Чтение онлайн

Пальцы Виргинии осторожно прошлись по пластинам брони. Металл этих пластин невероятно крепок, но тогда, в том решающем сражении, уже внутри взятой штурмом десанта крепости, зенерский штык очень удачно попал в зазор между пластинами.

– Ну, дальше мне уже не по своей воле задержаться пришлось – в крепости меня ранили… К счастью, несмотря на то, что местная медицина под землян, мягко говоря, совсем не была заточена, меня вытянули. К тому времени Гелен как раз разобрался со всеми обнаруженными в летающей крепости пленниками – ну, идентифицировал по роду-племени, и мы с Аминтаниром начали развозить их по домам. Ну, не бросать же их было на Арнассии, что им делать там, у них дома родня и дела, и вообще некоторые даже арнассианским воздухом дышать бы не смогли… На бреммейрах, на последних, мы и споткнулись. Нас и до этого многие приглашали сесть на планету, про правительственные награды там всякие заговаривали, но мы всегда отказывались – дел ещё по горло, не до того. А тут согласились – они ж у нас последние, вреда не будет, если спустимся поглазеть, и им приятно, и нам интересно. Конечно, когда нас во дворец доставили, я сразу поняла, как там Бул-Була

собирается выразить своё восхищение и отблагодарить… Но, увы, поздно было. Жаль, да, что по видеосвязи сканировать невозможно, я б тогда этому жуку… Ну да что поделаешь. Ну да, попались, ну да, как дети малые… Должны б были, да, вспомнить и подумать, что эти бреммейры, которых мы везли домой, говорили что-то о неких тревожных тенденциях в родном мире. Но мы вообще-то мало поняли, мы только благодаря Гелену и вычислили, что это за мир вообще и где он, а с языком всё плохо было, ретрансляторы у нас для арнассианского были, один только бреммейр лорканский знал немного, но набор слов, мягко говоря, узкий, в основном для торговли, а не для бесед о сложностях внутренней и внешней политики. Вроде как, они отбыли для поиска иных миров незадолго до того, как Бул-Була узурпировал всю власть в мире, их отправляло другое государство, не то, где Бул-Була княжил или что он там делал. Но он уже тогда шёл к владычеству семимильными шагами. Тут тоже нас понять можно, думаю - ну, кто ж о конкурирующем государстве хорошо-то отзывается? А оказалось, это они преуменьшили даже… Я называю Бул-Булу тупым, и есть, за что, но вообще-то он не такой уж тупой, всё-таки он сумел очень хорошо выучить три инопланетных языка, его страна, за счёт торговли с иномирцами, очень возвысилась, точнее, он возвысился, стране-то мало что перепадало, всё то, что получал, он пускал в военную промышленность, и сперва все очень радовались - страна становилась самой сильной… Но скоро всем стало не до радости. Да, другие страны покорились им, ну а как тут не покориться, хорошо ж, когда добром просят, а если с инопланетными пушками придут? Да, он много всякой науки от своих торговых партнёров взял - как запугать всех своей военной мощью, как выкачивать все соки из родной земли, чтоб обменять на новые машины, ещё больше оружия… У них там отборная публика гостила. Отбросы трёх миров - Громахи, Адромы и Лорки. Некоторые вообще обосновались на Бриме, в качестве консультантов, потому что в родных мирах их если рады были видеть, то на плахе. Ну, у лорканцев те, кто торгует наследием древних в чьи попало руки, понятно, нерукопожатны, но кем надо быть, чтоб тебя выгнали с Адромы?.. И естественно, он стремился создавать как можно больше оружия сам, встать на ноги, как он сам это видел. Предстать тоже космической державой, хотя бы на уровне своих новых друзей. Колонии завести… А народ вот как-то перспектив не оценил. Народу жрать хотелось, а не горбатиться с утра до ночи на заводах, глядя, как их хлеб едят пришельцы. Усмирять недовольных оружием надоедало, так же скоро станет некому вкалывать-то… Вот он и придумал задействовать одну свою интересную покупку, машинку для промывки мозгов… Тут очень большое спасибо Аминтаниру, всё-таки я за это время лорканский и на троечку не выучила, а древнелорканский тем более, в основном все сложные разговоры он вёл. Он и объяснил, что в тюрьме мы не потому, что Бул-Була падла, хотя и поэтому тоже, а потому, что ему нужны те, кто знает лорканский, а лучше древнелорканский, чтобы помочь ему запустить эту самую машину, кстати, она с Лорки была – адское изобретение, которое убило её прежних обитателей… А Аминтанир же жрец, этот язык он не до совершенства, но знает… Из тюрьмы мы сбежали, к Сопротивлению попали, а там, опять же, уже само пошло. Ну а вот кто угодно на нашем месте – не обиделся бы, если б его в гости звали, настаивали, уговаривали – а потом в тюрьму посадили, требуя помочь, возможно, своими руками уничтожить целую цивилизацию? Тем более что, наше или не наше дело эти их внутренние разборки – хотя если меня спросить, то я вот лично считаю, что вполне моё, ибо нефиг тут – чтобы добраться до кораблей, в любом случае постараться пришлось бы… Так что, как-то и они мне, и я им рады были, и мы вполне нормально сработались, хотя языковой барьер первое время, конечно, мешал. Но когда вместе планируешь подрыв какого-нибудь склада или захват эшелона – язык в разы быстрее учится, чем со всякими нейролингвопримочками… И знаете, я понимаю, в ваших глазах это всё даже уже не мелкое хулиганство, и вообще так делать нельзя… Но ни о чём жалеть я не собираюсь, раз уж моя глупость меня туда занесла – у меня, конечно, там где-то мать, и мои собственные дела, за которыми я на Минбар летела… А у них свобода и жизнь. Так что, что вы теперь с нами ни сделаете – то есть, главным образом со мной, да, всё же заварила это всё я – в тюрьму посадите, оштрафуете, пошлёте на Пак’Ма’Ра в общественной столовой работать – уже не важно. Нет, не обещаю, что не сбегу…

