Чтение онлайн

— Теперь видишь, почему мы заинтересовались, — продолжает Колин. — Управлять несколькими группами легче, чем одной большой влиятельной семьей. Вы воюете между собой, это и так достаточно сильно прореживает ваши ряды, но объединить вас труднее, из-за вашего кодекса чести и преданности семьям.

— О, да, преданность, — говорю я горько.

— У них на примете есть новый босс. Мы думаем, это кто-то, кем можно управлять и внушать свою волю, но до сих пор не поняли, кто это, — Эмбер пожимает плечами. — Это идет вразрез со всем, что мы знаем о группировках, вот почему все это так опасно. В целом ваша структура нам подходит. Но это изменило бы все.

—

Как тебя зовут?

— Знаешь, лучше этого не спрашивать, — отвечает она, прицокнув языком.

Я откидываю голову на кожаное сиденье и закрываю глаза.

— Ну, я вне игры. Поэтому нет необходимости меня контролировать. Я вышел.

— Девон Андрэ, — говорит Эмбер серьезно. — Я слишком долго наблюдала за тобой, чтобы в это поверить. — Что? Она вела за мной чертово наблюдение? Она ловит мой взгляд. — Это — твоя суть, — говорит она просто.

Самое ужасное, что она права. Нельзя все бросить, даже если мой отец думал, что это возможно. Дядя это понимает; и я тоже. Пока мы проезжаем горы, размышляю о том, что это может означать несколько вещей. Я увяз в этом на всю жизнь, нравится мне это или нет. Даже если я уеду, то всегда буду Девоном Андрэ, сыном Джо Андрэ и внуком Марио Андрэ, одного из самых влиятельных боссов группировок Бостона. Но больше всего меня беспокоит другое: это может означать, что у нас с Лейтон нет будущего. Если я останусь на своем месте, то по-прежнему буду Девоном Андрэ, а она — Лейтон Мур. Нефть и вода.

Ничего не попишешь.

— Мы на месте, — говорит Колин, замедляя автомобиль, когда достигаем Бостонского порта. Пока я надеваю обувь, которую мне дала Эмбер, он паркуется на обочине.

Из окна я узнаю знакомые места. Дотрагиваюсь до недавно обработанного плеча, все еще не чувствуя боли.

Передав мне оружие, Эмбер застегивает мою пижамную рубашку. Чертовски сюрреалистичная картина — получить пистолет из рук федерала. Она кладет руки мне на грудь.

— Прекрати, — говорю я.

Смеется, откинув голову назад.

— Действие лекарств пройдет где-то через час, — говорит Эмбер, глядя на часы.

— Мне хватит, — отвечаю я.

***

Пытаюсь сообразить: если бы я взял кого-то в заложники и решил спрятать на одном из наших складов, то где именно?

В полу офиса есть металлический люк, ведущий вниз к большому складу, поделенному на две части. Я решаю проверить там. Быстро объясняю, где это место и что я пойду туда. Если что они смогут меня прикрыть, независимо от того, копы они или федералы.

Колин качает головой:

— Нет. Дальше ты сам.

Через несколько секунд я наконец понимаю и киваю. Мы находимся по обе стороны закона.

— Вы вообще не вернетесь?

Эмбер фыркает:

— Через час это место будет окружено федералами. Считай это подарком.

— Что? Почему...

— Я задолжал тебе, — прерывает меня Колин. — Я мог погибнуть, но ты меня поддержал. Ты — неплохой парень, веришь в это или нет. Ты живешь по старым моральным законам. Если нам придется иметь дело с группировками, мы хотели бы, чтобы это был ты.

Вот уж не знаю, воспринимать это как комплимент или как оскорбление.

Выхожу из автомобиля, оставляя дверь открытой. Эмбер выходит следом за мной, как и Колин. Наклонившись, она вынимает еще один пистолет из-под своей штанины, бросая его мне.

