Вечный огонь
Шрифт:
И вот – самый волнующий, долгожданный момент. Вечером 23 декабря 2010-го на сцене Дворца культуры «Полоцк-Стекловолокно» юные кадеты выстроились для того, чтобы принести клятву на верность Отечеству и кадетскому братству. В едином порыве поднялся зал, слушая простые и возвышенные слова клятвы. Ирина, не выдержав, смахнула
– Клянемся! Клянемся! Клянемся!
Саша Шимкевич выдохнул эти слова вместе со своими новыми братьями (и сестрами – клятву принимали и восемь девочек-кадеток). И, чувствуя, как на лицо помимо воли выезжает самая широкая и самая счастливая в жизни улыбка, нашел глазами в огромном зале своих…
Вот папа. Самый красивый, самый умный, самый храбрый и самый лучший на свете человек. На парадном кителе – медали «За отличие в воинской службе», «За безупречную службу» 3-й и 2-й степеней, знак об окончании Военной академии Республики Беларусь и, конечно, «краб» – знак об окончании Минского Суворовского, а внутри, с изнанки кителя – заветный красный погон, почти такой же, какие сейчас на плечах у самого Сашки…
Мама. Самая красивая, самая ласковая и добрая на свете.
Плачет?.. Сашка прищурился. Видно со сцены было плохо, слепили прожектора, но ему показалось, что мама и смеется, и плачет одновременно.
Брат. Серега аплодировал громко, не стесняясь никого, да еще и кричал что-то – в общем радостном шуме не разобрать. «Саш-ка!.. Саш-ка!» – различил по губам Сашка. И суворовская форма на брате – почти такая же, как сейчас на нем самом…
Грянул гимн Республики Беларусь. Четко бросили ладони к козырькам фуражек офицеры-воспитатели, стоявшие по краям сцены.
Отец с Сергеем тоже замерли, отдавая честь гимну. И Сашке казалось, что он плывет на волнах величественной, торжественной музыки, заполнившей собой весь зал, поднявшейся сейчас над заснеженным декабрьским Полоцком, над скованной льдом Двиной, над всей страной…А уже потом, когда было много всего, отзвучали поздравления от Белорусского Суворовско-Нахимовского союза и других почетных гостей, и торжественное мероприятие закончилось, в фойе Дворца культуры, в толпе взволнованных кадет и наряженных бабушек, мам, теть, пап и старших братьев Сашка углядел наконец своих и кинулся к ним, чтобы точно, изящно, небрежно, по-офицерски бросить руку к козырьку новенькой фуражки и выпалить те самые святые, заветные слова, о которых он мечтал с тех пор, как впервые увидел фотографию молодого деда Володи:
– Честь имею!..
Как сладко впервые сказать эти слова!..
И как же замерло сердце Сашки, когда отец и старший брат в ответ подняли ладони к козырькам своих головных уборов. Честь имею!..
Над Минском сияло ослепительно синее небо. У монумента на площади Победы толпился народ. Легкий июльский ветер шевелил алые ленты на бесчисленных венках, которые стояли у подножия памятника. Замерли облаченные в парадную форму солдаты роты почетного караула с карабинами в руках.
Среди тех, кто пришел 3 июля к памятнику Победы, была и семья Шимкевичей. Возложив к монументу цветы, отец, мать и сыновья молча склонили головы. Каждый задумался о своем. И вместе – об одном и том же…
А перед ними трепетало, рвалось к небу пламя Вечного огня…
Минск, октябрь 2008 – февраль 2011