Андрес беспокойно заёрзал в своём кресле.

– Знаете… Позвольте сказать… Я, правда, наблюдал далеко не всё из этого… Вот если б тут был этот Аминтанир или хотя бы Гелен, они б лучше рассказали… Но я так думаю, если вы её сейчас накажете – хотя понимаю, что порядок требует… дело даже не в том, что вас ни Брима, ни Арнассия не поймут… И вроде бы, что значат для огромного межрасового сообщества судьбы двух-трёх маленьких, отсталых миров, и тем более судьбы отдельных маленьких людей… А что этим мирам, что этим отдельным людям поступок Виргинии принёс только хорошее… Так, помолчи, пожалуйста!… Мы тоже очень много не самых печатных слов ей готовили, пока на Лорке настраивали сбитые их бегством системы наших кораблей, пока настраивали радар, чтобы поймать их след, пока летели за ними сперва к Накалину… Если б она не оказалась такой вот взбалмошной дурой – всё шло бы как шло, это верно, Арнассия сейчас была бы под владычеством зенеров, Бримы, наверняка, не было б уже как цивилизации, мы бы не попали в Колодец Вечности, лорканцы вернулись

бы к себе и продолжали свои бесплодные гонки за высшим совершенством, Виктор сел бы в тюрьму, а не умер, как герой… Скажите, кому от этого лучше бы было? Мы все могли бы сказать в своё оправдание, что на Бриме у нас другого выхода не было, кроме как вмешаться, но по правде, это тоже не вполне верно будет. Хотя удобно. Когда обстоятельства, вроде как, принудили тебя к тому, что и так нужно было сделать…

Деленн помолчала, обдумывая его слова. Виргиния смотрела на скорбные складки у её губ и сердце ей щемило от невысказанного, невыразимого сочувствия. Свалились же ещё они, именно сейчас, на её голову… Совершенно невольно, не отдавая себе отчёта, Виргиния коснулась её сознания…

Словно хрустальный звон разбивающегося ледяного кружева, в каждом бриллианте-слезе – своя надрывная, трагическая нота. «Как растопить Ледяной город» - вспомнила она пойманный в сознании Андо образ. Ледяной замок тает в беспощадном огне чужого солнца, опадает кипящими слезами на прозрачные плиты, прожигает в них кипящие дыры. Всё знали, всё понимали – но нельзя быть готовым, нельзя проглотить, пережить… Не проглотить столько слёз, не сдержать в себе столько горя.

– Вообще-то, прямо сейчас какое-то решение мы всё равно не смогли бы вынести. И дело даже не в том, что для полноты картины нам нужно опросить всех и дождаться ответов с Лорки, Бримы и Арнассии… Точнее, за Лорку отвечает Синдикратия, под протекторатом которой этот мир находится, а с Арнассией и Бримой у нас, сами понимаете, языковой барьер… Но сейчас приходится решать ещё… очень много всяких вопросов. Думаю, излишне просить вас не покидать Минбар до завершения расследования. Тем более что нам нужна вся полнота информации о новых контактах, а вы в этом отношении лучший источник.

