Чтение онлайн

– Кажется, ты способна переубедить меня, – прошептал Энтони и осторожно поцеловал ее, словно все еще сомневался, не оттолкнет ли она его.

Виктория не смогла бы его оттолкнуть, даже если бы захотела. Его губы и язык, как обычно, лишили ее сил, и она утонула в горячей волне, захлестнувшей ее тело.

Энтони слегка отстранился и заглянул в синие глаза, потемневшие от страсти.

– Очевидно, нам стоит перенести разговор на другое время.

Виктория медленно открыла глаза и подождала,

пока они привыкнут к тусклому свету, льющемуся из окон. Сильные руки прижимали ее к крепкой груди. Виктория снова сомкнула веки, наслаждаясь состоянием защищенности и уюта. Как вышло, что ей так хорошо рядом с этим мужчиной?

Она знает его чуть больше недели. И, тем не менее, сейчас лежит с ним в постели. Совершенно обнаженная. Интересно, что было бы, если бы десять лет назад его поиски увенчались успехом? У нее хватало ума, чтобы понять – он не опустился бы на колено и не поклялся бы в вечной любви. Скорее всего, он бы просто извинился, дал ей денег и ушел навсегда.

Ровно так он и поступит через четыре дня.

Виктория вздохнула. Единственное отличие в том, что теперь у них общие друзья. Волей-неволей она будет встречаться с ним раз в несколько месяцев. Кроме того, он виконт, ему нужны наследники, и он неизбежно в скором времени женится. Значит, она увидит его рядом с обожаемой супругой… А потом с детьми.

У Виктории сжалось сердце.

Наверное, придется расстаться с друзьями, чтобы уберечься от сердечных ран.

Оставаясь в объятиях Сомертона, она осторожно повернулась и посмотрела на него. Во сне его лицо казалось расслабленным и умиротворенным. Высокие скулы и волевой подбородок за ночь покрылись короткой щетиной. Виктория нежно погладила его колючую щеку.

Светло-карие глаза открылись, а на идеально очерченных губах появилась улыбка.

– Доброе утро, – хрипло произнес Энтони.

– Доброе утро, – прошептала Виктория. Неужели всего через несколько дней они расстанутся? А ей так понравилось просыпаться в его объятиях!

– Мы могли бы позавтракать здесь. – Он нежно поцеловал ее. – Представь, завтрак в постели, а потом – горячая ванна… одна на двоих.

– Звучит божественно.

– Мне слышится возражение в твоем голосе, – отметил он, снова целуя ее.

От чувственного поцелуя Викторию бросило в жар.

– Мне удалось убедить Харди в том, что мы с тобой не в самых лучших отношениях.

– Я заметил. Зачем тебе это понадобилось? – Он слегка укусил ее плечо.

– Если ты решишь прибегнуть к моей помощи, мне будет проще подобраться к нему.

Сомертон откинулся на подушки и устремил взгляд в потолок.

– Виктория, я не стану подставлять тебя под удар. Харди может быть очень опасен.

Она повернулась и посмотрела на него:

– Тем более. Пусть и дальше пребывает в заблуждении. Скорее всего, ты обойдешься без моей помощи. Но если у тебя возникнут сложности, я смогу вступить в игру и украсть письмо.

– Пойми, я не хочу втягивать тебя в свои дела.

– Почему?

– Моя работа связана с риском. Я не могу подвергать твою жизнь опасности. – Он посмотрел ей в глаза.

Его заботливые слова до глубины души тронули Викторию. Она

выросла в беднейшем квартале Лондона, а это не самое спокойное место в мире. Так почему бы, не использовать накопленный опыт, чтобы помочь Сомертону?

– Энтони, воспринимай это как запасной вариант.

– Хорошо, – пообещал он.

– В таком случае я продолжаю разыгрывать перед Харди спектакль? – тихо спросила она.

Он протяжно вздохнул: – Да.

– Прекрасно. Но если Харди узнает, что мы завтракали у себя в комнате, у него появятся дополнительные основания для подозрений. Думаю, нам лучше спуститься вниз с таким видом, словно мы страшно недовольны друг другом.

Энтони поцеловал ее в уголок рта, потом шепнул на ухо:

– Ненавижу, когда ты оказываешься права.

– Возможно, мы могли бы уединиться после полудня. Виктория почувствовала, как он улыбнулся, не отнимая губ от ее щеки.

– Это звучит немного безнравственно, дорогая.

– И правда. Уверена, ты никогда раньше не поступал безнравственно.

Он рассмеялся:

– Никогда. Одна мысль о том, чтобы предаваться разврату средь бела дня, ужасает меня. Это должно происходить исключительно под покровом темноты, при задутых свечах и в полном ночном облачении.

Виктория тихо хихикнула:

– И не чаще, чем раз в месяц.

– Ну, это уж слишком! – сказал он, прижимая ее к себе, и она ощутила его возбуждение.

– Сомертон, – серьезно произнесла она, – ты уверен, что послание существует?

Он лег на спину и вздохнул:

– Нет. Но я должен исходить из того, что информация верна, пока не убедился в обратном.

– Как ты думаешь, кому предназначено письмо?

– Давай оставим эту тему, гадания не по моей части. – Он откинул одеяло и поднял с пола брюки. – Я прикажу приготовить ванну.

– Спасибо. Сегодня мужчины отправляются за елкой, ты пойдешь с ними? Ханна говорила, что лорд Фарли намерен установить дерево в доме к завтрашнему балу.

– Если пойдет Харди, пойду и я.

– Ханна попросила меня помочь ей украсить бальный зал. Она полагает, что, как вдова сквайра, я разбираюсь в таких делах. – Виктория надела фланелевую сорочку и встала с кровати.

– Ты нервничаешь?

– Немного. Ведь на самом деле я ничего в этом не понимаю.

– Просто представь себе, что ты Дженнет, Эвис или Элизабет. Наверняка они не раз обсуждали при тебе подготовку к светским увеселениям.

Она действительно слышала разговоры подруг, но редко что-либо предлагала. Завтрашний бал – первый в ее жизни. Приглашено столько гостей, они будут танцевать. А она?

Виктория прикусила губу, вспомнив о том, как вчера с тоской смотрела на кружившие в танце пары.

– В чем дело? – спросил Энтони, подойдя к ней. – Ты так глубоко задумалась.

– Пустяки, не обращай внимания, – ответила Виктория, покачав головой.

– Тебя беспокоит бал?

– Нет. Все хорошо. – Она отвернулась и направилась к комоду, размышляя, как поступить завтра вечером. Проще всего было бы остаться наверху, сославшись на головную боль. Но Сомертону может понадобиться помощь. Значит, нужно находиться рядом с ним.