Чтение онлайн

Но ему ведь снова снились сны, которые он склонен был считать вещими – он в рубке огромного центаврианского крейсера, он капитан этого корабля… Сложно было сказать, вёл ли он за собой огромный флот, или же крейсер этот был в составе флота, ведомого кем-то другим, но было ощущение, что никого нет впереди, что великая миссия лежит именно на его плечах…

Что ждало его, по сюжету этого сна – праведная война или неправедная? Может быть, на бой с дракхами он вёл этот корабль?

«Прошу тебя… молю тебя… Будь со мной как можно дольше, позволь мне впитать это солнце. Не дай мне свернуть с правильного пути…»

Чем Винтари всегда

восхищался – это их умением организовать встречу торжественно и в то же время ненавязчиво, просто. Сын Г’Кара на своём пути на Минбар посетит «Вавилон-5», там его встретит Зак Аллан, у которого как раз в это же время дела на «Вавилоне», а уже по прибытии сюда их в порту встретит Маркус и доставит сюда, в резиденцию. Без лишнего шума – это ни к чему сейчас… И здесь будут преимущественно лишь близкие. Те, кто знал Г’Кара. Кто будет рад видеть его сына и выразить ему поддержку в эту тяжёлую минуту.

Весь этот день, когда Шеридан руководил приготовлением второй гостевой комнаты (выяснилось, что гость прибывает не один, а в компании друга), не забывая отдавать распоряжения и по другим вопросам и поминутно бегать к каналу связи, Деленн о чём-то совещалась по видеосвязи с Рикардо и эйякьянскими учителями – кажется, нарнская часть Эйякьяна живо интересовалась, когда и как они могут увидеть удивительного гостя, Дэвид помогал Райелл на кухне, а Винтари ходил из комнаты в комнату, обстановка, взволнованные разговоры не беспокоили его… Может быть, потому, что причины для волнений он находил свои. Винтари размышлял, как сложится эта встреча, и лично у него оснований для радостных предчувствий не было. Едва ли нарнский юноша отнесётся спокойно, увидев его здесь. Да, война давно закончена, да, политика Альянса требует не поминать обид, не растравливать ран, а вместе строить будущее. Но можно ли требовать от этого молодого нарна, чтобы он пожал руку сыну центаврианина, который бросил в тюрьму и пытал его отца, который столько зла причинил его миру? Вот он, например, совсем не был уверен, что смог бы оставаться спокойным в присутствии тех людей, что сторожили Шеридана в застенках Кларка, не говоря уж о кларковских палачах… Да если он сейчас вцепится ему в глотку – его можно понять… Сперва Винтари хотел предложить не присутствовать при первой встрече. Но потом решил, что бежать и прятаться будет недостойным. Он должен лично принести извинения этому юноше за действия своего отца. Пусть он в них не виноват никоим образом, конечно. Для них это значимо, у них сын отвечает за отца – значит, он сделает это.

К назначенному часу все собрались внизу. «Солнце и луна» - думал Винтари, любуясь Шериданом в парадном президентском мундире и Деленн в торжественном жреческом одеянии. Благородная седина в их волосах, морщины у их глаз щемили ему сердце и вместе с тем заставляли трепетать от уважения. Сам он с некоторым трудом уговорил себя всё же одеться в мундир для парадных выходов, а вот гребень поставить… забыл. Возможно, потому, что было как-то откровенно лень. Да слава богу, здесь и некому осудить его за это.

– На’Тот так и не звонила больше?

– Увы, нет. Мне с ней связаться не удалось, кажется, у неё какие-то неотложные дела… Ничего, не думаю, что возникнут какие-то проблемы.

– Ну, если не считать того, что я не знаю даже имени, по которому должна обратиться…

– Всё, что я сам успел узнать о сыне Г’Кара – он воспитывался в колонии Драс, в обычной военной школе, а на Минбар отправлен для обучения.

– Обучения? – вскинулся Дэвид, - в анлашок? Должно быть, мы поступим вместе, может быть, даже попадём в один отряд.

