Чтение онлайн

— Да, по сфере. Расскажите мне еще о пересечениях.

— Ну, — сказал Рон, — в любой данной сфере все большие окружности пересекаются друг с другом или являются конгруэнтными.

Ридра рассмеялась.

— Точно как эти, да? Есть ли еще какие-нибудь окружности на сфере, которые будут пересекаться, как бы их не перемещали?

Все большие окружности имеют хотя бы две точки пересечения.

— Подумайте об этом с минуту и поглядите на шарики, они все перемещаются по большой окружности.

Молли внезапно оттолкнулась от стены с выражением понимания и хлопнула в ладоши. Она сказала что-то на кисвагили, и Ридра рассмеялась.

— Верно, —

сказала она. Удивленным Рону и Калли она перевела: — Они движутся относительно друг друга, и их пути пересекаются.

Глаза Калли расширились.

— Верно, за четверть нашего пути по окружности они все же выравниваются по плоскости.

— Лежащей в плоскости нашей орбиты, — закончил Рон.

Молли нахмурилась и сделала решительный жест.

— Да, — сказал Рон, — искаженная плоскость окружности с выступами на каждом конце, по которым мы сможем рассчитать положение Земли.

— Мудро, а? — Ридра двинулась к выходу. — Мы сделаем расчеты, потом включим двигатели и переместимся на семьдесят-восемьдесят миль без вреда для себя. Повторим расчеты и получим диаметр орбиты и нашу скорость. Это вся информация, которая нам необходима для определения нашего положения в отношении ближайшей гравитационной массы. Затем мы снова можем прыгнуть в стасис. Наши гравитационные инструменты для стасиса в порядке. Подадим просьбу о помощи и получим ее с ближайшей стасис-станции.

Восхищенные навигаторы присоединились к ней в коридоре.

— Считайте, — сказала Ридра.

При счете «ноль» Рон выключил магнетизм стен. Шарики начали свое медленное движение.

— Вы нас каждый день чему-нибудь учите, — сказал Калли. — Все это должен был предложить я. Это моя работа. Откуда вы взяли эту мысль?

— От слова «большая окружность» на… на другом языке.

— Язык? — спросила Молли. — Как это?

— Ну, — Ридра взяла металлическую пластинку и палочку-стилос. — Я немного упрощу и все же постараюсь показать. — Она начала чертить окружность. — Пусть она обозначается словом О. В данном языке имеется интонационная система для выражения сравнительных размеров. Мы представим ее диалектическими знаками: меньший, обычный, больший. Что в таком случае обозначает О со значком меньше над ним?

— Наименьшую возможную окружность, — ответил Калли. — Это просто.

Ридра кивнула.

— Теперь представим себе, что слово, обозначающее обычный круг О со значком обычный над ним, сопровождается одним из двух символов: один из них означает, что окружность не соприкасается с другой, другой — пересечение окружностей: «-» или «+». Что означает О со значком больше над ним?

— Пересекающиеся окружности, — заметил Рон.

— А поскольку все большие окружности пересекаются, в этом языке слово для большой окружности всегда со знаком «больше» над ним. Эта информация заключена в самом слове. Точно так же «басстоп» (остановка) или «фоксхоул» (лисья нора) несут в английском ту информацию, которая в соответствующих французских словах — «ла Гаре» или «ла терриер» — отсутствует. «Большая окружность» — это сочетание несет в себе определенную информацию, но она недостаточна, чтобы вывести нас из затруднительного положения, в которое мы попали. Нам нужно перейти к другому языку, извлечь там необходимую информацию и решить, что делать.

— Какой же это язык?

— Не знаю его настоящего имени. Его условно называют Вавилон-17. Я мало о нем знаю, но из известного мне, следует, что его слова несут больше информации, чем четыре-пять живых языков вместе

взятых, и в меньшем объеме.

Она коротко перевела это и Молли, руководствуясь ее минимальным знанием английского языка.

— А что такое этот «Вавилон-17»? — спросила Молли.

Ридра прикусила губу. Когда она сама задавала себе этот вопрос, мышцы ее живота напрягались, руки начинали судорожно двигаться, а в горле с болью застревали слова ответа. Так произошло и сейчас, но потом прошло.

— Не знаю. Но хочу узнать. Это и есть главная цель нашей экспедиции.

— Вавилон-17, — повторил Рон.

За ними кашлянул один из парней взвода.

— Что, Карлос?

Приземистый черноволосый Карлос был мускулистым юношей.

— Капитан, я хочу показать вам кое-что, — он переступал с ноги на ногу с юношеской неуклюжестью, тяжело отдуваясь после подъема. — Кое-что внизу, в трубе. Думаю, вы сами должны взглянуть на это.

— Помощник велел вам отыскать меня?

Карлос ткнул за спину большим пальцем.

— Угу.

— Вы трое сможете кончить с этим делом?

— Конечно, капитан, — Калли смотрел на сближающиеся шарики.

Ридра нырнула вслед за Карлосом. Они спустились по лестнице и, согнувшись, пошли по узкому коридору.

— Здесь, — сказал Карлос. Он остановился у оплетенной проводами стены и открыл встроенный в ней шкафчик. — Смотрите, — через пластиковую поверхность схемы проходила узкая трещина, — разбито.

— Как? — удивилась Ридра.

— Вот так, — он взял плиту и сделал сгибающий жест.

— Вы уверены, что она не сломалась сама по себе?

— Она не может, — сказал Карлос. — Когда она на месте, она слишком хорошо закреплена. Ее нельзя сломать даже молотком. А здесь сосредоточены все цепи коммуникации.

Ридра кивнула.

— Дефлекторы гироскопических полей для маневров в обычном пространстве… — он открыл еще одну дверцу и извлек другую плиту. — Вот.

Ридра провела ногтем по разлому второй пластины.

— Кто-то на корабле сломал это, — сказала она. — Возьмите их в мастерскую. Скажите Лиззи, чтобы она починила их и принесла мне. Я сама поставлю их на место. И верну ей шарики.

Бросьте жемчужину в густое масло. Яркая желтизна постепенно исчезнет, предварительно сменившись красным. Таков и полет в гиперстасисе.

На панели компьютера Ридра раскладывала карточки. Словарь удвоился с начала путешествия. Она испытывала частичное удовлетворение. Слова, их значение становилось для нее все яснее.

Но на корабле был предатель. Вопрос, вакуум, где не было никакой информации — кто, как, почему? — эта пустота заполняла часть ее мозга, заставляя испытывать страдание. Кто-то сознательно сломал эти пластинки. Это подтвердила и Лиззи. Кто? Имена всех членов экипажа и рядом с каждым — вопросительный знак.

Бросьте драгоценный камень в груду драгоценностей. Таков выход из гиперстасиса в пространство Двора Военного Союза в Армседже.

Она сняла с коммуникационного щита чувствительный шлем.

— Пожалуйста, переведите для меня.

Глазок индикатора мигнул в знак согласия. Каждый из лишенных тела воспринимал все элементики гравитационных и электромагнитных течений стасиса при помощи своих органов чувств, каждый по своему. Этих элементиков были мириады, и пилот вел свой корабль по этим течениям, как когда-то парусные корабли дрейфовали по океанам. Шлем давал возможность капитану увидеть то, что видели лишенные тела, конечно, в известных пределах.