стоящей в стороне Агне, — составь мне компанию.
— Сэру Вольфраду это может не понравиться, — скромно ответила Агна.
— Ты ведь совсем недавно говорила, что он не так уж и страшен, — напомнила Мэри слова Агны.
Та потупила взор, так и не решаясь сесть рядом с Мэри.
— Садись, — строго сказала Мэри, — мы с тобой здесь равны. Ни к чему все эти условности.
Она заставила Агну сесть за стол. Агна сначала неловко чувствовала себя рядом с самой леди Мэри Уилдборн Винзборской, но очень скоро они уже вместе болтали, как старые знакомые. В основном говорила Агна, она рассказывала о своём нелёгком детстве, как она осталась сиротой, что ей пришлось браться за любую работу, чтобы прокормить себя. Мэри слушала её и голова медленно клонилась вниз, она плохо помнила, как оказалась в постели, и как только голова Мэри коснулась подушки, то она сразу впала в крепкий и глубокий сон. Она не слышала, как пришёл Гор и тоже бухнулся на кровать рядом с Мэри. И опять ей снился этот сон, как её ласкают руки Гора, как его горячие губы обжигали тело Мэри, как его язык вырисовывал неведомые ей узоры, от которых Мэри бросило в жар, она металась то ли в бреду, то ли в агонии страсти. Как вдруг всё разом исчезло и она вновь погрузилась в сон, в котором ей не хватало тепла. Мэри инстинктивно прижалась во сне к чему-то горячему и сильному, и ей было так тепло и спокойно, что она всю ночь проспала, не шелохнувшись, боясь потерять это чувство защищённости.