— На всякий случай, — подмигивает с улыбкой. — Удачи, — говорит напоследок, салютуя

рукой, потом закрывает дверь и уходит.

Колин вручает мне ключи от машины.

— Да, удачи, — произносит он коротко, разворачивается и идет за ней.

Я опускаю взгляд на ключи.

— А как же вы? — спрашиваю вдогонку.

Колин просто поднимает руку и машет. Я задумчиво смотрю на их удаляющиеся силуэты, пока они не исчезают за строениями. До сих пор не могу в это поверить. Они чертовы федералы.

Смотрю на еще звездное небо, хотя уже раннее утро. Потом расправляю плечи и возвращаю мысли к любимой девушке. Что бы ни случилось, я никому не позволю ее у меня отнять.

Я медленно иду по складу, пока не замечаю охранника возле офиса. Одного. Дерзкие ублюдки. Я спокойно к нему приближаюсь, сжимая оружие, которое дала Эмбер раненой рукой, вторая расслабленно лежит на поясе. Я не планирую открывать стрельбу, дабы не привлечь внимание. Поэтому подкрадываюсь к нему сзади и приставляю оружие к спине, зажимая его рот здоровой рукой. Он вырывается в моем захвате, но я, не медля, резко сворачиваю ему голову, пока не слышу хруст шейных позвонков, а после опускаю безжизненное тело на пол.

В офисе темно, и меня это бесит, потому что ни черта не видно. Я бесшумно продвигаюсь вперед, кроссовки, которые принес Колин не издают ни звука. Похоже, все чисто.

Я открываю люк, и ожидаемо вижу внизу свет. Спускаюсь по лестнице, перекладывая оружие в здоровую руку. Кажется, никого нет. Они действительно думали, что их никто не будет искать или что здесь их не обнаружат?

Я открываю дверь в больший склад, сперва просовывая оружие. Вроде бы никого. Как вдруг слышу голос, быстро приближающийся за дверью в меньший склад. Внезапно дверь открывается, и я резко отскакиваю в сторону, прижавшись к стене. Этот ублюдок, Джордж, закрывает ее за собой и закуривает. Я появляюсь из тени, направив на него пистолет.

Он озадаченно смотрит на меня, переминаясь с ноги на ногу, и открывает рот, чтобы заговорить, но я стреляю прямо ему между глаз. В комнате слышится движение, после чего дверь вновь распахивается, выпуская Стиви, который прикрывается полусонной Лейтон.

Она улыбается. На ее щеке отвратительная глубокая рана, левый глаз заплыл. Я ни на секунду не могу почувствовать облегчение от того, что она жива, пока Стиви держит пистолет у ее виска. Почему она улыбается?

— Что ты с ней сделал? — кричу я.

Он смотрит на меня исподлобья.

— Что я с ней только не делал, — говорит он, вжимаясь в ее спину.

Мои глаза застилает красная пелена.

Я бросаюсь вперед, и он швыряет Лейтон на меня. Я сжимаю зубы от боли; под действием адреналина совсем забыл о своем ранении.

Он разворачивается, пытаясь сбежать, но я поднимаю пистолет, чтобы выстрелить, удерживая Лейтон больной рукой.

Мне всегда говорили, что стрелять в чью-то спину не благородно. Как раз Стиви меня и наставлял.

К черту честь. Этот мудак убил мою семью, вертел мною, как хотел, а теперь Бог знает что вытворял с Лейтон, и только за это я готов его убить.

Я стреляю в его левую ногу, потом в правую, он падает, рыча от боли. Но затем перекатывается на спину, наставляя на нас пистолет, и я быстро тяну Лейтон в склад. Но когда пытаюсь ее усадить, она обхватывает меня руками за шею, поэтому мне приходится силой разжать ее пальцы и оставить в комнате, чтобы самому вернуться назад.

— Нет, останься, — зовет она, отчаяние в ее голосе заставляет меня замереть.