Лаиса смотрела на уходящие в небо высокие шпили с нарастающим трепетом.

– Крисанто, ты куда меня привёз? Это же… как бы не главный храм города! Не слишком ли нескромно-то? Нет, что уж теперь, не разворачиваться же…

– Ну, это один из тех храмов, в которых я бывал чаще других, и хорошо знаю дорогу. Эти дни, кстати, в жизни храма особенные…

Поддерживаемая под руку Крисанто, Лаиса всходила по широким, истёртым множеством ног ступеням. Франсуа, пожав плечами, пошёл следом.

– Ой, мы, видимо, не вовремя… У них тут какая-то служба…

– У минбарцев вообще очень сложно с понятием «не вовремя». Считается, что если что-то привело человека именно сюда именно в этот момент – значит, в этом есть смысл.

– Ну, меня-то сюда ты привёл… Ладно, подожду, когда они закончат, и просто постоим перед статуей Валена. Думаю, этого с нас и довольно.

Процессия двинулась по центру в их сторону.

– Что это они несут, там, светится?

Голос Крисанто дрогнул от благоговения.

– Это трилюминарий, один из трёх, самых таинственных артефактов в религии минбарцев. Я говорил ведь, сейчас особенные дни в жизни этого храма. Дни, когда трилюминарий находится здесь. Раньше у простых людей едва ли была бы возможность его увидеть, но Деленн настояла, что этот символ света учения Валена… Светится?!

– Ну да, а это… разве так и не должно быть?

– Опять я что-то в лекциях пропустил, - прошептал Франсуа, - я думал, трилюминарий светящийся и есть, такой вечный фонарик без батареек.

– Да нет, только по особым случаям…

Свечение трилюминария заметили и жрецы. Один из них, видимо, главный, обратился к притихшей у колонн троице. Лаиса не поняла ни слова – обращение было на неизвестном ей диалекте адронато.

– Велят подойти.

Все трое шагнули к процессии, свечение мелкого предмета на высокой подставке в руках жреца стало ярче.

– Он говорит – им не казалось правильным явление трилюминария всем, потому что его свечение, проявляющееся лишь на род Валена, может дать кому-то мысль, что в одном может быть больше света Валена, чем в другом. Это было бы неправильно, совершенно не соответствует воле Валена особое выделение его потомков… Но если их вождям кажется, что явление древней реликвии – как приоткрытие завесы тайны над прошлым – сближает нас с предками, пусть будет так… Но совершенно немыслимо, чтобы трилюминарий засветился на кого-то из неминбарцев.

– Ну, по легенде, Вален ведь родился не на Минбаре, пришёл из космоса? Хотя как он умудрился родиться минбарцем в каком-то другом мире – это, конечно, хороший вопрос…

– Говорят, уже был случай, когда он светился в присутствии землян…

Жрец сделал Франсуа знак отойти подальше. Свечение трилюминария не изменилось.

– Да в общем-то, я и не думал, что это я… Что у меня общего с Валеном? Кроме того, что я рейнджер, конечно…

Жрец велел отойти Крисанто.

– Я? – Лаиса огромными глазами смотрела на светящийся предмет, - нет, это как-то… Может быть, он… ну, заглючил?

– Мария так Мария… - пробормотал Франсуа.

Жрецы обменялись с Крисанто несколькими фразами на том же адронато, Крисанто шагнул обратно.

– Они попросили передать пока младенца мне и… Можешь ненадолго отойти к Франсуа, Лаиса?

В одинаковом шоке Лаиса и Франсуа смотрели, как жрецы потрясённо и благоговейно касаются маленьких ручек её ребёнка, тихо переговариваясь между собой.

– Что происходит? Что всё это значит?

– Они сами хотели бы это понять, - так же шёпотом ответил Крисанто на центарине, - прежде такое не встречалось никогда. Трилюминарий светится в присутствии того, в ком есть частица Валена, и он способен сказать что-то о душе, о её свойствах, принесённых из прежних воплощений…

– В моём ребёнке не может быть частица Валена, он не минбарец!

– Говорят, в войне с Землёй минбарцы капитулировали потому, что обнаружили, что у многих землян – минбарские в прошлом души…

– Я что-то не пойму, он запрограммирован на кровь, на физическое тело – или на душу? А… А на Рикардо трилюминарий тоже реагировал?

– Рикардо никогда не видел трилюминарий. А узнать что-то о прошлом его души жрецам не удалось – никто никогда не мог просканировать Рикардо, этому факту тоже не нашли объяснения…