– Этого

На’Тот не говорила. Сказала, мы всё поймём при встрече.

– При встрече… Чего они там мудрят? Почему она хотя бы имя не назвала, неужели это тайна?

Прошло, должно, быть, около получаса, как пришёл вызов от Маркуса, с сообщением, что гости встречены и они все вместе направляются в резиденцию.

– Ну слава богу, доехали.

– Интересно, он похож на Г’Кара? – шептал рядом Дэвид, - мой ровесник… Подумать только…

Дверь отворилась. Винтари, да и остальные, потом размышляли о превратностях судьбы – если б первым они увидели того, кто шёл вторым, спутника их гостя, они бы обознались – и не были бы так шокированы в первый же момент.

Приветственная речь замерла на устах Шеридана. Нет, ошибки быть не могло – вошедшего сопровождали Маркус и Зак Аллан.

Ну да, от шеи это, в общем-то, был нарн… Нарнское воинское одеяние смотрелось на долговязой фигуре почти гармонично. Но юноша не был нарном. Он был человеком. Высокий, очень загорелый, с небрежно собранными в хвост рыжими волосами, с тревожными голубыми глазищами, смотревшимися на обветренном лице просто огромными. Человек? Землянин?

– Вы… - попытался наконец выдавить Шеридан.

– Г’Андо, сын Г’Кара, - выговорил юноша на земном, но с очень сильным акцентом, - другое имя Андо Александер. А вы, должно быть, Джон Шеридан?

– Да… - слова давались президенту с явственно зримым трудом, - добро пожаловать на Минбар, будьте гостем в моём доме… Вы сказали – Александер?

– Во имя Валена, - охнула Деленн.

Молодой человек сделал шаг… Потом бросился к Шеридану – только плеснули по ветру рыжие волосы, стиснул его руку.

– Джон Шеридан… я так счастлив наконец с вами познакомиться. А вы – Деленн… А вы… - молодой человек натолкнулся взглядом на Винтари, пытаясь, видимо, сообразить, кто он такой, - вы их сын… Нет, не Дэвид…

Винтари покачнулся, чувствуя, что падает, и наощупь нашёл плечо Дэвида. У него было такое ощущение, словно в его потайную комнату, куда никто никогда не входил, ворвался чей-то взгляд. Именно так – ворвался, пронёсся ураганом, и ничто не ускользнуло от него.

Никакой обычный взгляд невозможно так чувствовать. Он словно был изнутри и снаружи этого взгляда, он понимал, что его видят. Он понимал, что видят.

– Простите… конечно, это вы – Дэвид… - донёсся до него голос откуда-то издалека.

Внутри, в голове звучал другой голос. И сложно было сказать, что он спрашивал. Но он против воли вызывал в памяти то надменное лицо леди Ваканы, то смеющийся ласковый взгляд Деленн, когда они обсуждали юмористические стихи и басни, которые тогда пытался переводить Винтари, то лицо Картажье, склонившееся над детским манежиком – улыбающееся, почти счастливое, но такое пугающее лицо, то запыхавшегося, вспотевшего Шеридана с бадминтонной ракеткой в руках, и ту оборванную на полукадре фантазию – медленно кружащийся за окном то ли земной, то ли минбарский снег, мерцающая сказочными огнями рождественская ёлка, и они с Дэвидом…

«Так кто ты?»

Винтари никогда раньше не чувствовал вторжения чужого сознания в своё. Может быть, его кто-то когда-то и сканировал – ведь не знал же он всех телепатов Центавра поимённо, и не все они носили какие-то знаки отличия, лидара были скорее исключением, чем правилом – но делали это определённо более аккуратно.

– Андо, - Винтари ухватился за донёсшийся до него голос Шеридана, чтобы немного успокоить кручение-верчение тайной комнаты в его голове, - ваше… другое имя, оно мне знакомо… Как и ваше лицо. Кто ваша мать?